Едва успел привести в порядок одежду, когда дверь слетела с петель и с грохотом рухнула на пол, поднимая клубы пыли. Блин, и в этом помещении хранится еда? Стоп! Не о том думаю.

– Безродный, ты меня достал!

Бросок в мою сторону. Очень быстро! Едва успеваю шагнуть вправо и разминуться с кулаком, направленным прямо в лицо. Ставлю блок слева, и в следующее мгновение блокирую мощный удар. Плечо занемело после попадания в него кулака Бурова. Уверен, он использовал дар, потому как меня отшвырнуло в сторону.

Только успел подняться, Буров уже рядом и проводит мощный удар ногой в грудную клетку. С силой впечатываюсь в шкаф, который от моего удара покачнулся в сторону. Ох, что будет, если он вернется обратно, как маятник? Сейчас еще придавит как таракана. Поторопился убраться в сторону, но распрямиться не удалось. Впрочем, для Бурова этот удар тоже не прошел без следа.

– Ах-р-р! – парень споткнулся и на мгновение присел, скривившись от боли. – Что ты туда запихнул, чернь?

– Чудеса кулинарии! – с трудом выдавил из себя, потому как даже поднос не смог полностью компенсировать удар. Такое впечатление, что молотом прошлись по ребрам.

Дмитрий пытается выпрямиться и встретить меня по дороге к выходу из чулана, но боль в ноге не дает этого сделать. Левой рукой отвожу в сторону его руку, которой он неуклюже пытается прикрыться, а с правой провожу прямой в лицо. Костяшки обожгло нестерпимой болью, часть руки занемела, но характерный хруст подтвердил, что я достиг цели. Хрустнула не моя рука, а нос Бурова. Он запрокинул голову и упал спиной на шкаф. Тот самый, который буквалньо пару секунд назад уже покачнулся. Теперь же его качнуло в сторону еще больше. Тяжелый гад, потому как сразу несколько полок сломалось, а на парня сверху рухнули ящики с овощами.

Всего пара мгновений, Дмитрий отшвырнул пустые ящики и вытер кровь, струйкой текущую из носа.

– Ты труп, Архипов. Я твои потроха на собачий корм пущу, понял?

Наконец, шкаф не выдержал и с грохотом обрушился на спину ратника. Буров спиной пробил заднюю стенку, хоть и согнулся в три погибели.

Или сейчас, или никогда. Буров пытается подняться, но я подскакиваю к нему и бью снова четко в лицо. На этот раз он падает и не пытается подняться, а на кухню врывается Марфа, Григорьев и пара стражей. Где-то за их спинами истошно орет Камардин, который, по всей видимости, и привел их сюда.

– Божечки, что вы тут натворили? – Марфа обводит взглядом чулан и едва не рыдает, а вперед выходит Григорьев. Наверно, впервые за все время я вижу на его лице довольную улыбку.

– Да, я о таком и мечтать не желал. В первый же день после экзаменов сын Буровых вылетает из академии за драку. Буров, Архипов, к ректору. Немедленно!

Глава 7. Первые шаги

– Итак, ситуация повторяется. Снова вы в центре внимания! – Герасимов перевел на нас с Буровым усталый взгляд, снял очки и поднялся с кресла. – По какой причине на этот раз произошла драка?

– Случайно, господин ректор, – я бросил на Герасимова виноватый взгляд, а сам прокручивал в голове слова Григорьева. «Вылетает из академии за драку». Да, его слова касались Бурова, но это не значит, что я не вылечу следом за Дмитрием.

– Надо же! Просветите меня, старика, как можно подраться случайно? Я за всю свою жизнь такого не припомню.

– Когда я зашел в чулан, чтобы посмотреть вдруг там осталась грязная посуда, услышал шорох и решил, что туда кто-то пробрался. Мало ли, вдруг кто-то в академии ворует морковку.

– Младший сын Бурова ворует морковь в академии? – кажется, я сделал этот день для Григорьева, потому как он светился, словно гирлянда на центральной площади.

– Ну, откуда же мне было знать, что это был Буров? Там ведь темно было. Это уже потом я зажег фонарь.

– Буров, простите, а что делали в чулане вы?

– Я? Пришел к Камардину. Он подошел ко мне еще вчера с просьбой на счет служения нашему роду, и я пообещал, что подумаю. На кухне никого не оказалось, а в чулане кто-то шуршал, вот я и решил, что это Камардин. Зашел, а там Архипов на меня бросается.

Вот же гад, нашел как выкрутиться. Ладно, сейчас это даже к лучшему. Если не сможем выдумать убедительную историю, вылетим оба.

– Так это он на меня бросился, господин ректор! Я как раз собирался выйти из чулана, когда прям со ступеней на меня прет кто-то. Ну я и перетрухнул.

В итоге вызвали Камардина, который подтвердил, что просился на службу к Буровым, и что его не было на кухне так как он ходил в уборную. Все сходится!

Герасимов нахмурился, встал с места и прочистил горло. Он пристально осмотрел нас и произнес:

– Вижу, молодые люди, что у вас много лишней энергии, которой нужно найти применение. Думаю, Марфа еще нескоро согласится пустить вас на кухню, а оставлять вас поблизости друг с другом опасно. Вдруг вам еще что-нибудь померещится. Каждый из вас получает по два наряда. Буров – будете помогать садовнику Евлампию мести дорожки, стричь кусты и газоны, а вы, Архипов, отправитесь в теплицы к профессору Листьеву. Он найдет подходящее задание для вас. И да, Буров, я запрещаю Камардину отбывать наказание вместо вас! А сейчас оба отправляетесь к госпоже Покровской, и упаси бог, если вам что-то померещится в лазарете…

Отлично! Завтра первый день учебы, а мне половину ночи придется проторчать в лазарете. Надеюсь, нас приведут в порядок как можно быстрее, и на утро я уже и не вспомню о больных ребрах. Ладно, хотя бы не отчислили – уже хорошо, но с нашим конфликтом пора что-то делать.

– Так, и что вы на этот раз устроили? – Аделаида Семёновна, наша заведующая лазаретом и по факту единственная палочка-выручалочка во всей академии, сейчас смотрела на нас с явным недовольством. Несмотря на свое мягкое имя, женщина она была крупная и сильная. Я уже слышал историю, которая бытует среди студентов академии, что в русско-турецкую войну она выносила с поля боя по двоих раненых за раз, но это скорее всего просто сплетни. – Значит так, пьете эти настойки, а потом приступим к осмотру. Надеюсь, аллергии на пустырник ни у кого нет?

– Погодите, вы ведь должны лечить нас с помощью дара! – тут же возмутился Буров, который сразу смекнул что к чему.

– Молодой человек, в академии сейчас учится без