выходное платье? Могла бы оформить траты на приют, а заказать платье себе. Четдер не раз так делал, но мы его не беспокоили, потому что брал маленькие суммы. Не наглел.

А вот красотой боги не обделили девушку…

— Щедрость — это, конечно, прекрасно, как и то, что вы беспокоитесь за проживающих в приюте, мисс Аннабель, — процедил я, когда она заговорила про нехватку средств. На что же тогда тратились те немалые суммы, которые я выделял каждый месяц? — Но не думаете ли вы, что моя щедрость, как и благосклонность других меценатов, более чем достаточна? Финансовую поддержку вы получаете каждый месяц, но довольно давно я не получал от вас ни одного отчета. Вы принесли их сейчас?

Мой взгляд зацепился за бумаги, которая она сжимала в руках. А как загорелись ее глаза после моих слов! Прямо сыпали искрами. И столько праведного гнева в свой адрес я не видел давно. Что ж, тем интереснее.

Леди Хэдли было что сказать. Я ждал, когда она начнет сыпать обвинениями и проклятиями в мой адрес, но не дождался. Аннабель готова была сорваться, но сжала свободную руку в кулак и выдохнула, и лишь после продолжила. Кажется, я немного ошибся в своих оценках насчет своей гостьи. Но все же девушка шагнула к моему столу, схватилась за край стола и заговорила:

— Приютом много лет никто не интересовался и не занимался, — услышал я. — Меня назначили новой хозяйкой буквально на днях. Я не понимаю, о какой постоянной финансовой поддержке вы говорите, но постояльцы приюта уже много лет голодают и живут чуть ли не в сарае. Вот эти документы подтверждают мои слова.

Как она не кинула документы мне в лицо или хотя бы на стол, осталось загадкой. Наши глаза встретились. Она не отвела взгляд. А девушка горяча. Интересно, какова она в постели? После Патриции у меня никого не было. Не пора ли это исправить?

— Присаживайтесь, леди Хэдли, — проговорил я спокойно. — Видимо, наша встреча продлится дольше, чем я предполагал, — и приступил к изучению бумаг.

Бегло прошелся по документам. Итоги были неутешительными. Это надо же, кто-то долгое время воровал прямо под моим носом. Отложил бумаги в сторону и вызвал своего секретаря.

Готфрид явился сразу.

— Вызывали, Ваша Светлость?

— Проходи, Готфрид, — я взял документ по поступлениям денежных средств. — Когда был последний чек для приюта “Гнездо”? — тут же перешел я к делу.

Мой секретарь напрягся. Неужели он тоже приложил ко всему этому руки?

— Неделю назад-с, милорд, — прозвучал ответ. — Чек был обналичен в тот же день.

— И кем же, позвольте поинтересоваться? — не удержалась леди Хэдли. Уверен, она будет такой же эмоциональной и при личном общении другого характера. — У нас нет бухгалтера, который мог забрать деньги. Я же понятия не имею, где и как обналичить чек, так как в глаза его не видела.

Мой секретарь растерялся.

— Готфрид, леди задала вопрос, — лениво протянул я, желая услышать правдивый ответ. И да, я был зол. Никто не смеет воровать у меня!

И пока я исподтишка наблюдал за девушкой, мой секретарь судорожно листал свои записи. Затем, запинаясь, начал что-то объяснять и оправдываться. У меня разболелась голова, а еще нужно было идти на прием. Как все это не вовремя. За всем, что касалось приюта, должна была следить бабушка. Это она занималась благотворительностью, но все обязанности почему-то возложила на меня. Нужно ее отвлечь от себя и от моей женитьбы, поручив заботы о приюте герцогине. Пусть займется благородным делом.

— Завтра в это же время я жду полный отчет, Готфрид, — отчеканил я, вставая и обходя стол. Если не выдвинусь из дома через минут пятнадцать, то точно опоздаю. Друг мне этого не простит. — Леди Аннабель, я обязательно во всем разберусь, — обратился я к новой хозяйке приюта. — Уже сегодня на ваше имя будет оформлен новый чек. Финансовая поддержка приюта будет возобновлена. Все свои пожелания вы можете озвучить моему секретарю. Прошу меня простить, срочные дела не терпят отлагательств, — я вывел ее из кабинета и чуть ли не передал в руки Готфрида. — Был рад с вами познакомиться, — поцеловал руку, успев отметить, что девушка встрепенулась от моих прикосновений.

Я довольно улыбнулся. Из нее точно выйдет хорошая любовница. Не чета Патриции.

Чуть ли не бегом оказался на нужном этаже и шагнул в свои покои. Нужно было переговорить с бабушкой.

— Пригласи Ее Светлость ко мне, — передал я камердинеру, сам же направился в гардеробную, чтобы сменить рубашку.

Вдовствующая герцогиня не заставила себя ждать. Когда я был уже полностью одет, леди Марибэль ждала меня в кресле возле камина. Она была похожа на хрупкую фарфоровую куколку, но взгляд ее до сих пор оставался острым и проницательным. Мало кто знал, какой у нее твердый характер.

— Благодарю, что пришла, бабушка, — начал я, подходя к ней ближе. — Мне нужна твоя помощь.

— Если в поиске жены, то у меня составлен целый список достойных кандидаток, — герцогиня снова завела свою шарманку, но я просто проигнорировал ее слова.

— Речь идет о приюте “Гнездо”.

На мои слова старушка встрепенулась. Приют для нее был не только давним, почти забытым увлечением, но и предметом гордости в светской жизни. Вот только после потери мужа она почти все забросила.

— Я хочу, чтобы ты снова взяла его под свое крыло, — продолжил я дальше. — Полностью. Покровительство, отчетность по денежным средствам, улучшение условий проживания постояльцев, контроль. Мои управляющие будут тебе помогать, но последнее слово должно быть за тобой.

Герцогиня смерила меня долгим изучающим взглядом.

— Что же случилось с твоей знаменитой деловой хваткой? С чего вдруг ты решил переложить бремя на старуху? — герцогиня не спешила отвечать согласием.

— С моей деловой хваткой все в порядке, — честно ответил я. — Просто я не могу разорваться на части и проследить за всем. К тому же, приют был твоим детищем, если ты забыла. Ты вкладывала в него не только деньги, но и душу. И сейчас выяснилось, что выделяемые мной деньги уходят в никуда. Кто-то бессовестно и безнаказанно ворует, потому он снова нуждается в такой опеке.

Я умолк, давая ей обдумать. В камине с треском прогорело полено. Где-то внизу, на подъездной аллее, послышался стук копыт. Вероятно, Эдмунд