подняться на дикие высоты из-за базиса в виде черепа высшего, ещё и получивший «высококалорийную» пищу для роста призрак сгинул. Безвозвратно. Уничтожен, мать его! Исчез и слот, которых и так мало! И не только это заставляло изрыгать маты, Фёдор всего лишь на процент ошибся. Скорее всего, у него в голове не укладывалось, что у меня может быть нечто убойно-защитное, чего он сам не выдавал. Ещё бы чуть-чуть, и всё — некое ядро принялось бы саморазрушаться… О, сколько нам открытий чудных… Сначала каркас, теперь вот это непонятное нечто.

Вероятно, не учёл ублюдок и поднимающегося в уровне артефакта, возросшую ментальную защиту из-за тренировок и многие другие факторы. Но один, всего лишь один чертов процент!

Теперь предельно ясно почему хряк легко пошел на сделку. Немалого труда стоило успокоиться, а ещё навалилась тяжесть. И мысли становились всё медленнее и медленнее. Ладно… Как же тяжело.

Думал всё — это конец, когда перед глазами возник туман с голографическими разноцветными фигурами, мельтешащими искрами, но минуты через три постепенно я стал приходить в норму. Не знаю, сколько просидел по-турецки, уронив голову на грудь, бездумно и бессмысленно наблюдая за окружающим пространством в окне дрона, но меня привёл в чувство злой и недовольный голос Пламенного. Он вместе с учениками закончил вычерчивать новую шестиконечную звезду, украшать её непонятными символами, а также засыпать центр круга желтой пылью.

— Сколько, сколько показатель повреждения духовного ядра? — маг попытался зацепить меня за волосы и поднять опущенную на грудь голову, однако ничего не получилось — лысина-с. Для подобных случаев и стригся. Тогда ему на помощь пришло волшебство. Виски стиснули незримые холодные ладони, рванули вверх.

— Ссссорк мсдевсмссмисмь… — долго «пытался» сфокусировать взгляд, а затем постарался с трудом выговорить, точнее, продолжал изображать умирающего лебедя. Чувствовал себя хорошо, но интуиция, паранойя и здравый смысл говорили, как правильно поступать.

— Не соврал, — прокомментировал подпевала, а то я не знал, имелась небольшая такая разница между словами и их значениями. «Повреждение» — сорок девять целых две тысячных процента, а про «текущее» меня никто не спрашивал.

— Странно, что ты после всех ощущений ещё соображаешь. Но ничего, времени у тебя минут двадцать — двадцать пять осталось до развоплощения. Стаф, ничего личного. Но порадуйся напоследок, ты сможешь увидеть лично историческое событие! Узришь из первых рядов, как Владыка шестого плана будет повержен нами, и этот день войдет в историю. Миллионы бы за такое душу продали! Хотя у тебя так и получилось! Цена билета на зрелище — душа, — и заржал противно так, падла! — Это будет первая наша значительная победа после сокрушительного разгрома на Кровавом Мосту и затем столетие топтания на месте! Человечество вновь пойдет в наступление! Но именно эта точка — переломная! И ты главный на этом празднике!

Вы сначала победите, а потом хвастайтесь. Всего лишь проекцию умотали. И то не сразу, а столько времени мучали жопу. Это какого же пета они приговорили? Тот, скорее всего, давал фору призрачному легионеру. Летающий ещё… Суки! Или специально издевались? Кто знает…

Морды я корчил страшные, поэтому вряд ли в этих пантомимах кто-то угадал насмешку, кроме ведьмы, которую теперь Фёдор таскал за собой. Та, несмотря на жалкое положение, выглядела веселой. Позитивная, тварь. Меня Пламенный «заботливо» за шкирку оттащил к валуну, прислонил спиной. Мол, наблюдай. Вот какая сволочь, нравился ему полный зрительский зал.

Тщеславие — грех! Как и содомия, а они тут все такие. В фильмы для взрослых вас для определенной категории, остальное время в намордниках держать.

Пламенный же принялся раздавать последние указания.

— Сом, Лидия, как только покажется, перекрываете порталы для низших! Чтобы никто не пролез! Но если что, лезвия готовы. Валерия — ты на них. Витаэль и Линь — ваша задача захлопнуть дверь за гостем! Минимум на пятнадцать минут полностью непробиваемый барьер! Если сбежит тварь — спалю! Вас спалю! И это не слова! Связываем. Добивает Артем, если он умрет, то дальше по очереди, ты, Валерия, — палец остановился на девке с фиолетовыми волосами, — А там по списку. Работаем, господа и дамы, работаем! Финальный аккорд в этой арии!

— А он? — палец Оникс остановился на мне, — Может его того?… — да, хорошая девочка Лида, сука!

— С ума сошла? Он и так уже не жилец. И ещё нужен. Сладкая приманка. Посмотри сама — свежие обрывки связи просто вопиют! А повреждение ядра? Ммм, нямка, — облизал склизкие губы, до чего же мерзок бывший учитель, как я мог этого всего в нём не замечать? С другой стороны, когда? Знакомы меньше суток. — Лучше вообще его не трогать. Именно он является одним из главных ингредиентов в этом лакомстве для Арха. И ещё: ему обязательно нужно поставить лично точку! Энергия, Лидия, энергия, и восьмое правило Ленинсберга.

— Я всё понимаю, а вдруг у него есть… — продолжала осторожничать девка, а Фёдор закусил уже удила, как всегда, когда кто-то начинал сомневаться в его компетенции.

— Ничего у него нет! Летальных и опасных для нас, — выделил последние слова. — Артефактов не имеется, уж я-то знаю. Сам видел! Сам арты ему оставлял. Заклинаний — тем паче! Даже, если и были бы. Как маг нулевка сможет пробить твою защиту? Просто близко к нему не подходите, не суйтесь, помнишь же сама, как он с ведьмой разобрался. А у него «Жало», длина около трех метров, лук он не натянет, — тот обернулся ко мне. — И да, Стаф, что ты там говорил про «Харакири» в распадке? Ты меня понимаешь? — сделал вид, что из последних сил поднял голову, уставился с ненавистью на мага. — Если процесс ускорится, то делай свою сэппуку. Даже не думай! Не размышляй! Иначе в Чертоги или на Суд Создателя ты не попадаешь. Пусть поговаривают, что самоубийцы там не в чести, но у тебя аргумент железный — иначе остался бы совсем без души. Всё в твоих руках… И помни, ты — молодец, мы тебя будем помнить, как одного из тех, кто сделал немало для того, чтобы поставить точку в существовании одного из Владык. Кстати, нам твоё самоубийство даже поможет. Плохо, что если лично поможем, процент появления высшего значительно снизится.

Тварь, тварь, тварь!

На месте уничтоженного творения некромантов теперь была начерчено другое. В огромный круг с изумрудными краями, радиусом около семи-восьми метров вписали шестиконечную звезду, которую образовывали два чёрных треугольника, в их центре ещё одна окружность, «прорисованная» уже красным песком. Цвет поменялся? Незримые для обычного взгляда символы, отливающие серебром везде, где можно, висели в воздухе. Курящиеся жаровни с