— Технически может быть сложно состыковать челнок и межпланетный корабль на орбите.

— Не сложнее, чем состыковать корабль на орбитальной станции, — отрезал Пётр Евгеньевич.

В целом, задача была ясна, мы с Абрамовым не упали в грязь лицом и гармонично вписались в коллектив, так что идея с участием в команде разработчиков имела право на жизнь.

— Сработаемся! — резюмировал Домников, явно довольный итогов нашей беседы и небольшого мозгового штурма. — Теперь главное, чтобы Николаич не стал в позу, а он человек настроения. Но это я беру на себя. Вы помалкивайте и влезайте в разговор только если сам спросит. Мне не впервой с ним толковать по душам. Думаю, уговорю на ваш счёт.

Мне ещё ни разу не приходилось общаться напрямую с директором «ГДК-Темерник» Аркадием Николаевицем Бугацким, поэтому перед разговором я серьёзно нервничал. А вот наш непосредственный начальник ничуть не волновался и был настроен более чем оптимистично.

«На ковёр» мы отправились втроём: я, Абрамов и Домников. Пётр Евгеньевич завёл нас почти на самый верх административного здания, отмахнулся от секретарши, которая принялась возмущаться по поводу вторжения и даже выскочила из-за столика, чтобы помешать нам, но начальника отдела было не остановить. Девушка так и промчалась вслед за Домниковым до самого кабинета шефа, пытаясь его остановить.

— Николаич, можно к тебе?

— А что говорит моя секретарь? — послышался недовольный голос Бугацкого.

— Что ты очень занят, но для старого приятеля у тебя всегда найдётся свободная минутка, — невозмутимо ответил Пётр Евгеньевич, а мы с Абрамовым переглянулись и постарались сделать вид, что нас здесь нет. Такое панибратское отношение между начальством было явно не для наших глаз и ушей.

— Аркадий Николаевич, я пыталась его остановить, но Пётр Евгеньевич даже не стал меня слушать.

— Да, в следующий раз буду нанимать вышибалу, а не секретаря, — отшутился Домников. — Критиночка, возвращайтесь к работе и не волнуйтесь. Ну а ты, голова, раз уж пришёл, то заходи. Или так и будешь в дверном проёме торчать и отвлекать меня от работы? Если бы у меня совещание было по связи, я бы в тебя туфлёй запустил, ей богу!

— Николаич, так я не один. Со мной, вон, бойцы! — Домников шире распахнул дверь, чтобы нас было видно, а мы с Тёмой синхронно кивнули и поздоровались. Меня не покидало чувство, что мы совсем не в своей тарелке, и нас не должно здесь быть.

— Ещё лучше! Мало того, что врываешься ко мне в кабинет, когда тебе вздумается, ещё и дурной пример подаёшь молодёжи. Ладно, выкладывай что хотел, но только быстро — у меня через двенадцать минут звонок из Москвы. Будем согласовывать ряд вопросов, и мне нужно настроиться. Один из вопросов, кстати, космический аппарат для посадки на поверхность планеты, за разработку которого ты отвечаешь.

— Так я же как раз по этому поводу! Вот, нужно включить этих двух пацанов в состав рабочей группы, — Домников буквально втолкнул нас в кабинет, а мы поспешили отойти в сторонку, пока он ещё чего не придумал.

Бугацкий на пару секунд завис, а гримаса недовольства, появившаяся из-за вторжения Домникова, сменилась недоумением.

— Петь, тебе в цеху на голову ничего не падало? Каску нужно носить, между прочим. На кой-ляд ты мне притащил этих зелёных пацанов? Ты всерьёз собираешься привлекать их к разработке проекта, который на данный момент считается основным на предприятии?

— Я знаю что делаю! — Пётр Евгеньевич отбросил веселый настрой и вмиг стал серьёзным. Когда дело касалось работы, он мгновенно настраивался на рабочую обстановку. Судя по переменам в его поведении, началась основная фаза переговоров. — Эти двое пацанов участвовали в разработке «Десницы» и выигрывали всероссийские олимпиады. Думаю, если бы их пустили на мировую арену, они бы и там всех уделали. Да, опыта у них, может, и немного, но наши старики на что? Никто не даст им самим работать над проектом. Пусть помогают, набираются этого самог опыта. Может, что подскажут. Сам знаешь, свежий взгляд однозначно пригодится. Вот увидишь, у меня на такие дела нюх. Мы утрём нос остальным и сделаем самый лучший аппарат.

— Петь, я тебя уважаю как специалиста и как человека, который кучу раз выручал наше предприятие в сложных ситуациях. Если ты за них ручаешься, пусть работают с вами. Приказ о переводе я подпишу после связи с Москвой. От тебя требуется полный список с фамилиями и должностями. В конце дня заберёшь подписанную копию у Кристины. Всё, я занят!

Домников знал когда нужно остановиться, поэтому когда Бугацкий махнул рукой, вытолкал нас в коридор и поспешил удалиться. Секретарь провожала нас недовольным взглядом, будто мы были злостными нарушителями порядка, но меня это мало заботило. Только выйдя из кабинета директора я осознал, что у нас получилось, и с завтрашнего дня у меня будет совсем другая задача — более ответственная и напрямую связанная с полётом на Марс!

— Ну вот, а вы боялись! — ухмыльнулся Пётр Евгеньевич, когда мы спускались в лифте. — Я же говорил, что всё улажу. Только так, ребята! Сами понимаете, задача серьёзная, поэтому я рассчитываю на вашу дисциплину и полную самоотдачу. Работать будете под моим непосредственным руководством.

— За это можете не волноваться! — поспешил успокоить начальника Абрамов.

Следующий день стал для меня началом новой жизни и очередным испытанием. Пришлось навёрстывать массу информации, чтобы быть на уровне с более опытными конструкторами. Пока работа велась только на уровне программирования. И вот здесь я здорово удивился, потому как за пятьдесят пять лет изменилось очень многое. Да что там, изменилось вообще всё!

Больше не нужно сидеть за разложенными по всему столу чертежами с кучей инструментов и старательно вычерчивать схемы на листе бумаги. Одно нажатие кнопки мыши, и элемент нарисован. Остаётся только установить его в нужном месте. Ещё в академии я удивлялся этому достижению, но каждый раз, как мне приходилось работать с программой, я не переставал восхищаться.

— У меня уже глаза болят и голова закипает! — пожаловался Абрамов через несколько минут разглядывания сложных схем. Эх, Тёма! Не работал ты с чертежами полвека назад. Вот где голова кипела, а перед глазами рябило.

Новость о нашем новом проекте Даша восприняла в своей манере.

— Выходит, теперь ты будешь все выходные торчать в лаборатории, и не приедешь в Ворошиловград?

— Даш, я постараюсь, но