сажать его в клетку.

— Третье, — сказала Альда. — Служба Ардора — его долг и его выбор. Мы можем спорить, советовать, ругаться, но не ломать.

— Четвёртое, — добавил Ардор. — Я не использую службу как щит от семьи. Если жив, вернулся и могу говорить — говорю.

Лиара кивнула.

— Пятое. Мы не решаем судьбу Эльги без Эльги. И без нас всех.

— Шестое, — Альда чуть прищурилась. — Постель не используется как средство политического давления.

Ардор хмыкнул.

— Но может использоваться как средство примирения.

Лиара вспыхнула до ушей, а Альда довольно улыбнулась.

— Это важное уточнение. Внесём.

— Седьмое, — тихо сказала Лиара. — Если кто-то из нас чувствует, что его тянут не туда, он говорит сразу. Не копит, не терпит, не ждёт, пока станет поздно.

Ардор кивнул.

— Вот это главное.

Альда вытянула руку, ладонью вверх,

— Тогда договорились?

Лиара молча положила ладонь поверх её руки, а Ардор посмотрел на их пальцы, потом накрыл их своей ладонью.

— Договорились.

Некоторое время они сидели молча.

Сквер был маленький, госпитальный, не особенно красивый. Пруд мутный, дорожки слишком прямые, кусты подстрижены так, будто их тоже лечили по уставу. Но в этот момент Ардору показалось, что лучшего места для важного разговора и быть не могло.

— А теперь, — сказала Альда уже обычным тоном, — раз мы всё честно обсудили, я всё равно считаю, что ты должен лежать ещё два дня.

— Мы только что договорились не давить.

— Я не давлю. Я выполняю рекомендации целителей.

— Это давление через медицину.

— Это забота о своём единственном мужчине.

Лиара улыбнулась.

— Арди, ты обещал не путать необходимость с привычкой лезть первым. Вот сейчас необходимость — лежать.

— Предатели.

— Жёны, — поправила Альда.

— Семья, — мягко сказала Лиара.

Он посмотрел на них обеих, вздохнул и сдался.

— Один день.

— Два, — сказала Альда.

— Один с половиной.

— Два.

— Полтора и бульон не отвратительный.

Альда задумалась.

— Мирта договорится с кухней.

Лиара рассмеялась.

— Вот видишь? Семейные переговоры уже работают и это совсем не страшно.

Ардор откинулся на спинку скамьи.

— Если так пойдёт дальше, вы меня всё-таки прогнёте.

Альда наклонилась и поцеловала его в щёку.

— Нет, любимый. Теперь будем договариваться.

Лиара с другой стороны тихо добавила:

— А если забудем — ты нам скажешь.

Он закрыл глаза, чувствуя на лице слабое солнце, рядом тёплые плечи жён и странное, почти невозможное спокойствие.

— Скажу, — пообещал он. — Только вы тоже не молчите.

— Не дождёшься, — сказала Альда.

— Вот почему-то верю.

Глава 16

Дорген Асвар прилетел в Марсану без обычной истарской пышности.

В другие времена и при других обстоятельствах великий герцог Истара появился бы с двумя парадными воздухолётами сопровождения, блестящей свитой, герольдами, дипломатическими секретарями, охраной в серебристо-синих мундирах и таким количеством родовых знаков, что всякий встречающий сразу понимал бы: прибыл не человек, а суверенная древность в очень дорогой упаковке.

Теперь же его аппарат сел на закрытой площадке Королевского дворца тихо и скромно, а по Истарским меркам и вовсе унизительно. Один тяжёлый воздухолёт, два сопровождающих борта, небольшая охрана, министр двора, глава канцелярии и личный секретарь, державший кожаный портфель так, будто в нём лежали не документы, а последняя надежда герцогства.

Дорген Асвар сошёл по трапу медленно.

Высокий, худой, с длинным лицом и седыми волосами, зачёсанными назад, одетый в алый с золотом камзол и с парадной золотой шпагой, усыпанной бриллиантами. Он представлял ту самую породу, кто даже усталым выглядит достойно, а проигрывая старается стоять так, будто просто временно позволяет обстоятельствам говорить первыми. Но сегодня усталость всё-таки пробивала выучку. Вокруг глаз залегли тени, губы сжаты, а взгляд на мгновение задержался на шардальских гвардейцах у входа.

Не парадно-выходные красавцы с чеканной выправкой и лицами словно с обложки женского журнала. Ветераны, за особые заслуги получившие полное омоложение и лечение, с орденами во всю грудь, спокойными уверенными взглядами людей уже видевших смерть и уверенными в том, что их король наместник бога на земле.

Логрис принял его не в тронном зале, что уже стало знаком.

Тронный зал предназначался для церемоний, союзов, браков, торжественных угроз и красивых лживых фраз, после переписанных в хроники. А этот разговор для хроник не предполагался. В малом картографическом кабинете, за закрытыми дверями, при трёх свидетелях: Ингро Талисе, министре иностранных дел Шардала и молчаливом начальнике дворцовой канцелярии.

На огромном столе лежала груда карт.

Южной границы Шардала, Великого герцогства Истар, Старых Гор, Пустошей, схема захваченной базы в ущелье Гархор. Отдельный лист с маршрутом вывоза ракетных контейнеров. И ещё одна карта, от которой Доргену сразу стало холоднее. старая военная карта Истара, разделённого на зоны контроля.

Зелёным — герцогская администрация, жёлтым — условный контроль, серым — Пустоши, красным — бандитские, контрабандные, балларийские и неизвестные узлы.

Серого и красного было слишком много.

Логрис стоял у стола, не садясь. На нём был тёмный рабочий мундир без излишней роскоши. Ни короны, ни орденов, ни позы для портретистов. Просто король, которому некогда играть в мягкость.

— Ваша Светлость, — сказал он.

— Ваше Величество, — Дорген Асвар поклонился ровно настолько, насколько позволял его статус.

Логрис указал на кресло.

— Садитесь. Разговор будет долгим, а я не хочу, чтобы вы потом сказали, будто Шардал вынудил вас к решению усталостью ног.

Дорген сел.

— Надеюсь, Ваше Величество не намерено вынуждать меня к решениям вообще.

Логрис посмотрел на него почти с сожалением.

— Тогда вы зря прилетели.

Пауза получилась короткой, но тяжёлой.

Ингро Талис даже не шевельнулся.

Дорген медленно положил ладонь на подлокотник кресла.

— Я прибыл обсудить инцидент в Старых Горах.

— Инцидент? — Логрис чуть поднял бровь. — Красивое слово. Им удобно называть всё, что угодно. От драки в порту до иностранной ракетной базы на вашей территории.

— Моя канцелярия не подтверждает наличие на территории герцогства базы Балларии.

Логрис кивнул.

— Разумеется. Потому что, если подтвердит, придётся признать, что вы либо не контролируете собственную территорию, либо разрешили Балларии развернуть военный объект у моей границы. Первый вариант унизителен. Второй смертельно опасен. Поэтому ваша канцелярия выбрала третий: ничего не подтверждать.

Дорген не ответил сразу.

Он был не глуп и не слаб. Просто оказался в кабинете человека, который пришёл на разговор уже после того,