Я так и думал. Но, Дима, это действительно произошло случайно. Я попросил её всё это озвучить, а наш президент в это время вышел из кабинета в приёмную. Но, это неважно, лучше ответь мне на очень важный вопрос: тебе не кажется, что ты начал зарываться?

— Что? — я непонимающе уставился на него. — Лео, я тебя не понимаю, что ты имеешь в виду?

— О, я сейчас поясню, — и он ткнул пальцем мне в грудь. — Почему, к примеру, меня Рокотов никогда лично не сопровождает на различные мероприятия? А Ванда с Егором не следят за прислугой в непосредственной близости от меня? Вдруг меня кто-то захочет отравить? Почему ты всегда думаешь только о себе?

— Потому что я эгоистичная сволочь. Избалованная до крайней степени и очень эгоцентричная. Такой ответ тебя устроит? — я немного наклонил голову набок, разглядывая Демидова. — Да и кому может понадобиться тебя травить, особенно так публично?

— А вот сейчас было обидно, — Лео сложил руки на груди, глядя на меня прокурорским взглядом. — Если ты не забыл, не так давно меня заказывали второй Гильдии.

— Это был частный случай, разрешившийся в твою пользу, — парировал я. — А отравить тебя всегда пытаются в спокойной почти интимной обстановке с минимумом свидетелей, и, как правило, не отравить, а заразить какой-нибудь гадостью. Так что не переживай и безбоязненно приходи на массовые мероприятия.

— Зачем ты здесь? Да ещё с такой командой поддержки? — Лео продолжал хмуриться.

— Меня пригласили на благотворительный аукцион, зачем же ещё? Но, как ты правильно заметил, я не люблю Фландрию, а представители Фландрии ненавидят меня, так что я просто попросил друзей об этой маленькой услуге. И вообще, если ты попросишь Ванду или Ваню, то сомневаюсь, что они откажут тебе в сопровождении. Особенно, если твоей жизни что-то будет угрожать, — я говорил, глядя на него совершенно честными глазами.

— Как я вообще могу кого-то просить о чём-то подобном? — Демидов поджал губы. — Меня сразу же заподозрят в злоупотреблении служебным положением.

— Так и меня подозревают. Если уж ты обвинил меня в чём-то подобном, то боюсь представить, что думают остальные, — я развёл руками. — Издержки выбранного нами пути, ничего более.

Мы почти минуту бодались взглядами, а затем Лео выдохнул и произнёс:

— Я тут всё в очередной раз обдумал и понял, что твоё предложение о сотрудничестве с третьей Гильдией просто гениально.

— Ты мне об этом ежедневно повторяешь, — я говорил, оборачиваясь, почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд. Но обзор как раз загородили несколько вставших рядом с нами женщин, очень активно обсуждающих выставку картин в соседнем зале, где им удалось побывать, и мне не удалось увидеть никого подозрительного.

— Я тут подумал, — Лео обернулся и схватил меня за локоть, оттаскивая к стене, подальше от лишних ушей. Воцарилась пауза. Демидов не продолжал, а я стоял и вопросительно смотрел на него, не нарушая тишины. Наконец Лео не выдержал и махнул рукой. — Ты обязательно должен меня спросить, о чём именно я подумал!

— О чём ты подумал? — я с трудом удержался, чтобы не закатить глаза.

— Так вот, кажется, мне удалось придумать, как улучшить структуру нашей организации и повысить безопасность нашей страны, не привлекая внимания международной ассамблеи в общем и разведки других стран, в частности. Ты же понимаешь, к чему я веду?

— Понятия не имею, — честно ответил я, всё ещё пытаясь вычислить того, чей взгляд почувствовал на себе не так давно. Но он либо очень умело маскировался, либо у меня так не к месту разыгралась паранойя.

— Мы тесно сотрудничаем с Гильдией Бойко. Про вторую Гильдию вообще разговор не ведётся, это, считай, наши внештатные специалисты. Борода к Довлатову как на работу ходит, видимо, ему острых ощущений не хватает. Если ты сейчас договоришься с мошенниками, то считай, что практически вся верхушка Совета Гильдий будет у нас под колпаком, — быстро заговорил Лео, наклоняясь ко мне, яростно при этом жестикулируя. Я попытался отстраниться, чтобы не попасть под случайный удар, но Демидов схватил меня за плечо, чтобы я не вырвался, подходя при этом ещё ближе.

— Если следовать твоей логике, то со мной ещё Муратов за один весьма запоминающийся заезд не расплатился, — хмыкнул я.

— О, ещё и угонщики, — в его глазах появился какой-то нездоровый блеск.

— Лео, остановись, — я поднял руку, чтобы прервать его. — Ты же понимаешь, что это не то место, чтобы рассуждать о подобных делах, — наклонившись к нему, прошептал я.

— Мне просто сейчас это пришло в голову, и я не мог не поделиться своими идеями. В общем, взять под свой контроль Совет Гильдий — это будет гениальным решением с твоей стороны. Я уже всё продумал, пока с тобой разговаривал. С ворами особых проблем не будет, мы с Томашем возьмём их на себя. А Бойко нас подстрахует. Бандиты всегда молчат, но их пятнадцатый номер всего лишь формальность, ты же понимаешь. На самом деле, если бы Алексей был более амбициозен, то давно скинул бы того же Силина. Но это ты на него плохо влияешь, и я всегда это знал, — он на мгновение замолчал, а потом неохотно произнёс: — Правда, это займёт время…

— Лео, хватит, замолчи, — прервал я его, отмечая, что в моём голосе появились повелительные нотки. М-да, с генетикой всё-таки не поспоришь, ведь если бы всё сложилось по-другому, то я сейчас был бы императором. Так, не нужно даже думать об этом! Такие мысли ни к чему хорошему не приведут. Посмотрев в глаза заткнувшемуся Демидову, я добавил: — Это не является нашей приоритетной целью.

— В общем, я всё продумаю до малейших деталей и покажу тебе свой гениальный план. Тем более что основа у нас довольно крепкая… — Да уж, Демидовых заткнуть не удавалось никогда и никому, как и сбить с намеченного пути, даже тем же императорам.

— Дамы и господа, — а нет, кому-то всё-таки удалось прервать поток мыслей Лео, потому что он мгновенно замолчал, когда по залу разнёсся приятный мужской голос. Все присутствующие дружно повернулись в сторону небольшого возвышения, выполняющего роль сцены, и увидели стоявшего перед трибуной аукциониста. — Через минуту начинается наш ежегодный благотворительный аукцион. Просьба занять места согласно тем номерам, что указаны