— Да я уже поняла! Ладно, если ты не едешь ко мне, тогда приеду я. Иначе я с ума тут сойду. И потом, должен же кто-то следить за тем, как ты питаешься? Не хватало, чтобы светило нашей космонавтики слёг в больницу с гастритом.

— Ой, скажешь тоже! — отмахнулся я.

Но на ближайших выходных Даша и Кира приехали к нам. Пришлось рано утром ехать на вокзал и встречать девчонок, снять им посуточно квартиру, а потом мчаться на работу, потому как за опоздание Домников явно по голове не погладит. Вариант расположить их в нашей квартире отпадал сам по себе, потому как нам жильё предоставляла компания, и жили мы в закрытом комплексе, попастьв который можно было только по пропуску. Пусть цены на посуточную аренду жилья и кусались, но это было проще, чем выбить пропуск для девчонок. Хотя, нужно озаботиться этим. Жёны они нам, или как?

— А мы перевели ординатуру в Ростов, — призналась Кира, когда вечером уставшие мы вернулись домой.

— Вы прям как жёны декабристов! — рассмеялся Абрамов. — Те тоже следовали за своими мужьями.

— Погодите, но вам ведь нравилось в Первой городской больнице, — удивился я.

— Нравилось. Но с вами нравится больше, — парировала Даша.

Немного позже девчонки сняли квартиру в Ростове, в получасе езды от нашего конструкторского бюро, и мы стали видеться чаще. А мы с Тёмой забросили удочку Домникову, чтобы он выбил для нас семейные комнаты в комплексе. Конечно, решать такой вопрос будет Бугацкий, но прыгать через голову не хотелось, да и шансов выбить нужный результат у Петра Евгеньевича куда больше.

В тот же день по дороге к дому меня ждала неожиданная встреча. Двое мужчин в гражданской одежде стояли недалеко от проходной и о чём-то переговаривались, но заметив моё появление, уверенно направились навстречу.

— Чудинов Михаил Игоревич? — поинтересовался первый, и мне сразу вспомнилась та встреча с иностранным разведчиком из прошлой жизни. Что-то похожее было и в этой ситуации. Неужели история повторяется снова?

— Вы ошиблись, — ответил я с каменным лицом.

— А у нас другие сведения, — оживился второй и преградил мне путь.

— Если у вас другие сведения, тогда зачем интересуетесь?

— Работа у нас такая — интересоваться, — ответил мужчина и предъявил мне документы.

— Служба безопасности компании «ГДК-Темерник»? Чем обязан?

— Вы получили допуск к работе над специальным проектом. Мы бы хотели пообщаться с вами, а также осмотреть ваше жильё. Поверьте, это стандартная процедура при работе с таким уровнем допуска, мы вас ни в чём не подозреваем, но проверить должны.

— Как вам будет угодно. Где будет удобнее поговорить?

— У вас в квартире, — ответил первый, который явно был главным в этой паре.

Мы поднялись с безопасниками наверх. Я подметил, что охрана сразу успокоилась, заметив в руках моих сопровождающих удостоверения. Видимо, они уже знали, что такие случаи имели место в прошлом.

Сама беседа заняла минут пятнадцать времени. Как по мне, задавали стандартные вопросы о моём прошлом, интересовались планами на будущее. Квартиру осмотрели поверхностно, не заглядывая в сумки и коробки, но пробежались взглядом по всем комнатам, полкам и даже шкафам.

— Прошу меня простить, но таков порядок, — развёл руками старший. — Мы должны проверить какой образ жизни вы ведёте, убедиться, что у вас нет никаких взяток от сторонних лиц. По части бухгалтерии мы уже проверили ваши финансовые потоки, подняли характеристики с академии, оставалось убедиться в вашей честности лично. Претензий к вам нет, всего доброго.

Оба мужчины удалились, оставив меня в одиночестве. Интересно, как бы они проверяли происхождение какого-нибудь ценного презента от кого-то из родственников или друзей? Чеков у меня не сохранилось. Главное, что никуда не влезли, куда не следует. Не хватало ещё прослушку у себя обнаружить, или камеры слежения. Хотя, не удивлюсь, если и такое здесь есть.

Следующие выходные были ознаменованы ярким историческим событием. Начала работу российская орбитальная станция. Теперь наши космонавты имели куда больше возможностей. В то же время было немного грустно, ведь старая Международная космическая станция завершала свой жизненный срок. Всё оборудование и полезные модули предварительно вывезли и демонтировали, а саму станцию решили утилизировать, чтобы на околоземной орбите не скапливался космический мусор.

В прямом эфире транслировали как старая Международная космическая станция спускается через слои атмосферы к поверхности Земли. Наши космонавты рассчитали всё таким образом, чтобы она упала в Тихий океан недалеко от так называемой точки Немо — места, удалённого от любого обитаемого участка суши более чем на две с половиной тысячи километров.

Лично я наблюдал за космической станцией с нескрываемой печалью. Понимаю, что в ней уже нет необходимости, свой срок эксплуатации она уже исчерпала, но всё равно обидно.

— Да, Мишка, так мы и не успели побывать на МКС! — с сожалением в голосе произнёс Абрамов. — А хотелось бы хоть разок оказаться там, чтобы было что вспомнить.

— Ничего, у нас ещё будет возможность слетать на орбитальную станцию. И упустить эту возможность мы не имеем права.

Успехи других стран в космосе придавали нам сил и упорства на пути к цели. Японцы доставили грузы на поверхность Луны и даже смогли отправить туда человека. У Китая тоже были свои успехи в космосе: они смогли вывести спутник на геостационарную орбиту и успешно работали с термоядерным синтезом, который позволял получать экологически чистую энергию с минимальными затратами ресурсов. Американцы отправили к Марсу кучу спутников и даже посадили на поверхность планеты очередной марсоход, который повторил судьбу своих предшественников и застрял в горной породе.

Время поджимало, а моменты, которые нужно было продумать, требовали максимальной концентрации сил и внимания. Часто приходилось оставаться после работы и подолгу зависать в лаборатории, подгоняя хвосты. Наши разработки из академии здорово пригодились здесь, что было удивительно. Обычно после окончания вуза прямо просят забыть всё, чему там учили и начинать учиться заново уже на рабочем месте. Регулярно проводили телемосты с Москвой и отчитывались о ходе разработки. Да и число выходных мы сократили до одного в неделю. Воскресенье оставили выходным, чтобы хоть немного прийти в себя и освежить мысли.

Зато через полгода, когда нужно было презентовать свой проект, у нас всё было готово. Проверять аппарат прибыла комиссия из Москвы, в которую входили глава «Роскосмоса», директор «Ростеха», ведущие специалисты из конструкторских бюро и