бикини, количество ткани в которых явно стремилась к нулю.

— К сожалению, да. Слушай, я не отказываюсь помогать тебе по учебе. Я с радостью буду участвовать в этой программе и сделаю все, что должна, но я хочу, чтобы меня поселили в каюту, которая мне положена по договору. На четвертой палубе. Сейчас же.

Его глаза широко распахнулись.

— Ты отказываешься от люкса?

Я расправила плечи.

— Да.

— Уайлдер, нам пора, — поторопил его Малыш Джон, вручив ему связку каких-то черных ремней.

— Нет, так не пойдет, — сказал Уайлдер.

— Дружище, у нас расписание, и команда уже ждет на месте.

Он отмахнулся от Малыша Джона.

— Нет, у нас все в порядке. Я говорю с Лией. Ты не можешь отказаться от люкса. Он твой.

— Нет. — Я покачала головой.

Уайлдер надел на себя выданные ремни, оказавшиеся крепкой сбруей наподобие страховочной альпинистской обвязки, и с громким щелчком застегнул на груди последний зажим.

— Лия, твоя каюта оплачена.

Подождите. Что?!

Я быстро заморгала, зная, что мои родители, ярые противники капитализма, осудили бы мои сомнения.

— Мистер Уайлдер, это… это слишком щедро. Мне нужны только комната и питание. Даже учебные экскурсии на берегу — это уже слишком много.

Чего он ждал от меня после такого «подарка»? На какой именно «доступ» рассчитывал?

— Для тебя Пакстон. Или Пакс, как тебе больше нравится. И ты останешься в люксе.

— Уайлдер, нам пора! — крикнул Малыш Джон, перекрывая грохот музыки, а брюнетка, стоявшая рядом с ним, нетерпеливо притопнула ногой, сердито взглянув в нашу сторону.

— Слушай, Лия, мы можем вернуться к этому разговору чуть позже?

Я покачала головой. Мне хватит решимости лишь на один раз. В следующий я непременно поддамся и соглашусь на роскошную каюту с ее изумительным видом с балкона, огромной кроватью и гидромассажной ванной.

— Нет. Мы решим этот вопрос прямо сейчас.

Он склонил голову набок точно так же, как тогда, на балконе, но теперь в нем не осталось ни грана от прежней тяжелой задумчивости. Сейчас он был собран, уверен в себе и источал откровенную, очевидную сексуальность, настолько неотразимую, что я тихо порадовалась про себя, что на мне джинсы.

— Ты готова к приключениям?

— Ну я же поехала в кругосветный круиз, разве нет? И при чем здесь мини-дворец, где сейчас лежит мой чемодан?

Уайлдер пристально посмотрел на меня, и я нервно переступила с ноги на ногу. Рядом с этим парнем я сразу теряла все внутреннее равновесие, обретенное ценой стольких усилий, а терять равновесие мне уж точно не стоит. Я и так-то с трудом поднялась.

— Ладно, если хочешь продолжить дискуссию, тебе придется пойти со мной.

— Ладно, — ответила я.

— После тебя.

Он указал на дверь в конце коридора, и я пошла в ту сторону, пробираясь сквозь плотную толпу гостей. Пакстон шел за мной по пятам. Когда мы поравнялись с Малышом Джоном и сердитой брюнеткой, которая бросила на меня колкий, презрительный взгляд, Пакстон остановился.

— Зоя, сегодня мы без тебя. Возьму тебя в другой раз.

У нее отвисла челюсть.

— Ты шутишь?

— Нет, не шучу. — Он прошел мимо, даже не взглянув на нее, и обернулся к гостям. — Продолжим веселье на палубе, да? Встретимся у бассейна!

Ему ответили радостным гулом, и мы вышли из апартаментов.

— Международная студенческая вечеринка, — пробормотала я, шагая по коридору следом за Малышом Джоном.

— Ну, студент из меня так себе, — рассмеялся Пакстон у меня за спиной. — А теперь, пожалуйста, расскажи, чем тебе не понравилась твоя каюта. Она хорошая. Я проверял.

Я оглянулась через плечо.

— Ты в курсе, что моя стипендия включает проживание и обучение для моей лучшей подруги? Это уже слишком щедро.

Он покачал головой и посмотрел на меня как на дурочку.

— Это просто достойная компенсация за твой труд. Поверь мне, трудиться придется серьезно и много.

Компенсация? Неужели он думает… Я застыла на месте, и он налетел на меня сзади. Металлическая застежка на его нагрудном ремне врезалась мне в затылок.

— Ох, все в порядке? — спросил он и потянулся к моей голове, но я отступила подальше, не давая ему ко мне прикоснуться. Одного раза более чем достаточно.

— Я твоя помощница по учебе. Ты в курсе, да? Это значит, что я помогаю тебе учиться. Только учиться, и ничего больше. Мне не нужна огромная каюта с… — Я нервно сглотнула. — С отдельной спальней.

— Так вот о чем ты подумала, — сказал он с удивленным смешком. — Лия, заходи в лифт.

Мы вошли в лифт втроем. Малыш Джон теребил в огромных ручищах еще одну страховочную обвязку, смотрел прямо перед собой и старательно делал вид, будто он нас вообще не замечает.

— А что я должна была думать? — спросила я, когда двери кабины закрылись и мы поехали вниз. — Мне уже объявили, что тебе нужен ко мне неограниченный доступ. Я просто хочу убедиться, что мы оба четко понимаем, чего именно ждем друг от друга.

Я тебе не девочка на побегушках. И уж точно не девочка по вызову.

— Я не могу скрыться от людей даже в собственных апартаментах, — просто ответил он, глядя на электронное табло, где загорались номера этажей.

Наконец мы спустились на первый и прошли через палубу к трапу.

— А при чем тут моя каюта? И почему мы покидаем корабль? Он отплывает… — я взглянула на часы, — ровно через пятнадцать минут. Мне хотелось бы быть на борту, когда это произойдет.

— Не волнуйся. Без меня корабль не уйдет. И я доставлю тебя на борт.

Он широко улыбнулся, и у него на щеках появились две ямочки. Черт! Надо срочно вырабатывать иммунитет к его обаянию, если мне предстоит с ним заниматься весь год. Я не смогу эффективно работать с такой кашей в мозгах, и чем все закончится? Пакстон должен сдать все экзамены в каждом триместре, иначе я потеряю стипендию. И Рейчел тоже потеряет стипендию. С потрясающим опытом для будущей аспирантуры можно будет проститься. Все условия четко прописаны в договоре. Да, Пакстон Уайлдер — красавчик, каких поискать, но, чтобы вскружить мне голову, одного смазливого личика мало.

Значит, так. С этой минуты ты не испытываешь никакого влечения к Пакстону Уайлдеру. Вообще никакого. Совсем.

— Смотри под ноги, — сказал он и протянул мне руку, когда мы ступили на трап.

Ну, разве что самую капельку влечения.

Я взяла его за руку, больше всего беспокоясь о том, чтобы не упасть с трапа. Его ладонь была теплой, и он крепко держал меня, пока мы спускались. В какой-то момент он меня отпустил, и я поняла, что мы