— Я почему-то думал, что ты не дашь мне прохода, придумывая новые варианты решения проблемы, но ты ни разу ко мне не подошла, — пристально посмотрел на подругу Егор.

— Если бы что-то изменилось, ты бы мне сказал. И не думай, что мне всё равно, — повысила Ванда голос. На неё сразу же начали шикать, чтобы она вела себя тихо и не мешала богатым гостям развлекаться, спуская деньги на бесполезные вещи, отвлекаясь на прислугу.

— Я не хотел тебя обидеть. Думаешь, остальным просто? — он кивнул в сторону Димы, мило беседующего со своей соседкой. — Каждое утро начинается с того, что в мой кабинет влетает Лео, начиная фонтанировать своими новыми гениальными идеями с учётом добытой маловажной информации. Ко мне каждый день заходят Рокотов и Бобров, уточняя некоторые детали, прося сделать всё новые и новые расклады. Даже Ольга несколько раз в день приходит, чтобы поинтересоваться делами. Только вы с Димой пытаетесь выглядеть спокойными в растущем с каждым днём напряжении.

— Егор…

— Знаешь, почему это сложно? — перебил Ванду Дубов, продолжая смотреть на старшего Гаранина и пытаясь побороть вспыхнувшее в нём нехарактерное для него желание тихонько прибить его, хотя сам только что в очередной раз убедился, что этот человек не играет никакой роли в исходе фландрийской операции. Это было неудивительно, учитывая сколько грязи рассказал про отца живущий с ним в одном доме Никита. Благо у парнишки хватило ума не говорить ничего подобного в присутствии Ванды.

— Нет, — Вишневецкая покачала головой, вздрогнув, когда начала вопить сигнализация. Это был не первый раз за сегодняшний вечер, когда система безопасности давала сбой. Сначала они бегали напрямую в комнату охраны к Ване, чтобы уточнить, что происходит, но из раза в раз полковник успокаивал их, говоря с лёгкой улыбкой, что всё в полном порядке и находится под контролем. Но это так сильно напоминало то злосчастное дефиле в Париже, а присутствие Гаранина-старшего так сильно усиливало сходство с тем вечером, что Ванда непроизвольно начинала нервничать всё больше.

— Рому невозможно просчитать, — усмехнулся Дубов, отвечая на свой же вопрос. — Напрямую, я имею в виду. Как меня, Диму, Эдуарда и Рокотова. Мы высчитываем вероятности опосредованно через тебя, — впервые признался он подруге. — Ты единственный близкий Роме человек, кому важно, чтобы он вернулся обратно.

— Ты мне этого не говорил, — прошептала Ванда.

— Сейчас говорю, — Егор пожал плечами. — Нужно же себя чем-то занять, пока ничего действительно важного не происходит. Я слышал ты ищешь заказчика?

— Да, но мне кажется, что, когда я приближаюсь к разгадке, она буквально ускользает из рук. Но я выйду на него, — практически безэмоционально произнесла Ванда, когда зажёгся яркий свет, и гости начали вставать со своих мест, показывая тем самым, что непосредственно аукцион завершился. — Я обязательно найду эту гниду, независимо от того, вернётся Рома живым или… — она не договорила и, нацепив на лицо улыбку, первая вышла из тени, подходя к вышедшему из зоны проведения аукциона мужчине: — Шампанского?

— Она слишком спокойна. И почему меня не оставляет чувство, что это бомба замедленного действия и она рванёт в самый неподходящий момент, — выдохнул Егор, выходя следом за подругой в общую часть зала, начиная сновать между увлечённо беседующих гостей, предлагая напитки и внимательно следя при этом за действиями других официантов.

— Почему до меня не дошло раньше подключить отца в поисках нанимателя? — пробормотала Ванда, отходя от Егора, углубляясь в толпу немного возбуждённых после торгов гостей. — Шампанского? — на автомате спросила она, улыбнувшись, проходя мимо группы гостей. — Если уж воры не смогут его найти, то, значит, его и вовсе не было, и дело полностью сфабриковано.

Идея привлечь к поискам первую Гильдию родилась в её голове только что, когда она думала над тем, что может принести им сделка с третьей Гильдией. Ванда вышла на Гильдию убийц Фландрии, но на этом поиски застопорились, учитывая внутренние разногласия и дележку власти после резни, устроенной в их главном офисе. Все, включая Ванду, склонялись к тому, что это их личные разборки, потому что главы фландрийской Гильдии менялись подозрительно часто.

— Шампанского? — дежурно поинтересовалась она, проходя мимо мужчины, стараясь отвлечься от не дающих покоя мыслей и вернуться к проводимой здесь и сейчас операции. Правда, она уже не думала, что что-то может произойти, потому что никаких подозрительных сигналов и звоночков так и не случилось.

— Да, освежиться бы мне не помешало, — проговорил мужчина и, аккуратно подцепив с подноса бокал, схватил Ванду за руку, притягивая её к себе непозволительно близко. — А я ведь тебя сначала не узнал: в лица официантов редко вглядываются, но потом увидел на твоём пальчике очень знакомое колечко. Значит, этот мелкий паршивец говорил правду о вашем браке.

Ванда пискнула и подняла глаза, уставившись в лицо отца своего будущего мужа. Из ослабевшей руки выскользнул поднос с напитками, и стеклянные бокалы, ударившись об каменный пол, разбились с оглушительным звоном, окатив окружающих брызгами шампанского и мелкими осколками. Неподалёку взвизгнула какая-то женщина, но Ванда не обращала на царившую вокруг суматоху внимания, чувствуя, как её горло перехватило от накатывающей волнами паники.

Она смотрела в тёмные глаза Георгия Гаранина, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Именно сейчас, несмотря на окружающую их толпу, присутствие в зале Димы, Егора и Залмана, и в непосредственной близости Рокотова с десятком его ребят, она почувствовала себя особенно беззащитной. Георгий был сильным магом, да и просто физически развитым мужчиной, и в том состоянии, в котором Ванда находилась, она вряд ли могла ему что-то противопоставить.

— Простите, у вас всё в порядке? — Ванда краем глаза увидела материализовавшуюся рядом с ними Алину, пытающуюся разрешить назревающий конфликт. — Какие-то проблемы?

— Я…

— Никаких проблем нет, — резко ответил Гаранин-старший, даже не повернув головы в сторону распорядителя сегодняшнего мероприятия, и поднял руку Ванды, рассматривая обручальное кольцо, подаренное ей Ромой.

— Извините…

— Я сказал, что никаких проблем нет. Оставьте нас, — холодно произнёс Георгий. — Вот значит как. — Протянул он, посмотрев ей прямо в глаза. — Ему что, так мало платят, а Наумов совершенно не заботится о благосостоянии представителей своего Рода, что Роману не хватает денег на нормальные кольца и приходится брать ненужный хлам, оставшийся ему от бабки? — с издевкой поинтересовался он.