— О старой карге думаешь? — спросил крыс, и его длинные усы нервно дрогнули.

Я молча кивнул.

— Я видел её глаза, Рат. При аресте собственного сына. Там не было горя. Ни капли. Только холод, злость и… облегчение. Она разыграла всё как по нотам. Гениально и страшно.

— Я знаю, — так же тихо ответил он. — Я снова послал своих. Проверить обстановку.

Я тут же подобрался, весь обратившись в слух.

— И что там?

Рат как-то поёжился, словно от озноба.

— Её тёмная паутина на месте. Никуда не делась. Но она стала другой. Раньше она вся дрожала от злости и страха её сынка. А теперь… теперь там тишина. Она затаилась. Стало слишком тихо, шеф. Она спокойна. Как сытый паук, который сидит в центре паутины и ждёт.

Его слова были точным описанием моих собственных ощущений. Фатима избавилась от балласта. Глупый, шумный, предсказуемый Мурат больше не путался у неё под ногами, не делал идиотских ошибок и не привлекал лишнего внимания. Теперь у неё полностью развязаны руки. И её удары больше не будут похожи на неуклюжие наскоки её сынка. Они будут точными, тихими и смертельными. Как укус того самого паука.

— Она ударит по самому больному, — проговорил я вслух, и мысль эта показалась липкой и неприятной. — По репутации. По продуктам. По моим людям. По Насте, по Даше…

— Она ударит туда, где ты не будешь ждать, — поправил меня Рат. — Эта дважды в одно место не бьёт.

Мы замолчали. В наступившей тишине назойливое гудение холодильника казалось оглушительным. И тут я понял одну простую, как дважды два, вещь. До этого момента я в основном защищался. Реагировал на их выпады, латал дыры, тушил пожары, которые они устраивали. С Муратом это работало. Но с его матерью — нет. С таким врагом так нельзя. Нужно бить первым.

В голове, словно по щелчку, начал выстраиваться план. Чёткий, холодный и немного безумный. Как рецепт блюда, которое ты никогда не готовил, но точно знаешь, как надо.

Первое. Дядя Саши Доды. Мне нужно его ошеломить, влюбить в мою еду, заставить поверить в меня. Мне нужна «крыша». Но не здесь, в этом городке, а там, в столице. Мне нужен союзник, который стоит на десять голов выше всей этой местной элиты.

Второе. Использовать этого союзника. Не только для защиты. Мне нужна информация. Я должен поднять дело моего отца. Выяснить, что на самом деле случилось в тот проклятый день. Кто такой этот граф Яровой? Знание — это лучший нож на кухне любого интригана.

И третье. Самое главное. Мне нужно снова найти Травку. Я ни черта не смыслю в магии, которой, как оказалось, пропитан этот мир. А Фатима, судя по всему, очень даже смыслит. И не стесняется её использовать. Я не могу драться с ведьмой, имея в арсенале только нож и сковородку. Мне нужны её знания. Мне нужно понять, что это за «тёмная паутина» и с каким соусом её едят.

Я медленно выдохнул. План был наглым до дрожи в коленках. Но другого у меня не было.

Я посмотрел на Рата, который терпеливо ждал.

— Спасибо, друг. Ты мне очень помог.

Крыс фыркнул, и в его глазках блеснул знакомый огонёк.

— С тебя голова самого лучшего сыра, который только можно найти в этом городе. И пожирнее, будь добр. За вредность.

Я невольно усмехнулся. Кажется, мой маленький хвостатый союзник окончательно пришёл в себя.

Я встал, подошёл к окну и посмотрел на тёмные крыши спящего города. Где-то там, в своём огромном доме, сейчас не спит старая паучиха. Она спокойна. Она думает, что избавилась от помехи и теперь может начать настоящую охоту. Она считает меня просто наглым поваром-выскочкой, которого нужно раздавить.

Что ж. Она не понимает одного.

Охотник здесь не она. Охота — это тоже своего рода кулинария. И на этой кухне теперь командую я.

Глава 4

Я проснулся по старой, въевшейся в подкорку привычке — ещё до того, как первый луч солнца коснулся крыш Зареченска. Город спал, а я уже был на ногах. В моём прошлом мире в это время я бы уже проверял поставки или составлял меню на неделю. Здесь… здесь я просто резал лук. Медленно, методично, под стук ножа успокаивая мысли.

Запах чеснока и укропа, тихое гудение старого холодильника, ровные ряды заготовок на столе — всё это создавало ощущение порядка и контроля. Хоть где-то в этом безумном мире был порядок. Здесь не было продажных инспекторов, бандитов и властных купчих. Только я, продукты и работа. Идеально.

— Доброе утро… — раздался сонный голос из-за двери.

На пороге появилась Настя. Взъерошенная, в старом папином свитере, который был ей велик, она выглядела как совёнок, которого вытащили из гнезда раньше времени. Она зевнула так, что челюсть хрустнула, и потянулась к кружке с чаем, которую я предусмотрительно оставил на краю стола.

— Ты выглядишь так, будто всю ночь вагоны разгружала, — хмыкнул я.

— Почти, — честно призналась она, забираясь с ногами на табуретку. — Мне снилось, что мы с Дашей пытаемся поймать огромную курицу. Прямо здесь, на кухне. А она от нас убегает и несёт золотые яйца.

— Если начнёшь нести золотые яйца, я, может, наконец-то куплю тебе нормальную пижаму, — усмехнулся я, сгребая нарезанный лук в миску. — А пока придётся довольствоваться обычными. Будешь омлет?

Настя слабо улыбнулась. В её огромных серых глазах на секунду промелькнули озорные искорки. Мы помолчали, прислушиваясь к звукам просыпающегося города. Где-то хлопнула дверь, лениво болтали бабульки, что прошлись прямо под окнами нашей закусочной, по дороге проехалась пара автомобилей. Этот утренний гул был лучшей музыкой.

Не прошло и десяти минут, как дверь снова распахнулась, на этот раз без всякого предупреждения. В кухню вихрем влетела Даша. Джинсы, яркая футболка, рыжие волосы собраны в небрежный хвост.

— Кто тут уже в поте лица трудится? — бодро спросила она и, пройдя к раковине, тщательно вымыла руки. — Ого, сколько всего нарезано! Игорь, у нас сегодня банкет в честь свержения тирана Алиева?

Она с довольной улыбкой ущипнула кусочек моркови из миски с заготовками.

— Сегодня у нас обычный рабочий день, — спокойно ответил я. — И не трогай заготовки. Меню простое: борщ, котлеты по-домашнему, салат «Весенний». Всё уже подготовлено и ждёт своего часа.

— Ух ты, как в санатории! — обрадовалась Даша. — После вчерашних событий я согласна на что угодно, лишь бы денёк прошёл спокойно. Как думаешь, они дадут нам передышку? Хотя бы на недельку?