страже, лорд тер Эйтель, — отозвалась в тон блондину. — Маменька будет в ярости, если узнает, что я провела вечер не у фонтанов, а среди костей. И лучше вам не знать, каким может быть гнев императрицы.

Блондин рассмеялся, и его смех был таким заразительным, что я невольно расслабилась и подхватила его. Если это и есть флирт, то я начинаю понимать, за что его так ценят матушкины фрейлины.

Пока шли по коридорам и переходам дворца, пришлось удерживать приличествующее случаю лицо. Пусть зеваки считают, что я не в восторге от прогулки с блондином. Так безопаснее. Да и когда мы вышли из дворца, и пока стражники у ворот провожали нас изумленными взглядами, тер Эйтель вел себя безупречно: придерживал мой локоть, указывал на звезды, начинающие проступать на вечернем небе, и даже остановился у цветочной лавки, чтобы купить маленький букетик фиалок.

— Для пущей достоверности, — подмигнул он мне, прикалывая цветы к моему плащу. — Если за нами следят, пусть думают, что я безнадежно очарован вашей красотой, принцесса.

Я невольно смутилась. Жест почему-то затронул гораздо сильней, чем должен был. Ведь это просто игра, фарс. Но щеки все же слегка порозовели. Он невыносим, мелькнуло в голове, но сердце таяло и восторженно трепыхалось в груди.

Наверное, стражники у ворот совершенно ошалели от того факта, что мы пошли пешком, а не взяли карету. Но я не жалела. Я получала истинное удовольствие от неторопливой прогулки по центральным улочкам, где фонари отбрасывали теплый свет на мостовые, а вокруг слышался гул голосов торговцев и смех гуляющих пар. Тер Эйтель развлекал историями — то о том, как однажды случайно оживил тушку курицы, которая устроила переполох на рынке, то о его учителе некромантии, который утверждал, что «кости поют, если их правильно попросить».

— И вот, представляете, эта курица носилась по площади, а торговки орали, что это демоны! — блондин хохотнул, и я не удержалась, рассмеявшись так громко, что прохожие начали оглядываться. — Пришлось притвориться, что я просто прохожий, а не виновник хаоса.

— Вы ужасны, — выдохнула я, утирая слезы от смеха. — Как вас еще не выгнали из Академии?

— О, я слишком обаятелен, — отозвался блондин с притворной скромностью, и невольно ткнула его локтем в бок, все еще хихикая.

Когда вечер плавно перетек в ночь, а улицы начали пустеть, тер Эйтель ненавязчиво повернул в сторону бедных кварталов. Фонари здесь были редкими, а дома теснились друг к другу, будто прячась от света. Воздух пах сыростью и угольным дымом. Я впервые попала в подобное место и сейчас почувствовала, как сердце забилось быстрее — от осознания, насколько бедными могут быть люди, и от предвкушения.

Тер Эйтель вел меня, заглядывая в каждый темный проулок. На миг останавливался, словно принюхивался. А потом шел дальше, увлекая меня за собой. Наконец, он остановился в узком, освещенным одной луной переулке, где за кучей мусора виднелся заброшенный двор, заваленный старыми костями — судя по всему, остатками животных, которых здесь бросали после разделки.

— Идеальное место для практики, — прошептал тер Эйтель, оглядываясь, чтобы убедиться, что нас никто не заметил. — Начнем с чего-то простого. Попробуйте оживить вон тот скелет кошки. Сосредоточьтесь, направьте энергию в кости, но не переусердствуйте — иначе она решит, что она все еще живая и голодная.

Я кивнула, чувствуя, как переполнявшая меня магия начинает покалывать кончики пальцев. Вытянула руки, шепча заклинание, которое тер Эйтель показал мне еще когда мы только входили в квартал бедняков. Я такого не знала. Довольно простое и, как я ощутила, совершенно не энергозатратное. Оно было гораздо лучше того, что я нашла в старом фолианте в дворцовой библиотеке.

Кости задрожали, медленно собираясь в форму маленького кошачьего скелета. Я напряглась, стараясь удержать контроль, но тут раздался громкий треск…

Понятное дело, я испугалась. Любой бы на моем месте подскочил от испуга. Вот только скелет после этого не просто ожил, а рванулся вперед с такой скоростью, что я испуганно ахнула.

— Ой! Это… это не я! — выпалила, когда кошачий скелет начал носиться по двору, позвякивая костями, словно настоящий кот, гоняющийся за невидимой мышью.

— Спокойно, держите его! — тер Эйтель пытался сохранять серьезность, но его губы дрожали от сдерживаемого смеха. — Вы, кажется, вложили слишком много энтузиазма, принцесса!

А то я не знаю! Лучше бы помог, умник!..

Я попыталась усилить контроль над взбесившимся скелетом. Все же давно не практиковалась, не давала некромантии выход. И вот закономерный результат. Но в этот миг из-за угла послышались шаги и голоса — тяжелые сапоги и лязг доспехов. Городская стража! Я замерла. И в ужасе уставилась на тер Эйтеля. Если нас поймают за некромантией, маменька меня в башне запрет до конца века! А блондина вообще казнят!

Я судорожно попыталась отозвать заклинание. Но кошачий скелет, вместо того чтобы замереть на месте, вдруг с радостным позвякиванием бросился к замеченным им стражникам — двум здоровенным мужикам с фонарями. То, что произошло дальше, не поддавалось никакому описанию. И не шло ни в какое сравнение с оживленной блондином на рынке курицей!

— Что за…?! — заорал один из стражников, роняя фонарь, когда скелет кошки начал тереться о его ноги, словно настоящий кот, требующий ласки. — Это что, нежить?!

— Бежим! — завопил второй, и оба, побросав оружие, рванули прочь, оставив за собой только эхо панических криков.

Если вначале от приступа дикого ужаса я зажала себе рот рукой, чтобы не заорать и не выдать нас. То теперь старательно пыталась не расхохотаться, но слезы уже текли по щекам. Тер Эйтель же, не сдерживаясь, согнулся пополам от хохота, едва держась за стену.

— Ох, принцесса, — выдавил он, утирая глаза. — Это… это было лучше, чем моя курица на рынке! Вы только что создали нежить, которая ластится, как котенок!

— Это не смешно! — прошипела я, пытаясь казаться сердитой. Но голос предательски дрожал от смеха. — Я чуть не умерла от страха! Что, если они вернутся с подкреплением?

— Тогда скажем, что это был… магический кот, — ухмыльнулся тер Эйтель, подмигивая. — Но, признаться, для первого раза вы справились блестяще. Только в следующий раз попробуйте не оживлять кошек с такой любовью к стражникам.

Я фыркнула, чувствуя, как напряжение отпускает.

— Откуда я могла знать, что этот кот при жизни обожал стражу?

Я посмотрела на кошачий скелет, который теперь мирно сидел в углу, будто гордясь своим подвигом. Может, некромантия — это не так уж страшно, подумалось мне. Я искоса посмотрела на тер Эйтеля. Его веселье была до того заразительным, что в этот момент я осознала, эта