из «Справочника для постояльцев», наслаждались звучанием неказистых слов и представляли себя обычными туристами, выбравшимися из домашней суеты и расслаблявшимися в лучах тропического солнца.

«Уважаемый гость! Добро пожаловать в „Сизнс Хотэл“, идеальный рай для отдыха, где воплощаются ваши гастрономические мечты. Отель расположен на Эйрпорт-роуд в двух минутах от аэропорта Сан-Хосе, рядом с пляжем Арома-бич. Мы предлагаем деловым людям и туристам все удобства отдыха вдали от дома. Мы обеспечиваем постояльцев широким спектром услуг. Мы рады предложить вам наши аппетитные завтраки, роскошные обеды, вкусные ужины и широкий выбор восхитительных десертов, которые удовлетворят самый изысканный вкус. Весь наш персонал стремится к тому, чтобы ваш визит был приятным, комфортным и запоминающимся. Мы стараемся изо всех сил, чтобы не только соответствовать вашим ожиданиям, но даже превосходить их. Мы надеемся, что вы найдёте всё необходимое в нашем справочнике для постояльцев. Если вам покажется, что в нём чего-то недостаёт, обязательно сообщите нам, мы будем рады услышать ваши замечания. Пожалуйста, наслаждайтесь гостеприимством отеля „Сизнс“, и ещё раз добро пожаловать!»

– Шикарно… – с улыбкой тянула Клэр. – Аппетитные завтраки, роскошные обеды, вкусные ужины. Что ещё нужно в этой жизни?

– Я же говорил, отель хороший, – подмигивал ей Лоран.

Следом Рита зачитывала правила проживания, штрафы за «стойкий неприятный запах, оставленный в комнате вашими покупками на рынке», запрет «прикреплять что-либо к полу, стене, потолку помещений отеля гвоздями, шурупами, клеевым пистолетом или другими средствами». Перехватив у Риты справочник, Дима перечислял доступные спа-услуги: шведский массаж, массаж с использованием вулканического горячего камня, массаж травяным шариком и массаж «Вентоса» с горячими компрессами. Зачитывал список расположенных неподалёку церквей адвентистов, баптистов, католиков, пресвитериан.

– «Кроме того, приезжие могут посетить церковь Иглесиа ни Кристо и Христианское братство Миндоро на улице Гомес».

– Блеск! – радовалась Клэр. – Совершим паломничество. И везде оставим пожертвования. Пусть Махалинг Бато завидует.

Беглецы настолько обжились в отеле «Сизнс», что пользовались талонами на завтрак и обед – бумажными квитками с проштампованной датой оплаченного приёма пищи. Рита и Клэр кашеварили на кухне, готовя некое подобие того, что было указано в гостиничном меню, а следом выходили к столику метрдотеля и надменно, сдерживая смех, проверяли талончики у Лорана и Димы, каждый раз находя повод придраться и задержать голодного постояльца на пороге. Кухонным оборудованием друзья начали пользоваться после того, как Лоран разобрался с генератором. Запустить его удалось не сразу, а когда он, удовлетворившись залитыми маслом и бензином, затарахтел на всю мощь, разом зажглась непогашенная иллюминация фронт-офиса, где-то послышался писк включившейся аппаратуры. Друзья испугались пробуждения «Сизнс Хотэл», хоть и убедились в безлюдности города, а потом остолбенели: из колонок у въездных ворот раздался мягкий гитарный аккорд. Он показался громогласным. Послышалось ещё четыре аккорда, разделённых бесконечно долгими паузами. Следом сладкий мужской голос протянул с вибрато: «Хэ́-и-эй».

Заиграла песня филиппинской группы «Бэн энд Бэн». Солист с грустью тянул: «Ты когда-нибудь по-настоящему пробовала сделать невозможное? Скажешь, я витаю в облаках? Но, детка, это не сон, потому что мы не спим. Это реальный мир. И если тебе интересно, куда приведёт моя песня, я хочу узнать это вместе с тобой». Вступил второй голос-близнец, мелодию подхватила скрипка. Песня продолжалась, неторопливая, печальная, а одновременно с ней из колонок томно говорила филиппинка, призывавшая прохожих устроить себе романтический ужин в «Сизнс Хотэл». Она перечисляла цены, приглашала посетить сайт отеля, прочитать там дополнительную информацию и, конечно, зарезервировать столик.

Солист начинал новый куплет с неизменным вибрато: «Дри-и-имс», а женщина неустанно повторяла:

– Насладитесь романтическим вечером с великолепной едой и живой музыкой. Удивите любимых ночью, которую они запомнят навсегда. Счастливый романтический ужин в отеле «Сизнс». Для друзей, семей и молодых пар. Акустическая группа и романтические сюрпризы. Мы готовы потворствовать вашей страсти к хорошей еде и напиткам.

Запись длилась не дольше минуты, и женщина успевала семь раз произнести гипнотическое «Хэппи ромэнтик динэр эт Сизнс Хотэл», после чего запись повторялась вновь, наполняя тишину обездвиженного, засыпанного вулканическим пеплом пригородного пространства. Друзья, зачарованные, не могли пошевелиться. Слушали рекламный проигрыш, ловили в его звуках вкус утраченной жизни. По щекам Клэр катились слёзы, Рита подпевала и даже пританцовывала в такт песне, а Дима, ненадолго очнувшись от забвения, впервые осознал глубину безумия, в которую их ввергло крушение парома «Амок Лайт».

Лоран не нашёл пульт управления. Провозился с колонками, но заглушить их не сумел. Друзья смирились с монотонными призывами к романтическому ужину и неизменными голосами солистов «Бэн энд Бэн». Жили под дурманящее «Хэппи ромэнтик динэр эт Сизнс Хотэл» – одинокий отблеск реального мира, залетевший в клетку их сумрачных видений, как случайная птица залетает в помещение, а потом без толку порхает под потолком, бьётся о прозрачное стекло окон и тщетно норовит выскользнуть обратно. «Хэппи ромэнтик динэр эт Сизнс Хотэл» стало звуковой вехой беглецов, неизменно приводившей из города обратно, в гостиничные номера, и погружавшей в зацикленное, вырванное из временного потока мгновение. Генератор, сполна обеспеченный топливом, работал без перерыва – Рита предпочитала спать при свете, да и кондиционеры помогали справиться с духотой тесных комнатушек, – поэтому запись не прерывалась ни на секунду и раздавалась бы до сих пор, если бы однажды ночью Лоран, разбуженный кошмарами, не вскочил с кровати и не бросился с криками к колонкам. Он не церемонился с ними. Перере́зал провода и вернул тишину, нарушенную лишь рычанием генератора. Не удовлетворившись, Лоран металлическим прутом разбил колонки, а их обломки разбросал по дороге. Объяснять свой поступок не стал. Прошёл мимо сонных, вышедших на его крики друзей и возвратился в номер.

После той ночи беглецы почувствовали себя полновластными хозяевами города. Больше не возились с дверями, не карабкались через изгороди – смело, без сомнений выкручивали замки, выбивали окна, вскрывали витрины. Проникали всюду, куда прежде опасались или не могли пробраться. Не оглядывались по сторонам и не стеснялись шуметь. Не побоялись завести трицикл и разъезжать по пустой дороге, вздымая кильватерную полосу вулканической пыли, а к вечеру привозя в своё убежище десятки коробок новых припасов.

Беглецы продолжали жить вместе, но стали чаще расходиться парами или поодиночке. Каждый предавался своим забавам. Встретившись за ужином, не делились наблюдениями, предпочитали праздную болтовню, вроде обсуждения этикетки на стеклянной банке с кокосовым соком «Буко джус. Дизон фармс».

– «Перерабатывается на том же предприятии, где производятся продукты, содержащие курицу, яйца, рыбу, молоко, арахис, моллюски, сою, лесные орехи и пшеницу», – зачитывал вслух Лоран.

– И что это значит? – удивлялась Клэр.

– То, что в соке попадаются куриные перья, скорлупа, чешуя, раковины и мякина, – шутил Дима.

Друзья смеялись, пробовали сок и