усмехнулся и бросил короткий взгляд через плечо:

— Потому что мне сложно говорить на вы с женщиной, которую я целую. А я тебя сегодня еще непременно поцелую и не один раз.

Я шумно выдохнула. Некоторое время мы молчали.

— Мы тебе не нравимся?

— Ммм? — не поняла я вопрос.

— Я и мой брат.

— У меня есть муж.

— У тебя целых три мужа. Если быть точными.

— Но это же не так. Ваши с братом метки не активны. Это случайность.

Он остановился, снова притягивая меня к себе и заглядывая в глаза. Прямо посреди треклятой улицы, где куча виров. Положил ладонь мне на метку и погладит то место, где была его метка. Я сразу это поняла, потому что она отдала теплом.

— Чувствуешь? И я чувствую. Настолько она “не активна”. Брак не подтвержден, да. Но она более чем настоящая, Ная. Ты чертов приз, о котором я нихрена не просил, но без которого мне теперь трудно дышать. Я желаю чтобы ты стала моей, буквально грежу этим. Думаешь я рад? Нет. Каждый раз, когда мой лучший друг прикасается к тебе и по твоему прекрасному телу бегут мурашки, я чувствую это тоже. И чем приятнее тебе, тем ярче я это ощущаю. Думаешь, мне ЭТО нравится? Мне было совершенно спокойно, пока маленькая ты не появилась в моей жизни. И хорошо бы, если бы не появилась никогда. Но вот они мы с тобой. И я рад, что сегодня буду целовать твои пухлые губки, девочка и чувствовать, как твое тело откликается желанием. Нравится это Каэлу или нет.

Дарион отстранился с лёгкой улыбкой, а я осталась стоять, ошеломлённая его словами. Внутри всё кипело: злость, удивление, растерянность. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова просто не находились.

— Почему ты это сказал? — наконец выдавила я, чувствуя, как голос слегка дрожит.

Он пожал плечами, словно его признание ничего не значило.

— Потому что мне надоело молчать. Я не из тех, кто ходит вокруг да около, Ная. Если я чего-то хочу, то говорю об этом прямо. А я хочу тебя.

Я шумно выдохнула, чтобы хоть как-то успокоиться.

— Думаешь, Каэлу понравится все, что ты сказал? — спросила я, надеясь напомнить ему о простых истинах.

— Каэл об этом прекрасно знает, — спокойно ответил он, глядя прямо в мои глаза. — И ты знаешь, что метки связывают нас. Хотим мы этого или нет. Может Каэлу и удастся найти способ их разорвать не навредив тебе, но я сомневаюсь. Но выйдет у него или нет, ты моя единственная пара. Другой не будет.

— Но это не даёт тебе права! — вспылила я.

— Ная, — он вздохнул, будто уговаривая строптивого ребёнка. — Метка — это связь. Она меняет нас обоих. Я не прошу, чтобы ты выбрала меня. Не прошу любви. Но я не могу отрицать того, что чувствую.

— Я не приз, — твёрдо заявила я, отступая на шаг назад.

— Знаю, — сказал он, снова становясь серьёзным. — Ты не приз. Ты женщина, сильная и особенная. Идеально мне подходящая. Именно поэтому на тебе моя метка. Именно поэтому меня так к тебе тянет.

Он снова сделал шаг ко мне, но на этот раз не прикоснулся, просто посмотрел, изучая меня взглядом.

— Ная, я не буду ничего требовать. Ну или почти ничего, — хмыкнул он, явно намекая на поцелуи. Но я тоже не отступлю. И если ты когда-нибудь захочешь узнать, как это — быть со мной, я буду рядом.

Он развернулся и пошёл дальше, будто ничего не произошло. А я осталась стоять, пытаясь осмыслить его слова.

Какого чёрта только что произошло?

Глава 16

Дарион был воплощением уверенности, сидя рядом на узком мягком диване-скамье. Я встретилась с его взглядом, слегка нахмурившись, но решила промолчать. Не хотелось устраивать сцену в уютной таверне, которая больше напоминала ресторан.

Мы зашли сюда после длительных безуспешных поисков, когда я вконец изголодалась. Дарион не смог долго слушать голодные стоны из моего живота и сам настоял на том, чтобы я поела.

Вот только сесть он мог и напротив. Мог, но не стал.

Официантка, молодая и улыбчивая девушка с рыжими кудрями, подошла к нашему столику.

— Добрый день, вира, вир. У нас сегодня есть свежий грибной суп, запечённая рыба с травами и домашний хлеб. А ещё рекомендую попробовать наш пирог с лесными ягодами на десерт, — говорила она, её голос был лёгким и мелодичным.

Я уже хотела ответить, но Дарион опередил меня.

— Звучит прекрасно. Нам всё из этого, пожалуйста, — сказал он, как будто решение принимал он, а не я.

Я стиснула зубы, но решила снова промолчать.

— Отличный выбор, — улыбнулась официантка, но задержалась на мгновение, рассматривая нас. — Вы чудесно смотритесь вместе. Сразу видно, влюблённая пара.

Дарион, как ни в чём не бывало, положил руку мне на колени.

— Мы молодожёны, — сказал он с лёгкой усмешкой, даже не оборачиваясь ко мне.

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу, и опустила взгляд, чтобы не выдать возмущение.

— О, как замечательно! — обрадовалась официантка. — Поздравляю вас!

— Спасибо, — ответил он, будто это действительно было так.

Официантка удалилась, а я, не выдержав, подняла на него взгляд.

— Молодожёны? — тихо, но с явным упрёком произнесла я.

— А что? — невинно спросил он, наклоняясь чуть ближе. — Разве не так это выглядит?

— Мы даже не… — я замялась, понимая, что спорить было бесполезно. — Ты вообще слышал о личных границах?

— Слышал, — усмехнулся он, убирая руку, но задержавшись взглядом на моём лице. — Но иногда они размываются. Особенно с молодожёнами.

Я только шумно выдохнула и решила оставить это без комментариев. Таверна была слишком уютной, а я слишком голодной, чтобы портить момент.

Вот только среди нас двоих был кое-кто, очень полюбивший портить моменты. Его рука скользнула мне на шею. Легла чуть ниже затылка и надавила, заставляя приблизиться к мужчине и его наглым губам, что тут же встретились с моими. Прямо у всех на виду. Короткий поцелуй и мне удается отстраниться, правда недалеко и его рука все еще на моем затылке, нежно поглаживает пальцами.

— Что ты делаешь, все же смотрят.

— Смотрят, как я целую молодую жену, — говорит он, а я сжимаю губы. — Пока на тебе моя метка, ты моя жена. Пусть и не до конца.

— Это уже ни в какие рамки…

— Хочешь, чтобы я перестал так делать?

— Естественно, хочу.

— Тогда один раз ответь на мой поцелуй, по-настоящему. Мне хватит часов на шесть. Либо я поцелую за это время тебя раза четыре. Тебе решать, сладкие