— вы со мной? Или мне придётся праздновать одной и выпить за ваше здоровье все коктейли в заведении?

Миён, всё ещё слегка потрясённая, но уже заражённая азартом подруги, кивнула:

— Конечно, Лика! Но сначала… может, хоть пластырь на губу? И, может, всё-таки заглянуть к врачу? Ну хотя бы на пять минут?

— Потом, — отмахнулась Лика. — Сначала — клуб. Танцы до упаду, коктейли до отключки и музыка так громко, чтобы заглушить рёв мотора в моей голове. И чтобы никто не слышал, как мой позвоночник тихо жалуется на жизнь.

Джихун-хо покачал головой, нервно провёл рукой по волосам, но не смог сдержать улыбку:

— Ты чокнутая, Романова. Но… ладно. Я с вами. Только обещай, что завтра позволишь врачу тебя осмотреть. И что не будешь пытаться повторить этот трюк ради развлечения.

— Договорились, — легко согласилась Лика. — Завтра. А сегодня — клуб, друзья и выпивка! И ещё, может быть, пара танцев на барной стойке, если настроение будет.

Она сделала шаг вперёд, чуть покачнулась, но тут же выпрямилась, гордо вскинув голову. Миён подхватила её под руку, а друг пошёл рядом. Толпа расступалась перед ними, кто-то аплодировал, кто-то свистел, кто-то кричал поздравления. Лика шла, слегка прихрамывая, но с высоко поднятой головой — победительница, живая, упрямая, свободная.

Час спустя. Клуб «Атом».

Грохот басов вибрировал сквозь стены, разноцветные лазеры резали плотный воздух, пропитанный запахом парфюма и алкоголя. VIP-зона была забита народом — друзья, знакомые, просто случайные люди, которые хотели прикоснуться к удаче победительницы, то есть к выпивке за её счёт.

Лика сидела на диване, откинув голову назад, и чувствовала, как мир приятно покачивается. Джихун-хо, раскрасневшийся и расслабленный, рассказывал какую-то байку про Гарри, размахивая руками. Лика слушала вполуха, потягивая коктейль через трубочку и чувствуя, как лёгкое опьянение развязывает язык и мысли.

— Миён, — Лика повернулась к подруге, её глаза, уже немного мутные от алкоголя, блестели. — Миён, я кажется, влипла.

Миён, уже изрядно навеселе, сидела напротив, подперев щёку рукой, и смотрела на подругу с пьяным восхищением.

— Влипла? В смысле? Тебя кто-то хочет убить? Или ты опять пообещала спрыгнуть с чего-то более высокого?

— Хуже, — Лика сделала большой глоток, словно набираясь храбрости. Она понизила голос до драматического шёпота. — Мне кажется… я влюбилась.

Миён замерла на секунду, а потом её лицо расплылось в такой широкой, довольной улыбке, что она чуть не подавилась своим напитком. Она поставила бокал на стол и, игнорируя вопросительный взгляд Джихун-хо, практически набросилась на Лику.

— ВЛЮБИЛАСЬ?! Лика Романова, та самая Романова, которая утверждает, что любовь — это «биохимическая ошибка, ведущая к неоправданным тратам нервов»?! Ну-ка, колись! Кто этот смельчак? Тот гонщик с красным «Ниссаном»?

Лика нервно хихикнула, чувствуя, как к щекам приливает жар, который не имел никакого отношения к алкоголю. Она закусила губу, размышляя, говорить или нет. Но «Огненный дракон» уже сделал своё дело, разрушив все барьеры.

— Нет, — выдохнула она. — Это… это....

— Господин Бэк Сон Джин?! — взвизгнула Миён так громко, что несколько человек за соседними столиками обернулись. Она зажала рот рукой, но её плечи тряслись от беззвучного смеха.

— Слушай, это что так заметно? — спросила Лика, чувствуя себя уязвимой. Она залпом осушила в себя коктейль. — Ну, что я… того?

Миён расхохоталась в голос, откинувшись на спинку дивана. Она хлопала себя по коленке и вытирала выступившие слёзы.

— Ох, Лика… Это же надо было так вляпаться! Дорогая, это было заметно с того момента, как он вошёл в аудиторию.

Лика простонала и уронила голову на стол, стукнувшись лбом о деревянную поверхность:

— Господи, я так предсказуема?! Это ужасно.

Миён почти прокричала, перекрывая музыку:

— Ой, да ладно тебе, — подруга махнула рукой и вдруг хитро прищурилась. — Слушай… у тебя вид такой… мечтательный. — она погрозила пальцем, чуть не потеряв равновесие. — Я знаю этот взгляд. Ты смотришь в пустоту и улыбаешься. А потом хмуришься. А потом снова улыбаешься. Так выглядят только влюблённые люди! Ну, знаешь, когда человек думает о чём-то… или о ком-то? Прямо как ты сейчас.

В этот момент, когда она подняла голову, чтобы ответить Миён какой-нибудь колкостью, её взгляд скользнул в сторону барной стойки. На минуту ей показалось, что она увидела ЕГО. Бэка.

Высокий, широкоплечий силуэт. Тёмные волосы, модная стрижка. И этот взгляд. Тот самый, который она чувствовала спиной в сотне метров.

Он стоял у барной стойки, с бокалом виски в руке, и смотрел прямо на неё.

Лика моргнула. Мотнула головой. Снова посмотрела.

Никого.

«Та-а-ак, харэ, это галлюцинации. Алкоголь, конечно, виноват... Но и твоя больная фантазия, Романова тоже не отстаёт. Ты просто слишком много о нём думаешь. Ты видишь Бэка в каждой тени. Возьми себя в руки, параноичка!».

Она сделала ещё один глоток коктейля, пытаясь смыть наваждение. Когда она снова посмотрела в ту сторону, силуэт исчез, растворившись в толпе.

«Фух. Показалось».

— Ты чего? — спросила Миён, заметив её замешательство.

— Ничего, — Лика тряхнула головой, прогоняя наваждение. — Показалось.

Но внутри всё перевернулось. Мысли о Бэке, которые она так старательно заталкивала в самый дальний угол сознания, теперь рвались наружу с новой силой.

«Его улыбка. Его запах. То, как он смотрит на меня — будто видит насквозь. Блять, — простонала она мысленно. — Романова, ты влипла. Ты влипла по самые уши, и это конец».

В этот момент заиграла новая песня — тяжёлый, чувственный бит, от которого пол завибрировал под ногами. Лика почувствовала, как энергия наполняет её тело.

— О! Моя любимая! — воскликнула она, вскакивая с дивана, чуть не опрокинув столик. — Миён, я танцевать!

— На шест? — вскинув бровь поинтересовалась Миён, зная страсть подруги. — Лика, у тебя спина! — попыталась остановить подруга, но было поздно.

Та уже пробиралась сквозь толпу к сцене, где возвышался блестящий шест. Она запрыгнула на подиум, схватилась за холодный металл и — тело само вспомнило движения.

Танец был дерзким, провокационным, полным силы и грации. Она крутилась вокруг шеста, делала смелые прогибы, её огненные волосы развевались в такт музыке. Толпа взревела. Кто-то свистел, кто-то хлопал, кто-то пытался подобраться ближе. На мгновение она забыла о Бэке, о гонке, о боли — остались только музыка и он

Когда трек закончился, она спрыгнула со сцены, тяжело дыша. И тут же к ней подлетел какой-то накачанный парень в белой рубашке, расстёгнутой на груди. От него разило дорогим парфюмом и дешёвым самомнением.

— Эй, красотка, — он схватил её за локоть, притягивая к себе. — Ты была великолепна. Может, продолжим вечер где-нибудь в более уединённом месте, тет-а-тет?

Лика выдернула руку, её глаза сузились.

— Слушай, красава, — её голос был ледяным,