ним подбежала Алина, но, судя по поведению Георгия, он воспринял её как надоедливую муху, просто отмахнувшись и больше не обращая на распорядительницу никакого внимания.

— Что? — я повернулся в сторону дёрнувшей меня за руку баронессы, после чего улыбнулся ей и ответил: — Нет, я не танцую, извините.

Больше не обращая внимания на явно обидевшуюся на меня девушку, я развернулся в сторону Гаранина, прекрасно понимая, что в отсутствии Ромки он может перегнуть палку. Но не успел сделать и пары шагов, как на меня налетела высокая, фигуристая шатенка. Мне пришлось придержать её за плечи, чтобы не завалиться вместе с ней на пол на радость присутствующим.

— Вы что себе позволяете? — завопила она и ещё больше оттеснила меня назад. Сделав шаг в сторону, я увидел Егора, разглядывающего её без тени сочувствия на лице. Проследив за его взглядом, мне удалось разглядеть безобразное пятно, расползающееся по платью толкнувшей меня незнакомки.

— Да чтоб тебя, — процедил я и попытался обойти это препятствие, но тут меня снова схватили за руку.

— Дмитрий Наумов, какая неожиданная встреча! — я обречённо выдохнул и повернулся в сторону женщины, которую изначально, как только увидел её имя в списках приглашённых гостей, решил старательно избегать.

— Госпожа МакГилл, какая неожиданно приятная встреча, — натянуто улыбнулся я как всегда эффектно выглядевшей даме, поднося её ручку к губам. Интересно, почему она всегда появляется передо мной так не вовремя? После того вечера у Моро я встречал её только один раз, и то наша встреча была совершенно не к месту. Хорошо, хоть в тот вечер в ресторане Лена восприняла всё правильно.

— Ох, какие формальности, — рассмеялась она и вытащила меня в центр танцевальной площадки. — Не уделишь мне немного своего драгоценного времени? — она хищно улыбнулась, уже вовлекая меня в танец без права отказаться. При этом она так пристально меня рассматривала, что становилось слегка не по себе.

— Ну разумеется, как я могу отказать женщине, давшей мне самый важный урок в жизни по выживанию в этом болоте, — улыбнулся я. — Что вас снова занесло в нашу страну? Я вижу, что вы зачастили к нам. А как же Фландрия?

— Ой, да брось, я свободная женщина, поэтому могу свободно путешествовать. Ну, практически свободная, а ты вырос, возмужал и стал мне интересен, — она вновь рассмеялась, насмешливо глядя на мою растерянную физиономию. — Я слышала, ты всё-таки женился на той очаровательной незнакомке, — произнесла она, продолжая разглядывать меня с явным интересом. — И ты никогда не выводишь её в свет, это неправильно, дорогой. Мы все хотим познакомиться с твоей очаровательной супругой.

— Я обязательно когда-нибудь вас познакомлю, Лайза, — улыбнувшись, я развернулся, всматриваясь в ту сторону, где всё ещё находились Ванда с Гараниным. А ещё я увидел стоявшую рядом с Вандой женщину, которую не мог опознать, но, видимо, они со старшим Гараниным были знакомы, и её он рад был видеть ещё меньше, чем меня. — О, а вы не могли бы мне помочь, кто та женщина, что сейчас так мило беседует с Георгием Гараниным? — кивнул я в сторону этой троицы. Лайза резко развернулась и, прищурившись, начала рассматривать интересующий меня объект, не прекращая медленного танца под, казалось, никогда не заканчивающуюся музыку.

— Хм, я её видела несколько раз. Если мне не изменяет память, а она меня редко подводит, это герцогиня Катарина Эберви. Мы пару раз пересекались в Лондоне и Париже. Она вдова и сейчас занимается благотворительностью: вкладывает свои миллионы в искусство. Надо сказать, она — истинный ценитель. Признайтесь, Дмитрий, вас же больше интересует Георгий, а не герцогиня, раз вы не знаете, кто она такая? — прищурилась Лайза и подалась вперёд, явно мечтая услышать какую-нибудь гаденькую историю.

— С чего вы взяли? — продолжал я улыбаться, с облегчением видя, как Гаранин отпустил Ванду и быстро направился в сторону выхода.

— О ваших взаимоотношениях ходят столько противоречивых слухов, но все сходятся только в одном: Георгий при каждой вашей встрече остаётся в дураках. Это совершенно не повышает его стоимость, если ты понимаешь, о чём я говорю, — она усмехнулась и отпустила меня, когда музыка наконец-то закончилась. — Мне было приятно перекинуться с тобой парой фраз, но я понимаю, что ты очень занятой человек, поэтому не хочу больше тебя задерживать.

— Я тоже был рад с вами встретиться, — улыбнулся я, снова поднося её ручку к губам. Интересно, что будет, если я ей сейчас намекну, что Бобров где-то в соседнем зале ошивается? Отбросив эту хулиганскую мысль, я отпустил её руку и повернулся в сторону трибуны, не обнаружив там ни моей шкатулки, ни Шехтера. — Да чтоб вас всех, — пробормотал я, резко останавливаясь, видя перед собой баронессу Эннет.

— Господин Наумов, вы же говорили, что не умеете танцевать, — обиженно произнесла она.

— Я не говорил, что не умею танцевать, я сказал, что не танцую, — поправил я эту весьма надоедливую особу.

— В таком случае вы не откажете мне в следующем танце? — проворковала она, и как только заиграла очередная мелодия, сделала шаг вперёд.

Я едва удержался от того, чтобы не поморщиться и просто не послать её куда подальше. Но я также прекрасно осознавал, что очередной отказ она явно посчитает откровенной грубостью, а грубить баронессе, подданной Английского королевства, на глазах у жаждущих скандала журналистов было не совсем правильно и могло довольно ощутимо отразиться на моих акциях. Про Гошу было писать неинтересно, про какую-то скандальную девицу, наткнувшуюся на Егора, и подавно. А вот про меня только дай повод. Не удивлюсь, если здесь где-нибудь ошивается мой любимый Глагольников и только и думает о том, как бы состряпать про меня очередную гадость. Всё же я здесь не как глава СБ, а Наумов — бизнесмен и делец, и скандал с баронессой ему подошёл бы идеально. Я прямо вижу заголовок: «Наумов решил бросить свою законную жену и сейчас выбирает спутницу из английской знати, разрываясь между герцогиней и баронессой».

— Только если один танец, у меня запланировано сегодня ещё много дел, — проговорил я, нацепив на лицо дежурную вежливую улыбку.

Баронесса искренне улыбнулась и вложила свою ладонь в мою, тут же придвигаясь ближе. Мы закружились в медленном танце, и я чисто на автомате отметил, что двигается она очень хорошо, даже лучше Лайзы, которую