а вот животные вряд ли, — я кивнула на замок, который, хоть и ржавый, всё ещё держался на цепи.

Он выругался себе под нос, но достал из кармана нож и, с минуту поколебавшись, сбил его парой резких ударов по старой скобе.

Дверь отворилась со скрипом, и мы шагнули внутрь.

Сараем это место назвать было сложно — скорее, старый коровник, уже практически разрушенный временем. В крыше зияли дыры, через которые лился слабый свет звёзд. Запах плесени и старого сена наполнял воздух.

— Похоже на… обычный сарай, — пробормотал Николас, озираясь.

Я шагнула дальше, направляя фонарь на деревянные стены, покрытые грязью. В дальнем углу валялась старая ржавая бочка, возле неё — пара сгнивших деревянных корыт.

— Тут точно что-то должно быть, — прошептала я, не понимая почему дар потащил меня среди ночи в эти бесполезные руины.

И тут же, будто в ответ на мой внутренний ропот, тишину разорвал глухой звук.

Шорох. А потом стук колёс.

Я резко обернулась. Николас тоже напрягся, шагнув ко мне ближе.

— Кто-то едет, — он приглушил лампу ладонью.

И мы кинулась к дверному проёму выглянув наружу.

На дороге, ведущей к участку, двигалась тёмная повозка, колёса которой скрипели в ночной тишине. Мы переглянулись.

— Совпадение? — тихо спросил он.

Я сглотнула.

— Нет, — прошептала в ответ. — Совсем не уверена.

Мы замерли у входа, наблюдая, как повозка медленно приближается. Темнота скрывала её пассажиров, но я видела, что кучер сидел прямо, явно напряжённо вглядываясь в дорогу. Фонарь, прикреплённый к боковой части повозки, давал слабый свет, которого едва хватало, чтобы разглядеть очертания.

Николас сжал мою руку, подавая знак оставаться на месте.

— Нам нужно решить, что делать, — прошептал он. — Если они остановятся здесь, нужно будет спрятаться.

Я и так это понимала, но мой разум работал медленно. Сердце билось слишком громко, мысли путались. Кто это? Что им нужно?

Повозка приближалась. Вскоре я смогла различить её детали: обычный сельский экипаж, но крытый, что само по себе выглядело странно в такую тёплую ночь. Кто-то пытался скрыть груз? Или пассажира?

Колёса натужно скрипнули, когда лошади замедлили шаг. Николас крепче сжал мою руку.

— Они останавливаются, — пробормотал он.

Я затаила дыхание. Дверца экипажа открылась с тихим щелчком, и на землю ступили двое. Один был высоким и плотным, другой ниже и худее. Свет фонаря поймал лишь их силуэты, но мне хватило и этого, чтобы почувствовать, как холод пробегает по спине.

— Гримс, — тихо выдохнул Николас.

Я закусила губу. Гримс? Он не ушёл, а вместо этого приехал сюда посреди ночи? С кем?

Мужчины двинулись в сторону сарая. Их шаги были уверенными, будто они точно знали, куда идут. Я медленно отступила вглубь помещения, прижимая ладонь к груди, пытаясь унять бешеный ритм сердца.

— Что они делают? — шёпотом спросила я.

— Сейчас узнаем, — ответил Николас, его голос звучал напряжённо.

Мы затаились в тени. Фонарь мы давно погасили, и теперь только слабый свет луны пробивался сквозь дыры в крыше.

Гримс и его спутник остановились в нескольких шагах от входа. Первый заговорил тот, что выше:

— Ты уверен, что всё ещё здесь?

— Да, — отозвался Гримс, и я узнала его голос. — Это место никто не трогал с тех пор, как старик умер. Если что-то и осталось, то тут.

Я едва удержалась от того, чтобы не посмотреть на Николаса. Он замер, но я видела, как его пальцы сжались в кулак.

Они искали что-то. Но что?

— Если найдём, нужно действовать быстро, — продолжил Гримс. — Не хочу, чтобы этому выскочке Монтгомери досталось все.

— А если он уже что-то знает?

— Тогда нам придётся позаботиться о том, чтобы он замолчал.

Мои пальцы сжались в ткани плаща. Мне стало по-настоящему страшно.

Гримс бросил быстрый взгляд по сторонам, затем сделал шаг в сторону сарая.

— Давай. Если он должен быть здесь — негодяй указал в сторону именно того сарая, где так неудачно находились мы — Нужно найти его до рассвета.

Я почувствовала, как Николас медленно тянет меня назад, в темноту. Ещё немного, и нас могут заметить. Сердце бешено колотилось в груди.

Что же здесь спрятано?

Мы затаились в углу сарая, спрятавшись за старыми деревянными бочками, которые когда-то, возможно, служили для пойла скота. Николас потянул меня вниз, и мы осторожно опустились на корточки за груду гнилых досок, стараясь не создавать ни единого звука. Запах сырости, старого сена и плесени забивал ноздри, но я даже не морщилась — слишком сильно билось сердце.

Снаружи раздался скрип двери, а затем раздражённое ругательство.

— Чёрт! — зло выплюнул Гримс. — Кто-то уже был здесь!

— Откуда ты знаешь? — голос второго был настороженным.

— Замок сбит, — ответил Гримс, и мне показалось, что он швырнул что-то на землю. — Это значит только одно: надо торопится и вытащить всё до рассвета. Раз сосунок уже сюда сунулся, то скоро начнёт задавать вопросы.

— Но это слишком много! Мы не успеем! — нервно возразил второй — С чего ты вообще взял, что это он?

— Уверен! Это точно Монтгомери. Нам придётся успеть забрать все сегодня, — резко оборвал его Гримс. — Ненавижу спешку.... А ведь я хотел сделать всё по закону и сынку богача досталось бы хоть что-то, но теперь… — он издевательски усмехнулся. — Придётся замочить лапки.

Я судорожно сглотнула. В груди всё похолодело.

Они вошли.

Шаги были тяжёлыми, уверенными. Мужчины не сомневались, куда идут. Я прижалась ближе к Николасу, затаив дыхание, и почувствовала, как его пальцы сжали моё запястье, предостерегая от любого движения.

Гримс остановился в нескольких шагах от нас, осматриваясь.

— Здесь, — сказал он, тыча пальцем в пол. — Убираем весь этот хлам.

Раздался глухой звук — брошенная в сторону доска. Потом ещё одна. Николас немного подвинулся, чтобы наблюдать за ними. Я тоже осмелела и украдкой посмотрела через крупную щель в бочке, как они лихорадочно разгребают мусор, освобождая пространство на полу.

— Ты уверен, что оно всё ещё здесь? — спросил второй.

— Схема не врет — буркнул Гримс. — Да и отец рассказывал, что старик именно здесь планировал похоронить свой самый главный секрет.

Секрет? Что за секрет?

Уверенна, что речь шла о дедушке Николаса. Но что он еще мог скрывать от своей семьи?

В это время негодяи начали копать пытаясь добраться до неизвестной цели.

Чёрт.

Я сжала руку Николаса, ощущая, как страх пробегает по спине.

В ответ муж тоже сжал мою в жесте поддержки, но глаз от затеявших что-то непонятное злодеев не отводил.

Довольно-таки опасно сверкающих глаз.

Откуда я знаю?

Почувствовала, каким напряженным и злым был мой мужчина.

Но все же мы сидели