разобраться, откуда мог взяться на Китан-Гиран драконёныш, хотелось. А сам о себе он рассказывает слишком мало, приходится выцеживать информацию по случайным оговоркам и косвенным фактам.

   До окончания сезонных гроз оставалось дня два, и хотя, вообще-то подниматься к поверхности можно было уже сейчас, молнии к концу непогоды становятся редки, разгул стихии выражается в основном в льющихся с неба потоках воды (да таких, что верх с низом помогает различать только тяготение), мы решили повременить. Мне требовалось ещё некоторое время, чтобы подготовить Малого к тому, что его ждёт на поверхности – всё-таки первая встреча со взрослым драконом, среди которых, скорее всего,и будет протекать его дальнейшая жизнь – это серьёзно. Тем более, что о своём народе он действительно не знал ни-че-го. Даже название впервые от меня услышал. Мия же просто опасалась предстоящего и события не торопила.

   За это время мы с Малым успели облазить Ковчег сверху до низу, включая технические этажи и вентиляционные шахты. Кстати, нашли и устранили пару небольших неполадок. Нашёл – он, устранил – я. А что-то существенное мы могли и пропустить – мешанина технологий была просто удручающей, и я никак не мог прийти к определённому мнению: кем был то, кто заставил всё это работать, придурок или гений. Придурочный гения? Гениальный придурок? Псих техническиподкованный.

   А вот с лекциями на тему: «что такое драконы и их роль в обитаемой вселенной» у меня не заладилось. Нет, человеку я бы всё это смог разъяснить, и язык у меня подвешен неплохо. Нo как только попытался представить, как выглядят драконы с точки зрения самих драконов,тут меня настиг коллапс. Плюнул на это дело, собрал во внутренней сети Ковчега подборку из фрагментов, где были запечатлены солеране и продемонстрировал её Малому. Тот долго нахoдился под впечатлением, правда, под каким, я не разобрал.

   После грозы, а особенно после тех гроз, что бушевали здесь совсем недавно, мир становится чист, свеж и как будто бы создан заново. Ну или, по крайней мере основательно отмыт. Даже дышалось как-то по особенному вкусно. Мы всплыли. И, сидя на наружной броне Мииного «Ковчега», я пытался дозвониться до своих приятелей (мог бы и изнутри, но за неделю сидеть в закрытом помещении мне остoчертело). Наручный коммуникатор, который в просторечье называется напульсником, раз за разом прокручивал код вызова, пытаясь попасть в свободное, никем не занятое «окно». Грозы закончились и всему населению Лидры конечно тут же потребовалось кому-нибудь позвонить.

   Я не шутил, когда утверждал, что знаю, куда пристроить юного солеранина, не устраивая из этого большой шумихи. Здесь, совсем недалеко, располагалась база группы быстрого реагирования, в состав которой входил Сааша-Ши и вот он как раз был драконом. Вполне взрослым и ответственным, такому можно доверить сиротку неизвестного происхождения.

   Напульсник вжикнул и деликатно задрожал, привлекая моё внимание и на экране моего наручного коммуникатора возникло изображение улыбающейся драконьей морды. Два ряда отличных, очень крупных клыков – первое, на чём останавливается взгляд. Да нет, Сашик отлично знает, какое впечатление производит егo оскал на неподготовленного зрителя, но он еще много лет назад решил, что все знакомые отлично знают, что это именно улыбка, а со всех остальных будет нелишним сбить спесь. И не парится по этому поводу.

   - О, Аксель, - улыбаться он не перестал, но в его оскале поубавилось театральности. - Ты уже здесь, или ещё здесь?

   Вопрос закономерный. Чуть больше недели назад я забегал к ним, одолжил катер и не сообщил ничего конкретного о своих планах – не хотел, чтобы в ближайшие пару дней меня могли разыскать хотя бы даже через друзей. И куда делось то моё настроение? Я сейчас даже не очень хорошо понимаю, с какой-такой стати очутился на грани впадения в депрессию.

   - Даже и не знаю, что тебе сказать. Очень будет зависеть от того, сможешь помочь в решении одной очень деликатной проблемы.

   - Какой? - драконьи веки опустились, скрыв до половины громадный круглый глаз.

   - Деликатной, – с нажимом повторил я. Что я, дурак, такие новости по открытому каналу выкладывать?! – Все подробности при встрече. У тебя же время есть?

   - Сколько угодно. Только тебе придётся подъехать сюда. Вся банда разбежалась по вызовам, сам знаешь, после бурь у нас всегда море работы, а меня оставили на хозяйстве,то есть на дежурстве.

   - Меня это устраивает. Жди гостей – со мной будет ещё двое.

   И распрощался.

   Со времён основания станция команды быстрого реагирования здорово изменилась и теперь она уже не походила на одинокую башню на мысу у берега чужого моря. Теперь это был большой комплекс из жилых коттеджей, ангаров с техникой и собственно самой станции. А ту, самую первую башню, теперь целиком занимал Сааша-Ши – для друзей просто Сашик.

   Сказать, что изложение нашей проблемы привело дракона в изумлённое состояние – это не сказать ничего.

   - Потерянный ребёнок?!

   Губы Сашика удивлённо-расстроенно обвисли, обнажив нижние клыки. Позади раздался Миин судорожный вздох. Не понял? Это она что, испугалась, что ли? Хотя да, для тех, кто не знаком с драконьей мимикой, зрелище поручается устрашающим. Малый, который до сих пор важно и самостоятельно выхаживал рядом, прижался к моей ноге. Прилип буквально.

   - Но у нас никто не терялся, - проговорил Сашик растерянно.

   - Ну да, а солеране настолько экстремально малая раса, что вы все друг друга не только знаете, но и в курсе всех жизненных обстоятельств, – отозвался я ядовито. Я понимаю,известие наше более чем неожиданное, но чего ж ерунду всякую городить.

   - Да нет, не в том дело. Просто пропажа ребёнка, да не просто: заигрался – потерялся – через два часа нашли, а такая вот – это событие. Даже не так: СОБЫТИЕ. Во всегалактические новости оно, конечно, не попало бы, но всем взрослым драконам разослали бы и приметы пропавшего ребёнка и всевозможные контакты и с годами новость не утратила бы важности, а задача не понизилась в приоритете. А ничего, понимаешь, вообще НИЧЕГО подобного за последние годы не происходило.

   Всё это было сказано гиперэмоциональной скороговоркой, длинное драконье тело, а за те годы, что мы с Сашиком были знакомы, он здорово разросся, превратившись из толстоватой ящерки в нечто напоминающее змею с лапами, металось, чуть ли не свиваясь в жгуты. Впрочем, чего-тo подобного я от него и