В лаборатории пахло озоном и горелым хрусталем — сладковато-едкий запах, от которого першило в горле. Где-то шипела забытая горелка, колбы на столе тихонько звенели от вибрации.

— Как ты? — я попыталась смягчить тон, глядя на потерянный вид мадам Пепловик. Казалось, она осунулась за это время, похудела и обрела порядком седых волос. Но в сумерках лаборатории и перламутровых переливах кварцевых эссенций это было незаметно.

— Усовершенствованные Очи Истины готовы, — сказала она без эмоций. Я с болью посмотрела на Сарриса. Он застыл за спиной женщины и только пожал плечами. Но по его напряженной позе я поняла, что он слушал. — Их обладатель… может видеть любую правду из своего прошлого. Вернее, любую, связанную с ним правду. Хочешь узнать, как погибла твоя мать?

Она вдруг подняла голову, и я вздрогнула: ее глаза потухли, кожа облепила острые скулы. Это была не та пышущая жизнью Лиресс, которую я знала. В груди засел твердый ком: саднило ощущение, что наше прежнее безусловное доверие исчезло навсегда.

— Хочу узнать про подпольные лаборатории Серебряных Шепотов. Ты была в курсе, что они используют бракованные Очи Истины для искажения иллюзий?

Лиресс не ответила. Задержала на мне взгляд и опустила голову. Затем что-то покрутила на столе, и разноцветные потоки потухли. Я ждала. Саррис отошел и оперся плечом о стену.

— Была. Но я не знала, что именно они делают. И не верила в возможность сопротивления. Но вы убили Кассиана, и…

— Мадам Пепловик, — вмешался Саррис, — иначе мы бы потеряли Сейру. Поверьте, я не думал в тот момент.

— Тебя нанял сам Кассиан! — воскликнула Лиресс и вскочила на месте. — Он тебя убить хотел за предательство, а не Сейру!

— Меня нанял Элион, — мягко поправил Саррис и отлип от стены. — И он дал мне свободу действий. Умирать или допускать смерть Сейры я не намеревался.

— Ты шпион! — накинулась на него Лиресс. Из ее груди лилась боль. — Скольким правителям ты служил? Скольких предал? Мы могли бы избежать гражданской войны, если бы ты поступил разумнее!

— Как? Умер?

Саррис беззлобно ухмыльнулся, а в глазах Лиресс заиграли злые огоньки. Переборов тревогу от воспоминаний той ночи, я поднялась и как можно ровнее спросила:

— Почему разведчики не могли найти скрытые лаборатории? Мираэль погибла, Лиресс. Это ответ Лисандры.

Женщина закрылась. Скрестила руки на груди и сняла очки. Протерла глаза и выдохнула:

— В Талгааре есть… только один исказитель истины, вам обоим это прекрасно известно. А бракованные Очи лучше поддаются искажению. Полагаю, в его башне как раз такие.

— Элион, — процедил Саррис и глянул на меня. Я незаметно сглотнула: во рту и так пересохло. Теперь Элион наш союзник, но шесть лет назад и до недавнего времени он мог вести свою игру. Одновременно плести интриги при дворе Даркхана и подливать масла в огонь моей оппозиции. В то время как мы с ним состояли в соглашении о союзничестве.

— Элион сказал уничтожить усовершенствованные Очи Истины, — пробормотала я. — Это… тоже ложь?

— Конечно, чтобы не было конкурентов, — хмыкнула Лиресс. — Зачем ему еще кто-то с таким же даром?

— У Сейры и так есть этот дар, — отозвался Саррис.

— Но в ее окружении — ни у кого, — парировала Лиресс. — Сейчас у нас двойное оружие. К тому же, Элион может поменять сторону в любой момент.

— Очи могут попасть в чужие руки, — проговорила я и пожала плечами. — Карнак… ему они нужны для ритуала. Его агенты всюду. Мы их даже не видим.

Саррис дернулся и подошел. Взял меня за плечи и посмотрел в глаза:

— Мы это не допустим. Илмарис под превосходной стражей. К тому же… Сердце Талгаара…

Он опустил взгляд на медальон, я его сняла и передала Лиресс:

— Это новый сплав. Пропитанный кровью Даркхана. Останется собрать зеркальную крошку Элиона, но… попробуй узнать его свойства.

Женщина встрепенулась, ее глаза впервые вспыхнули:

— О, это то, что надо! Я разверну исследование! Предполагаю, что медальон кроме огнеупорности сможет еще отражать удары. Как рикошет, знаете?

— Звучит заманчиво, — отозвался Саррис. Я кивнула:

— Тогда жду. А Очи Истины заберу с собой. Поможешь унести?

Я посмотрела на змея, тот глянул на Лиресс. Она медленно перевела взгляд со сплава:

— Сейчас принесу. Ждите. — И, убрав медальон в карман рабочего халата, скрылась в подсобке.

* * *

Мы оставили артефакт на комоде у меня в покоях — большой цельный кристалл с мерцающими эссенциями, который, по завету, должен был показывать любое правдивое прошлое.

— Хочешь что-то узнать? — спросил Саррис, отрывая взгляд с Очей Истины. — Про Элиона, возможно?

— Нет, — выдохнула я. — Все, что должна, я знаю и так. Мне не хочется углубляться в прошлое. У меня слишком много проблем в настоящем.

— Прошлое может подсказать будущие шаги.

— Скоро все закончится, — выдохнула я и отвернулась от кристалла. В глазах уже рябило: слишком много сегодня было иллюзий. И слишком много потерь. Но Даркхан пообещал вернуться, и я верила. Несмотря на то, что сейчас была рядом с другим.

— Тогда… — Саррис подошел сзади и положил руки мне на плечи. — Ты бы хотела узнать правду о… нас?

— Тебе есть что скрывать? — Я обернулась резко, он убрал руки.

— Мне… просто хочется быть перед тобой честным, Сейра. Чтобы ты меня простила.

— Мне достаточно того, что я вижу. И позволяю показывать.

Я улыбнулась уголками губ и отошла вглубь покоев. На плечи надавила усталость, мне нужен был покой. Хотя бы ночь перед неизвестностью и новой обороной — чтобы посмотреть в глаза Айле и почтить молчанием память о Мираэль.

Я стянула сапоги и растрепала волосы: свобода! Хотелось только скинуть нагрудник, сводящий все мышцы, и лечь на ровную кровать. Я села, у моих ног оказался Саррис и с заботой принял обувь. Я тихо спросила:

— Поможешь с доспехами?

Он сделал это без единого слова, потянув за шнуровки по бокам, и снял нагрудник. Я осталась в легкой сорочке и кожаных штанах, но на порыв Сарриса помочь и с этим отстранилась:

— Не стоит, мне… нужно побыть одной.

— Сейра… — Он коснулся моего подбородка и повернул голову к себе лицом. Наши взгляды — усталый и твердый — встретились. — Я не могу тебя оставить. Торну нужен отдых, я заменю его, но я хочу быть с тобой не только для охраны. И не только сегодня.

— Ты знаешь, что это не имеет значения, — ответила я тихо. — Если я стану правительницей Объединенного Талгаара, то мой ближайший претендент на замужество — Элион Молчаливый.

— Дело не в статусе перед своими землями, а в чувствах, — сказал Саррис, и я