ты умер после того, как нахально меня поцеловал. Убить тебя должна я, а не инфекция.

Пока я шептала свои язвительные глупости, Освальд снова завел разговор о драконах.

— Ты правда не знала? — спросил он. — В любом учебнике истории написано, что именно драконы правили династиями.

— В моих учебниках истории такого не было, — пробормотала я и тут же прикусила язык.

Слишком уж выдала себя. Освальд сузил глаза, но я сделала невозмутимое лицо.

— А зачем мне читать про чужие короны? Мне куда интереснее, как лечить диарею у простого крестьянина.

Он покосился на меня подозрительно, но промолчал. И слава богу. Если начнет задавать лишние вопросы, придется придумывать целую легенду, а я для этого слишком устала.

Да и не придумала ничего.

— Видно, ты читала только то, что касалось медицины и людей, — наконец сказал Освальд, опускаясь на потрепанный стул у изножья коек.

Я пожала плечами. Прямой ответ — это всегда попадание в ловушку вопросов, а ловушек у меня и так было выше крыши. Было проще выглядеть простушкой. До библиотеки доберусь — узнаю, что там написано. Более достоверный источник, чем сейчас сдать себя с потрохами. Ведь знания медицины и незнание истории точно вызовет подозрения. Я и без того весьма сомнительная личность.

— На самом деле никто не знает, как именно лечить драконов. У них масса преимуществ: регенерация, долгая жизнь, почти отсутствие старения. Бывают пары — тогда сила у них возрастает.

Я изогнула бровь. Регенерация, говоришь? Хорошо. Значит, где-то что-то ломается. Регенерация — не волшебная химия, а биологический процесс: деление клеток, факторы роста, иммунитет, питание. Если драконы, как он говорит, обычно «ремонтируют» себя лучше, значит, у них есть либо запасы ресурсов, либо специальные биологический механизм, который сейчас почему-то не срабатывал.

Что могло пойти не так? Токсин? Голод? Магическая блокада? Или элементарный дефицит витаминов и белка, как у простых смертных?

Глава 28. Больше про драконов

— Почему их регенерация не работает сейчас? — нервно поинтересовалась я.

Врач и натуралист — две половины моей натуры спорили, и обе требовали внимания. Освальд пожал плечами, его глаза затуманились от нехватки ответов.

— Это одна из загадок, — произнес он. — Их мало, и изучено все плохо. Людей изучали веками, драконов — выборочно, да и то легенды смешались с фактами. Бывает, что магия мешает регенерации — я видел такое. Бывает, что пища бедна на те элементы, которые им нужны. Бывает… — он замолчал, словно не хотел перечислять вероятности, которые могли бы меня привести в недоумение.

Я мягко улыбнулась. Что ж, тогда это плохо. Вдруг мы их лечили неправильно, и я бы сейчас отправила моих дрожащих чиновников на тот свет? Хотя, почему «мы», если «я»?

— Значит, методом проб и ошибок.

Он моргнул, как будто не ожидал от меня такого прагматизма.

— А что насчет пары? — спросила я, потому что иногда самые простые вопросы дают ключ к ситуации. — Если у дракона есть пара неподалеку, может, это даст эффекты: усиление регенерации, обмен биополем, что угодно.

Ага, люблю умные слова. Возможно, их сила даже не так работала.

— Пары у них нет, — ответил Освальд коротко. — Она бы присутствовала рядом. Они держатся вместе, когда пара рядом. А наши — одиночки.

— Значит, держатся вместе? — переспросила я, с прищуром глядя на Освальда. — Только не говори мне, что у них это работает как... брачный контракт на всю жизнь?

Он кивнул с тем достоинством, будто сейчас откроет мне смысл бытия.

— Да, точнее нет. Я не в курсе! Насколько мне известно — до самой смерти. Если у дракона есть пара, они связаны. На уровне магии, на уровне тела. Но главное — на уровне сердца. Они верны. Их любовь... вечна, — философски пробормотал он, глядя куда-то за окно, в сторону моря.

А я... замолчала.

Слово «вечная» ударило в солнечное сплетение. Слишком громкое, слишком красивое, слишком невозможное для такой, как я. Не смогла достичь этого в своем мире.

И все же... я мечтательно задумалась. Печаль защемила где-то между ребер. Не так, чтобы реветь в подушку, нет. Но чуть-чуть.

Это же мечта. Простая, человеческая. Найти свою пару. Не временную, не до первой ссоры, не «пока не надоест». А ту, с которой можно пройти всю жизнь. Где вы держитесь за руки даже тогда, когда весь мир рушится. Где никто не воткнет нож в спину. Не сбежит. Не предаст.

Да, об этом мечтают все. И я — не исключение.

Хотя мне и запрещено. После моего прошлого — я вообще должна была вычеркнуть эту идею навсегда. Муж бросил меня, когда рак шейки матки только начал меня разбирать по кускам. Когда был шанс, и я верила в этот шанс, и боролась. Он ушел. Как только появилась угроза, что я стану «не такая». Или «не совсем женщина». Или просто «неудобная». Он ушел, не попрощавшись.

А потом ушли все. Подруги. Родня. Даже лечащий онколог в какой-то момент стал глядеть сквозь меня, как на статистику. Осталась я. Одна. С собой, с болью, с безумием от гормональных качелей. Я боролась. Выживала. Упрямо, как бешеная. Потому что если не я, то кто?

И вот — я здесь. В другом мире. В теле юной девушки, которую почти подлатала. Больше я такого недоразумения не допущу. В этой жизни все будет иначе. Я обещаю. Себе.

Новый шанс. Новый мир. И, кажется, новая я.

Правда, мужчины тут... да, примерно такие же засранцы. Ловкие, высокомерные, вечно все про честь, долг и «девушка, вы не понимаете, вам лучше не знать». Ага, конечно. Только один пока нормальный — Освальд. Ходячий комок любезности и знаний, еще и подает ампулы с моим любимым видом: с молчаливым уважением.

А уважение от такого человека мне очень льстило, ведь его также предало общество. Отправило умирать на остров, лишь бы старик молчал и не вставлял свои важные пять копеек.

— А у нас... есть кто-нибудь другой расы? — вдруг спросила я, чтобы отвлечь себя от глупых воспоминаний. Да и может способ лечения придется пересматривать.

Освальд хмыкнул, задумчиво постучал пальцами по деревянной раме двери.

— Нет. Точнее... возможно, на острове кто-то есть. Но здесь, в лечебнице — только люди. Ну, кроме того одного пацана, у которого хвост рос. Но, кажется, то был просто редкий паразит.

Я поморщилась. Да… интересные у нас тут инциденты.

Проверила Данте. Лоб уже не пекло. Дышал ровнее, без этого мерзкого свиста. Эдгар тоже выглядел приличнее: кожа не блестела от пота, а рубашку можно