чаще. Не с просьбами — просто спросить, как я себя чувствую. Присылала рецепты пирогов. Однажды написала: «Горжусь тобой, дочка». Без повода. Просто так. Я плакала полчаса.

Папа тоже был здесь — в инвалидном кресле, но улыбался. Влад привез ему специальное кресло из Германии, и теперь отец мог выезжать во двор, сидеть на солнце, смотреть на внуков. Иногда он ловил мой взгляд и слегка кивал — молча, но в этом кивке было все.

А у мангала — отдельный спектакль.

– Ты не так переворачиваешь, – ворчал Влад, отбирая шампур с мясом у Макара.

– Да нормально я все делаю, – отмахнулся тот.

– «Нормально» – это когда не горит, – сухо ответил Влад.

Я тихо засмеялась, наблюдая за ними.

Двое взрослых мужчин, которые серьезно спорили из-за шашлыка – и выглядели при этом как дети.

Не удержала улыбки, подошла ближе и положила руку Владу на плечо.

– И что тут у вас случилось? – спросила, протягивая тарелку Макару.

Влад даже не взглянул на меня – весь в процессе.

– Да вот, Макар спалил шашлык, – буркнул он недовольно. – Я же сказал: переверни.

– Да не сгорел он, а подрумянился, – сразу отмахнулся Макар.

– «Подрумянился» – это когда есть можно, – сухо ответил Влад. – А это... ты сам будешь доедать.

Я засмеялась, глядя на них обоих.

Влад наконец взглянул на меня – на секунду, но этого хватило. Взгляд сразу смягчился. Он вытер руки о полотенце и автоматически положил ладонь мне на живот.

– Как ты? Малыш не сильно бунтует? – спросил, словно мы были тут только вдвоем.

– Нормально, – улыбнулась я. – Уже тренируется бить рекорды.

– Весь в меня, – хмыкнул он, едва заметно улыбаясь.

– Не дай Бог, – встрял Макар сбоку. – Нам и одного такого хватает.

Я снова засмеялась, а Влад лишь бросил на него короткий взгляд, но без злости – скорее привычно.

Поля подбежала к нам.

– Можно уже есть? – сразу выпалила она, глядя на Влада большими глазами.

– Еще минут десять, дочка, – спокойно ответил он, даже не оборачиваясь от мангала.

– Это долго... – сразу надула губки малышка, уже почти обиженно. Потом хитро взглянула на него. – Папа, а ты покатаешь меня?

Я только успела улыбнуться, потому что знала – Влад уже проиграл, ведь никогда не мог отказать дочери.

– Ну все, – протянул Макар, закатывая глаза. – Сейчас Влад в пятый раз пойдет катать малую, а я тут остаюсь ответственным за шашлык. И, конечно, потом еще буду виноват, что он «подрумянился».

– Не ной, – отмахнулся Влад и уже через секунду подхватил Полю на руки.

Она радостно засмеялась, обняла его за голову, а он посадил ее себе на плечи, словно так и надо.

– Вот будут у тебя свои дети, тогда поговорим, – бросил через плечо. – Посмотрю, как ты будешь держаться перед такими глазами.

Поля победоносно взглянула на Макара сверху, словно выиграла самую важную битву в жизни.

А я просто стояла рядом и смотрела на них. И ловила себя на мысли, что когда-то даже представить такого не могла.

Что сам Влад Власов. Владелец сети ресторанов. О котором я слышала только плохие слухи и работала в одном из его ресторанов официанткой. Станет когда-то не просто моим фиктивным мужем, а отцом моих детей. И будет стоять посреди двора с нашей дочкой на плечах. Ругаться из-за шашлыка и спрашивать у меня, не больно ли мне от толчков малыша.

Влад прошел мимо меня, Поля что-то восторженно рассказывала ему сверху, размахивая руками. Он держал ее за ножки, чтобы не упала, и время от времени кивал.

На секунду он снова взглянул на меня.

И на этот раз не отвел взгляда.

Ничего не сказал. Просто немного дольше задержался глазами – теплее, глубже, чем обычно.

И мне этого хватило.

Я опустила руку на живот, почувствовала очередной толчок и тихо улыбнулась.

– Спокойнее, малыш, – прошептала, положив обе ладони на живот. Малыш толкнулся в ответ — сильно, уверенно, словно говорил: «Я тут. Я уже тут. И никуда не денусь». Весь в отца.

Поля хохотала, когда Влад подбрасывал ее в воздух, и я едва сдерживала смех, наблюдая за этой сценой. В нем уже не было прежней холодности или отстраненности, что когда-то пугала меня. Он был здесь, рядом, настоящий, со своей заботой, вниманием и смехом.

Почувствовала, как что-то теплое разлилось внутри. Это было больше, чем просто любовь – это была семья, которая росла прямо на глазах. Дети, смех, запах жареного мяса, легкий ветерок, что колыхал траву – все сливалось в один спокойный, правильный момент.

Влад поставил Полю на землю, и она мгновенно побежала ко мне.

– Мама! – громко выкрикнула дочка, влетая в мои объятия. Ее маленькие ручки обхватили меня за ноги.

– Что, солнышко, – прошептала я, прижимая ее к себе. – Ты хорошо поиграла с папой?

Она кивнула, размахивая руками и улыбаясь.

Влад подошел к нам и немного наклонился, чтобы заглянуть Поле в глаза.

– Ну что, маленькая непоседа, готова к шашлыку? – спросил, улыбаясь. – Надеюсь, твой крестный его не спалил.

– Ничего я не спалил! – сразу оправдался Макар. – Кстати, все готово, так что можно садиться за стол.

Я взяла дочку за руку, и мы пошли к столу, пока мужчины забирали мясо с мангала.

Когда сели, Влад наклонился ко мне, и его голос стал тихим, почти шепотом:

– Три года прошло, любимая... Настало время выбрать: остаться или уйти.

Я немного удивленно подняла брови.

– Ты сейчас серьезно? – голос у меня получился хриплый, тихий. – Я думала, договор с тремя годами потерял силу еще тогда, когда мы поняли, что это уже не фиктивный брак. Когда перестали спать в разных комнатах. А ты начал называть меня «котенок».

Он едва улыбнулся, но в глазах оставалась серьезность.

– Так что, какой твой ответ?

Я на мгновение замолчала, чувствуя, как сердце немного билось быстрее.

– Я всегда буду твоя... – наконец ответила, – только теперь с условиями.

Влад наклонил голову, внимательно глядя на меня:

– И какие у тебя условия?

Улыбнулась, чувствуя приятность внутри:

– Любить меня, радовать, уважать... и, конечно, иногда позволять мне командовать в постели. А еще – пробовать что-то новенькое в сексе.

Он на