— Эй! Медведь пришёл! Ой, тьфу… Хэй, люди! Пустите погреться!

А в ответ тишина. Между тем, сквозь щелки в досках Артур видел свет.

— Может не надо?

Так, в каком смысле, не надо? А спать где? Не-не! Ничего, потерпят! На Севере живёте, гостеприимнее нужно быть!

Артур надавил сильнее, упираясь ногами. Преграда явственно начала поддаваться.

— Хэть, опа, — Артур протиснулся в щель.

Мешки. Котомки. Белый кристалл с мизинчик, вделанный в этакую палочку, которая воткнута в землю. Свет именно от это «устройства». И мертвец. А сдвигал он, кстати, массивный шкаф.

— Ну, опять, — вздохнул Артур.

Человек сидел у стены, свесив голову. Довольно широкоплечий и рослый персонаж. На нём что-то типа доспехов. На кожаную основу нашиты пластинки. Несколько странного цвета, будто бы алюминиевые. Длинные белые волосы при этом скрывали его лицо. Но это не мумия. Левая рука, лежащая на ноге, выглядела, как живая. Бледная только очень.

— Замёрз, что ли? — Артур присел.

Ткнул пальцем в руку. О, мягкая.

— Ух ты ж! — парень отпрянул, когда рука пошевелилась и вскинул мечекопьё.

И, честно говоря, приготовился махаться с зомби. Не бывает таких? А пауки размером с пони бывают?

— Пх… — послышался сип.

— Во мне везёт.

Артур глянул в сторону двери. Не, хочется в помещении спать. Тут даже слегка тепло. Более того, он видит вещи! Вон, сапоги на персонаже! Так что, нет! Он уже, считай, владеет этим! И похрен, зомби, не зомби! На улицу выкинуть и пусть там попробует…

— Б… бэйт…

— Чего? Пить? Не мозги?

— Э-э-йт…

— Живой, что ли? — Артур опустил новообретённое оружие.

Шагнув к сидящему, он, после мгновения колебания, сунул руку в волосы. Нащупал шею.

— Да где там? — с досадой процедил парень. — Ага.

Пульс. Он ощутил слабо пульсирующую ниточку.

— Вот это поворот, — констатировал парень.

Глава 8

Неведомо где, неведомо когда

Воин Веера — это уже не только боец. Это эри-воины, которые могут говорить. Которые доказали просто длиной своей жизни, что они могут являться образцом для других воинов. Образцом силы и достоинства. Образцом чести эри. Всех эри. Ибо постичь Путь Листа и стать сильными способны только лучшие.

И тем более, воины Веера должны соблюдать принципы долга и служения. И при этом они могут заговорить. Остановить творимые кем угодно попрания чести. Даже Владыки должны будут выслушать их. Собственно, на этом и было сыграно.

Попасть в личную охрану Владыки — это Деяние. Чтобы стать Веером, нужно попасть на личное обучение у другого Веера. Каковым и был Владыка Леса, Кенвар Иотанэ. И да, он был не только лишь учителем. Ученики противоположного пола практически всегда делят ложе с мастером. Танатрия была не исключением. Помимо милости — это ещё и часть служения. Непосредственная охрана. И, конечно, чувства. Было бы крайне удивительно и совершенно непредставимо, чтобы учитель Веер заставлял ученика делать это. Просто в процессе обучения невозможно… остаться в стороне. Обучение Веера настолько личная вещь, что всё равно проникаешься.

Кенвар Иотанэ был очень беспокойным эри. Не раз и не два его неукоснительное следование Пути Листа натыкалось на интересы самых влиятельных личностей. Владыка Леса был очень популярен у воинов, к нему часто обращались за справедливостью. И произошедшее потом с теми, кто ему служил — закономерность.

Когда Владыка ушел на Вечную Охоту, его личную охрану раздёргали, по два-три воина. Тех, кто менее обучен, Один и Два Листа, то есть только вступивших на Путь Листа, сразу отправили на лесные заставы. Трилистников основного отряда определили в охрану торговых караванов или в отряды Аянто. Ну, а Танатрию и Астериона, как воинов Веера, обязаны были приставить к какому-нибудь важному эри.

Вот их и приставили. К Эртаиксу Инэ. Племяннику нового Владыки Леса. Несмотря на короткое имя (у эри фамилия — это имя. А есть личное имя), сей эри отличался таким нравом, будто родился в Астерии. Если коротко, плут и подлец. Но хитрый, никогда не был уличён в нарушении слова.

И, похоже, его настоящим заданием было, как раз, где-то «потерять» двух Вееров. А где это можно сделать?

В Гаргес люди ходят часто, может и найтись нежелательный очевидец. А вот Хэблранво… Туманные Врата, с их блуждающими андонами — это идеальный вариант.

Когда они пришли в этот андон и их двоих отправили «на разведку» вот этого места, то они с Астерионом гадали. Как это всё будет проделано? Сами убьют? Так может силёнок не хватить у доблестных двулистников охраны Инэ. Да, их почти два десятка, причем с магом и целителем. Но Веера — это Веера. Нашли какое-то особо опасное место? Не много ли движений для двух никому не нужных Вееров?

По итогу оказалось, что было выбрано сочетание двух вариантов. Опасное место… и выключенный маяк. Инэ просто вышел обратно, тем самым грубо нарушив Путь Листа и убрал маяк — привязку андона. Да, если бы они с Астерионом могли вернуться, то могли потребовать Времени Правды. Но, очевидно, они не вернутся…

… Танатрия помнила, как Астерион сидел рядом. Они только что чудом отбились от большого Белого Паука. А до этого от своры волков.

В этом доме кто-то, видимо, ранее укреплялся. Окна заколочены. У двери стоял здоровый шкаф, который и паук не вдруг пробьёт. Танатрия, после прихода в этом, уже практически вырубило после применения Последнего Шанса.

Астерион… высокий мужчина, гордое лицо. Образец воина, образец мужчины. Образец Эри.

— Похоже, Дух Леса покинул Ривенран, — с горечью говорил он. — Даже если бы нам удалось выйти, Тана, я бы не вернулся. Что и с кого требовать? Как будто никто не понимал, чем это закончится. В таком Хорейне я не хочу жить. Я желаю остаться в отряде Владыки Иотанэ.

И Астерион стал снимать с себя доспешную куртку. Он бросил её прямо на земляной пол, с выражением презрения на лице. Оставшись лишь в тунике, Астерион взял свой тилглис.

— Встретимся в Ривенране.

— Скоро.

Астерион криво усмехнулся, склонил голову и вышел. Танатрия, тяжелораненая во время боя, осталась здесь. Её решение было таково. Если она выживет, если сумеет отсюда выйти, то призовёт к ответу Эртаикса Инэ. А потом сама, официально, покинет Хорейн. Так она пожелала увековечить имя Кертона Иотанэ. И пусть стыд преследует Владык, пусть они знают, что воин Веера, эри, был вынужден