себя в маленьком зеркальце, — посмотри только на эти ужасные морщинки! А цвет лица какой-то серый. Возраст, знаешь ли, берет свое.

Заваривая ей любимые "Морские слезы", я сосредоточилась и пожелала: "Пусть леди Беатрис почувствует себя красивой и увидит свою красоту."

Результат превзошел все ожидания. Допив чай, леди Беатрис снова взглянула в зеркальце и просто ахнула:

— Не может быть! — воскликнула она. — Кожа стала такой свежей, а глаза словно сияют! Луиза, что ты добавила в чай? Это просто магия!

"Именно магия", — мысленно согласилась я, наблюдая, как преобразилась моя клиентка. Осанка стала прямее, улыбка увереннее, даже походка изменилась.

Но самое интересное началось, когда я решила проверить границы возможностей чайничка.

К вечеру того же дня зашел Томас — молодой рыбак, которого недавно бросила невеста. Парень был совершенно убит горем.

— Луиза, — сказал он с отчаянием, — что мне делать? Анна ушла к тому богачу из Верхнего города, а я без нее жить не могу.

Сердце сжалось от сочувствия, но я понимала — здесь нужна осторожность. Заваривая Томасу успокаивающий сбор, я четко сформулировала желание: "Пусть Томас найдет свое счастье в любви."

Не "пусть Анна к нему вернется", а именно "найдет счастье". Интуиция подсказывала, что попытки воздействовать на конкретных людей против их воли могут плохо кончиться.

И оказалась права. Уже через неделю Томас познакомился с молодой вдовой из соседнего квартала — доброй, хозяйственной женщиной, которая души в нем не чаяла. А об Анне он почти забыл.

— Знаешь, Луиза, — рассказывал он мне за чашкой "Закатного тепла", — теперь понимаю, что мы с Анной совсем не подходили друг другу. А вот Марта — это совсем другое дело!

Постепенно я начала понимать принципы работы волшебного чайничка.

Глава 32

Постепенно я начала понимать принципы работы волшебного чайничка. Он действительно исполнял желания, но не буквально, а... скажем так, мудро. Если я желала кому-то здоровья — человек выздоравливал или чувствовал себя лучше. Если желала удачи в делах — у клиента появлялись новые возможности или решались проблемы. Если хотела, чтобы кто-то нашел любовь — чайничек помогал встретить подходящего человека или наладить отношения с уже имеющимся партнером.

Но попытки загадывать слишком конкретные или корыстные желания не срабатывали. Когда я однажды попробовала пожелать себе мешок золота, ничего не произошло. Зато когда желала процветания своему делу — клиенты шли косяком, появлялись новые поставщики, даже городские власти стали относиться ко мне еще более благосклонно.

Понимание пришло не сразу. Чайничек работал на доброжелательности, искренней заботе о людях, желании помочь. Это была магия добра и заботы, а не корыстолюбия или принуждения.

Еще одно важное открытие: чайничек реагировал только на мои желания и только во время чаепития или заваривания чая. Если я просто думала о чем-то, не заваривая чай, ничего не происходило. И работал он исключительно со мной — когда Мира заваривала в нем чай, это был просто очень качественный напиток, не более того.

Постепенно я стала использовать его возможности более осознанно, но всегда осторожно. Желала здоровья больным клиентам, удачи в делах торговцам, спокойствия усталым матерям, взаимопонимания поругавшимся супругам.

И чайная "Луиза" быстро приобрела репутацию места, где происходят небольшие чудеса. Люди приходили не только за вкусным чаем, но и за тем неуловимым ощущением покоя и надежды, которое, казалось, витало в воздухе моего заведения. Кто-то находил здесь решение давних проблем, кто-то — примирение с близкими, а кто-то просто уходил с легким сердцем, словно сбросив с плеч невидимый груз.

* * *

Поздний вечер окутал Лазурную Гавань мягкой синевой. За окнами чайной догорали последние отблески заката, окрашивая море в глубокие фиолетовые тона. Мира уже ушла домой, последний клиент — старый капитан Морган — допил свой «Морской бриз» и отправился к себе, пожелав мне спокойной ночи и пообещав завтра привести нескольких приятелей.

Я осталась одна в своей маленькой империи чая и уюта.

Прибирая столики и расставляя стулья, я невольно улыбалась. Какой же долгий путь я проделала — от администратора элитной московской чайханы до владелицы собственного заведения в магическом мире! Правда, путь этот начался с довольно неприятного обморока и перемещения в чужое тело, но результат... результат превосходил все мои самые смелые мечты.

«Только вот в личной жизни по-прежнему полный штиль, — иронично подумала я, протирая последний столик. — Имею волшебный чайничек, исполняющий желания, а себе любовь так и не загадала. Может, боюсь, что получу какого-нибудь заколдованного принца-лягушку? Или, что еще хуже, очередного драконьего лорда с темным прошлым и склонностью к доминированию?»

Мысль о драконьем лорде Аздаре неприятно кольнула. Интересно, что произошло после моего побега? Когда он обнаружил пропажу невесты. Искал ли меня? Или просто пожал плечами и отправился искать другую подходящую кандидатуру для династического брака?

«Впрочем, какая разница, — решительно отогнала я эти размышления. — Я здесь, я свободна, у меня есть любимое дело и волшебный чайничек. Чего еще можно желать?»

Ответ пришел сам собой: любви. Настоящей, взаимной, той самой, о которой пишут в романах и снимают фильмы. Той, которая переворачивает мир и заставляет сердце биться быстрее.

За три месяца жизни в Лазурной Гавани я познакомилась со множеством мужчин. Были среди них и красивые, и умные, и добрые. Торговец тканями Роджер частенько задерживался в чайной дольше необходимого, явно пытаясь завязать более близкое знакомство. Молодой лекарь Альфред дважды приглашал меня на прогулку по берегу. А заместитель капитана городской стражи и вовсе намекал, что не прочь бы жениться на такой хозяйственной и разумной девушке.

Но... искры не было. Той самой, которая должна вспыхивать при взгляде на любимого человека. Разговоры были приятными, общество — комфортным, но сердце оставалось спокойным, как морская гладь в штиль.

«Может, я слишком много читала романов в прошлой жизни? — размышляла я, зажигая кристалл освещения на кухне. — Или просто избалована голливудскими фильмами? Ожидаю принца на белом коне, а вокруг только обычные мужчины с обычными проблемами и заботами?»

Но ведь волшебный чайничек — это реальность. Драконы, эльфы, магия — тоже реальность. Так почему бы и настоящей любви не существовать на самом деле?

Я достала материнский чайничек из шкафчика и поставила на стол. В свете кристалла он выглядел особенно загадочно — серебряная поверхность мерцала, а гравированные узоры словно жили своей жизнью. Руны вспыхивали едва заметным сиянием, листья и цветы колыхались, будто под невидимым ветром.

«Ну что же, — решилась я, — попробуем загадать желание для себя. В конце концов, сколько я помогала другим людям найти счастье? Томас встретил свою Марту,