если ты — та, о ком говорят пророчества, ты сможешь пройти его и забрать Амулет Леса. Принеси его нам, и клан Древа признает твою силу. Мы выступим против Драконов, если ты докажешь, что достойна.

Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Пройти через леса, полные духов? Сражаться с тем, чего я даже не понимаю? Моя магия была слишком слабой, слишком нестабильной. Но я посмотрела на Люсин, на Даррена, и поняла, что выбора у меня нет. Если я откажусь, клан Древа отвернётся от нас, и Бертрам продолжит свою войну, пока не погубит всех.

— А если я не справлюсь? — спросила я тихо.

Мойра посмотрела на меня, и в её глазах мелькнула искра, которую я не могла разгадать — то ли жалость, то ли испытание.

— Тогда ты не та, за кого себя выдаёшь, — ответила она. — А чтобы быть уверенными, что ты вернёшься, мы просим оставить здесь Люсин.

Моё сердце замерло. Я посмотрела на девочку, чья рука всё ещё была в моей. Её глаза расширились, но она не отшатнулась, не заплакала. Просто смотрела на меня.

— Люсин? — переспросила я. — Нет, я не могу её оставить!

— Она не будет заложницей, — быстро добавила Шивон. — Мы позаботимся о ней, как о своей. Ей ничего не грозит. Но так мы будем знать, что ты не свернёшь с пути.

Я покачала головой, чувствуя, как паника захлёстывает меня. Оставить Люсин? Мою девочку, мою названную дочь, которая прошла со мной через столько испытаний? Что, если я не вернусь? Что, если духи Другого мира окажутся сильнее меня? Что станет с ней?

— Нет, — вырвалось у меня. — Я не могу. Я…

— Я согласна, — вдруг сказала Люсин, её голос был звонким, как колокольчик, и таким решительным, что я замерла. Она шагнула вперёд, её маленькие кулачки сжались, и она посмотрела прямо на Мойру. — Я останусь. Я верю в Эйлин. И в Даррена. Они вернутся.

Я посмотрела на неё, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Её вера, её сила, её любовь ко мне — всё это было таким ярким, таким настоящим, что я едва могла дышать.

— Люсин, милая… — начала я, но она перебила.

— Я знаю, что ты сделаешь это, Эйлин, — сказала она, её глаза блестели. — Ты всегда защищала меня. И теперь я хочу, чтобы ты защитила всех. Я не боюсь. Я останусь здесь, и я буду ждать тебя.

Я сглотнула, пытаясь сдержать слёзы. Даррен шагнул ближе, его рука легла на моё плечо, тёплая и тяжёлая.

— Я иду с тобой, — сказал он твёрдо. — Мы сделаем это вместе.

Я посмотрела на него, потом на Люсин, потом на Мойру. Толпа молчала, их взгляды были прикованы ко мне, но теперь в них не было осуждения — только ожидание. Я чувствовала, как медальон на груди нагревается, словно Эйру сама шептала мне, что это мой путь.

— Хорошо, — выдохнула наконец. — Я согласна. Я отправлюсь к святилищу и принесу Амулет Леса.

Мойра кивнула, её лицо оставалось непроницаемым, в глазах мелькнула искра одобрения.

— Тогда так тому и быть, — сказала она. — Совет постановляет: Эйлин Келлахан и Даррен Фаэль отправляются в горные леса к святилищу Эйру. Вы получите всё необходимое для пути: еду, оружие, одежду. Но помните: время не ждёт. Вам надлежит вернуться как можно скорее.

— Мы позаботимся о Люсин, — сказала Шивон, посмотрев на девочку. — Она будет в безопасности.

Я кивнула и повернулась к Люсин, опустилась на колени, обнимая её так крепко, что её маленькое тельце задрожало в моих руках.

— Я вернусь, милая, — прошептала я, прижимая её к себе. — Обещаю.

— Я знаю, — ответила она тихо.

Я поднялась, посмотрела на Даррена. Он кивнул мне, и я поняла, что мы сделаем это. Вместе.

— Соберите всё необходимое, — приказала Мойра, обращаясь к людям клана. — И пусть Эйру хранит их в пути.

Толпа начала расходиться. Я взяла Люсин за руку, и мы с Дарреном направились обратно к дому, чтобы подготовиться к путешествию. Мой медальон всё ещё пульсировал теплом, и я знала, что, несмотря на страх, несмотря на сомнения, я должна идти вперёд. Ради Люсин. Ради Даррена. Ради Эйру и мира на нашей земле.

Глава 48.

Утро пришло с холодным ветром, что гулял по селению клана, шевеля ветви дерев. Я стояла у дома, крепко обнимая Люсин. Она держалась стойко, как настоящая воительница. Глаза малышки блестели от слёз, но она не позволяла им пролиться, и эта её сила разрывала мне сердце.

— Я вернусь, милая, — прошептала я, прижимая её к себе. — Обещаю, я сделаю всё, чтобы вернуться к тебе как можно скорее.

— Я знаю, Эйлин, — ответила она тихо, её голос был звонким, несмотря на дрожь. — Береги себя. И… береги Даррена.

Я улыбнулась сквозь слёзы и кивнула, отстраняясь, чтобы взглянуть на неё ещё раз. Она выглядела такой маленькой, но в её взгляде была решимость, которой позавидовал бы любой воин. Повернулась к Даррену, который уже проверял поводья двух лошадей, что нам выделили. Их копыта нетерпеливо топтались по земле, а вьюки были полны провизии и тёплой одежды — плащи, шерстяные туники, перчатки. Мойра не солгала: клан позаботился о том, чтобы мы были готовы к холодам гор.

Мойра и Шивон стояли неподалёку, их лица были суровыми, но в глазах Шивон я заметила тень сочувствия.

— Святилище Эйру лежит за перевалом в озёрной долине, — сказала Мойра, давая последние напутствия. — Следуйте на северо-запад, через леса Уиклоу, пока не увидите три камня, стоящих кругом. Оттуда идите к озеру, где воды отражают звёзды даже днём. Но если ты истинная банфилия, Эйлин, твоё сердце само приведёт тебя к святилищу.

Шивон добавила:

— Будьте осторожны. Духи не спят и не пустят вас просто так. Доверяй своему дару, Эйлин, и пусть Эйру хранит вас.

Даррен подал мне поводья моей лошади, помог взобраться в седло. Последний раз я посмотрела на Люсин, стоявшую рядом с Шивон, и помахала ей. Она подняла руку в ответ. Я сделала тот же жест, а затем быстро отвернулась, чтобы не дать слезам взять верх, и мы тронулись в путь.

Первые часы пути прошли в молчании. Лес вокруг