— Какой мужчина! — пьяно восхитилась она. — Парень, пойдём ко мне. Бесплатно, исключительно из любви к искусству и мускулистым красавчикам.

Варя не услышала ответа, но девице он явно не понравился. Она оскалилась и аж зашипела:

— Ну, ты мне за это ответишь!

Как у неё в руках оказался шприц, Варвара не увидела. Андрей, наверное, тоже. Он и дёрнуться не успел, а девка уже одним движением всадила иглу ему в плечо и нажала на поршень. Неизвестно, что за гадость была в шприце, но инженер сразу обмяк и рухнул на стол. Тут же двое крепышей подскочили, подхватили Андрея под мышки и в несколько секунд вытащили наружу. Следом выскочил британец со светлыми глазами.

Варвара не сразу отреагировала. Слишком неправдоподобным было происходящее: в рождественскую ночь посреди Тамбова, на территории князя Тенишева беззастенчиво похищают одного из самых доверенных его людей. Все переживания, все проблемы, большие и малые тут же отошли в сторону. Она сунула руку за пазуху, спустила предохранитель и лишь тогда потянула наружу из потайной кобуры пистолет.

Девица уходила последней. Остановилась на лесенке у открытой двери, помахала рукой и с издевательским видом попыталась что-то сказать, но тут заметила глядящий прямо на неё ствол «браунинга».

Пятнадцать метров — небольшое расстояние для хорошего стрелка. Девка с криком рванулась наружу, но не успела. Четыре выстрела прозвучали один за другим, и она не вышла — выпала наружу. Видимо, сообщники ей помогли: ноги в теплых чулках и отороченных мехом полусапожках пересчитали ступеньки и скрылись из виду. Хлопнула, закрываясь, дверь полуподвала. По стеклу вновь мазнули фары и всё закончилось.

Зазвенело разбитое стекло. Это бармен выронил из рук свой ненаглядный стакан. Варвара поднялась, положила на стойку полусотенную бумажку. Спросила:

— У вас здесь имеется телефон? Нет? Тогда задержитесь на полчаса-час. Вы стали свидетелем преступления, и жандармерия наверняка захочет задать вам несколько вопросов. Заодно у вас появится шанс на дополнительный доход. Я обещаю, что когда те мерзавцы будут арестованы, они так или иначе вернут вам долг минимум вдвойне.

Глава 20

Личные проблемы забылись в один миг. По залитой кровью лестнице Варвара выскочила на улицу. Рядом с кабачком одиноко стоял лишь её мобиль. Но в каком виде! Все четыре колеса варварски выпотрошены, панели кузова исчерканы острием ножа. Кажется, на капоте даже нацарапано неприличное слово.

Воспользоваться мобилем не было никакой возможности, но Варя хорошо знала Тамбов: она всё-таки провела в нём немалую часть своей жизни. До особняка не так и далеко. Скорым шагом идти минут сорок. А если бегом, то, наверное, можно и быстрее. Но прежде, чем отправиться в путь, девушка заменила магазин в пистолете на полный. Теперь у неё снова восемь патронов, и ещё четыре про запас. Можно бежать.

Очень скоро выяснилось, что бегать в экипировке гонщика неудобно. Жарко, местами натирает, тяжелая куртка давит на плечи. И вообще Варя никогда не занималась бегом. Детские догонялки с братом и подружками не в счет.

Можно, конечно, было заскочить в ближайший ресторан. Уж там-то телефон нашелся бы непременно. Но Варя подозревала, что в этом случае одновременно с отцом обо всём узнает минимум полгорода, и это не порадует ни князя Тенишева, ни жандармов.

Много ли пробежала Варвара? Два квартала? Три? А ноги уже налились чугунной тяжестью, в горле пересохло, а сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Но останавливаться было нельзя, ведь каждая минута промедления могла обернуться для Андрея чем угодно, вплоть до самого страшного.

Удивительно, но на бегу оказалось возможным размышлять. Подстреленная девка пьяной не была, лишь играла. Это было видно сразу. А шприц со снотворным у обычных уличных бандитов оказаться никак не мог. Отец всё время говорил про шпионов, жандармы наводнили своими агентами всё конструкторское бюро и опытный полигон. Прежде Варвара считала это перестраховкой, но теперь ей казалось, что принятых мер было недостаточно.

Выходило, что Андрея похитили шпионы. Но Алекс…

При мысли о нём сердце болезненно сжалось, но Варя тут же прогнала чувства: сейчас не время.

Алекс, если верить отцовским бумагам, работал на немцев. Он украл для них чертежи. Значит, похищение организовал кто-то другой. А кто ещё мог быть из тех, что перечислял как-то отец?

Варвара постаралась припомнить давний разговор. Если вычеркнуть из списка немцев и всех тех, кто не мог вести дела в России, остаются англичане. Вот и тот человек, по-видимому, главарь шпионов, был в пальто английского кроя.

Из размышлений Варю выдернула острая боль в правом подреберье. Она вынужденно перешла на быстрый шаг и, прижимая ладонь к правому боку, попыталась на ходу наклоняться, крутиться, глубоко вдыхать и выдыхать. Мало-помалу дыхание выровнялось, боль исчезла, и девушка вновь побежала. До фамильного особняка оставалась половина пути.

* * *

Граф Алекс Езерский лежал на заднем сиденье собственного мобиля, связанный по рукам и ногам и с кляпом во рту. За рулем «бугатти» сидел незнакомый тип в драповой куртке и курил неимоверно вонючие сигареты, время от времени стряхивая пепел на полик перед правым сиденьем. А ведь всё началось крайне удачно.

Знакомый вахтёр маялся животом и поминутно убегал с поста. Алекс без усилий проскользнул через проходную, добрался до кабинета Варвары, открыл выданными ключами сейф и переложил содержимое в объемистый саквояж. С трудом упихав добычу и защелкнув замки, граф двинулся обратно, закрывая за собой все двери, начиная с дверцы сейфа. Подождал в коридоре, покуда страдалец вновь покинет пост, и вышел так же легко, как и вошел.

«Бугатти», предусмотрительно укрытый за углом, стоял под парами, готовый в любой момент сорваться с места. Алекс швырнул саквояж на правое сиденье и вырулил на дорогу. Торопиться было некуда. Встреча с получателем и окончательный расчёт должны были состояться примерно через час, и Езерский неторопливо катил по заснеженным дорогам.

К месту встречи он подъехал с абсолютной точностью, секунда в секунду. Человек на секунду осветил своё лицо, граф в ответ дал увидеть себя. Удовлетворившись взаимным опознаванием, участники сделки сошлись вместе. И тут грохнули выстрелы, неотличимо похожие на залпы фейерверка. На пальто связного возникло рваное отверстие, и он начал оседать на землю. Затопали тяжелые ботинки и прежде, чем Езерский успел что-то сообразить, в голове словно разорвалась бомба и свет погас.

Очнулся граф уже в таком вот неудобном виде. Ни пошевелиться, ни слова сказать он не мог. Оставалось только ждать окончания пути да надеяться, что