— Ну, если дренаж вышел бы, разве это не означало бы, что ты поставила его неправильно?

— На самом деле, нет… — она скрещивает руки на груди, суровый взгляд удивляет меня. Противостоять боссу преступной группировки — не для слабонервных, а она, похоже, понимает, что происходит.

— Хватит, — шипит Джо. — Он уже здесь, так что давайте делать, что нужно.

Мэдисон не двигается, и я тоже. Я ещё не готов отпустить это, но голос Тая возвращает нас обоих к реальности.

— Папа? — он хриплый и растерянный, но звук для моих ушей — музыка. У него хватает сил говорить, и это хороший знак.

— Я здесь, сынок, — я опускаюсь рядом с ним, беря маленькую руку в свою. Голос срывается, эмоции дня наконец догнали меня. — Как ты себя чувствуешь?

— У меня болит грудь, — его крошечные черты искажаются в грусти, в глазах собираются слёзы. Дыхание немного затруднено, но он постепенно становится более внимательным, а щеки немного розовеют.

— Должно быть, да. Я могу помочь, — Мэдисон улыбается, садясь рядом с Тайем на диван. — Меня зовут Мэдди, я доктор. Моя работа — помогать тебе чувствовать себя лучше. Можно мне осмотреть тебя?

Тай кивает, и я отступаю, давая ей немного пространства для работы.

— Ты была в парке, — Тай узнаёт её.

— Верно, я там была, — отвечает Мэдисон, собирая свои принадлежности. — Я впечатлена, что ты помнишь. Ты был очень смелым. Я бы точно расплакалась.

— Плакать — это для младенцев. Так говорит папа.

Мэдисон морщится, но даже не выглядит удивлённой, что я такое сказал.

— Сынок, я не хотел… — я начинаю объяснять, но она перебивает.

— Я считаю тебя смелым. На самом деле, мне нужна будет помощь, чтобы дать тебе лекарство. Сможешь помочь?

— Да! — Тай с энтузиазмом соглашается. Она ладит с ним, и я чувствую укол вины за то, как всё произошло. Я готов на всё ради сына, но мягкий подход был бы лучше.

Она достаёт из сумки тюбик с кремом.

— Это волшебная мазь. Наносишь на тело, и ничего не чувствуешь. Хочешь попробовать?

Тай проводит пальцем по тюбику, набирая мазь. Растирает на руке и через пару секунд с удивлением смотрит на неё.

— Сработало!

— Я же говорила! Теперь давай сюда, — она указывает на сгиб локтя, и Тай распределяет крем по коже. — Отлично, — улыбается она. — Теперь я вставлю тебе трубку — капельницу. Она позволит мне давать лекарство, чтобы тело могло поправлятся.

Мэдисон готовит иглу.

— Тай, глубоко вдохни.

Тай вдыхает.

— Отлично. А теперь медленно выдыхай, — он следует инструкциям, сжимая губы, чтобы выдох был ровным, пока она вводит иглу в руку. — Отлично, ты справляешься, Тай.

Я наблюдаю, но Мэдисон работает так быстро, что я едва различаю её движения. Вскоре трубка установлена, и Тай почти не замечает.

— Джо, можешь дать что-то высокое, чтобы повесить это?

Он кивает и быстро приносит вешалку из прихожей.

— Подойдет?

— Идеально, — она берёт её, наматывает трубку и вешает на крюк. Достает из сумки пакет с жидкостью и присоединяет к капельнице. Вскоре она начинает поступать в него.

— Что это? — спрашиваю.

— Антибиотик с обезболивающим. Поможет убить инфекцию и справиться с болью следующие дни. А это седативное… — она подключает ещё один пакет. — Оно поможет, когда мы будем снимать дренаж, и немного успокоит его. Как дела, Тай? — спрашивает она, улыбаясь ему.

— Хорошо.

— Отлично, — идёт к дренажу в животе. — Теперь сложная часть. Он помогал снизить давление, а теперь мы можем его убрать.

— Будет больно? — спрашивает Тай, хмурясь.

— Немного, но мы сделаем быстро. И твой папа будет держать тебя за руку, сжимай сколько хочешь.

— А если я так сожму, что сломаю его пальцы?

— Ещё лучше, — Мэдисон подмигивает Таю, потом смотрит на меня. — Иди сюда, — я осторожно сажусь рядом с головой Тая.

— Ладно, маленький, давай посмотрим, на что ты способен, — протягиваю руку, и он с радостью берёт её.

— Сделай глубокий вдох. Ты умеешь считать до десяти?

— Конечно! До ста! — отвечает Тай, именно так, как нужно Мэдисон.

Она смеётся.

— Отлично. А назад?

Тай смотрит на меня менее уверенно. Я пожимаю плечами.

— Думаю, справишься. Давай вместе попробуем.

— Ладно, — соглашается он.

— Отлично. Скажешь, когда будешь готов, — Мэдисон протирает место вокруг раны и основания трубки. Кровь больше не идёт, и я не понимаю, хорошо это или плохо.

Минуту думаю, не испортил ли я что-то, когда мы его переносили.

Тай колеблется, затем даёт согласие.

— Поехали, Тай. Помни счет. Сто… девяносто девять… — инструктирует она и сразу приступает к делу.

— Девяносто восем, — голос Тая дрожит, он с трудом сдерживает слёзы, пока Мэдисон вытягивает трубку.

Я крепко сжимаю его руку и считаю вместе с ним:

— Девяносто семь... девяносто шесть... девяносто пять... девяносто четыре...

Тай держится, как настоящий боец, пока она вытаскивает трубку — всё его тело напрягается. Он издаёт тихий всхлип, когда последняя часть выходит, и она прижимает кусочек марли к разрезу. Немного крови, но совсем не так много, как раньше, и я делаю вид, что не замечаю, как облегчение заливает лицо Мэдисон.

— Отлично справляешься, дружок. Почти закончили.

— Ещё один глубокий вдох, — её голос настолько мягкий, что почти успокаивает и меня, и я не могу не восхищаться ею. Очевидно, она отлично знает своё дело — Тай полностью спокоен, будто всё это не про него.

Тай глубоко вдыхает.

— Молодец. Девяносто три... девяносто два... девяносто один, — мы заканчиваем счёт вместе.

Мэдисон улыбается, эффектно щёлкая перчатками, снимая их.

— Готово!

— И всё? — одновременно спрашиваем мы с Таем.

— Да! Ты отлично справился! А теперь тебе нужно просто лежать, пока тело восстанавливается, смотреть фильмы и есть столько мороженого, сколько захочешь. Приказ доктора.

— Слышал, сынок? Скоро тебе станет лучше! — надеюсь, я звучал увереннее, чем чувствую себя на самом деле. Ни швов, ни трубок? Она не похожа на ту, кто рисковал бы жизнью ребёнка из-за мести, но всё же кажется, что тут чего-то не хватает.

— Почему бы не начать прямо сейчас? — Джо заходит в комнату и включает телевизор. Он плюхается на диван рядом с Таем, и мальчик начинает хохотать. Джо для Тая как дядя — они лучшие друзья. Мы бы не выжили последние месяцы, если бы не Джо и его жена Сара.

Он усмехается, глядя на меня, и я не сдерживаю смешок.

— Что? Она же сказала — приказ доктора.

Пока Тай занят, я помогаю Мэдисон прибраться.

— Пожалуйста, — говорит она с привычной язвительностью. Вся мягкость, что была у неё минуту назад, исчезла.

— Что?

— Я сказала, пожалуйста. Обычно, когда кто-то идёт тебе навстречу, ему