и увидел, что двое сидящих рядом диспетчеров внимательно смотрят на меня. В их глазах читалось что-то, похожее на уважение.

Собрался с мыслями и внес запись в журнал. Глянул на часы — без одной минуты пять. Нет, на сегодня с меня точно хватит. И мне бы выпить, что-ли…

Я вышел, заглянул в кабинет к лейтенанту Шварцкопф, отчитался о проделанной работе и вышел в коридор.

В этот момент дверь второго кабинета отдела связи открылась и оттуда вышел Ник Касселс.

Я остановился, поморгал. Потер глаза — Касселс не исчез. А он-то здесь откуда?

Глава 3

Касселс шел по коридору мимо дверей. Он остановился, запустил руку в карман и достал из него стильные очки-авиаторы. Надел их и уже собирался идти дальше, но я его окликнул.

— Ник! Ник, стой!

Он повернулся, увидел меня и чуть приподнял бровь. Удивился, похоже.

— Соко? Ты какими судьбами здесь?

— Сверхурочные, — ответил я. — Диспетчером. А ты зачем?

— Аналогично, — он снова снял очки. Похоже, что не хотел разговаривать со мной в них. Да и вообще странно, что он их в помещении надел, может быть, не хотел, чтобы его узнали? — Спронг предложил, а я согласился.

Я посмотрел на него. Касселс в модной кожаной куртке, с «Ролексом» на запястье, в начищенных туфлях выглядел так, будто только что сошел с обложки журнала. А если учесть, что у него под жопой «Порше»…

И этот человек берет сверхурочные диспетчером за двести семьдесят долларов? Да, неплохие деньги, да и за идею со ставками он взялся охотно, но там-то это могло принести много, в зависимости от того, сколько зарядишь. А две сотни…

— А зачем тебе сверхурочные? — не удержался я от вопроса.

Касселс посмотрел на меня с легким удивлением, после чего спросил:

— А что, я не похож на человека, которому нужны деньги?

— Честно говоря, нет, — я покачал головой.

Он помолчал несколько секунд, улыбнулся, как будто ему уже тысячу раз такое говорили, после чего сказал:

— Фару на «Порше» менять надо, я же ее так и не починил после той погони. А это четыре сотни только за саму фару, плюс работа, плюс царапины заполировать и обработать.

Я посмотрел на него… А ведь действительно, фару он так и не сделал. И пять сотен для человека с его деньгами большой проблемой не казались. Точнее, это мы думали, что у него есть большие деньги, а тут… Что-то тут нечисто, честное слово.

— Слушай, смена сложная была, — проговорил он. — Тут столько всего. Есть один бар неподалеку, нормальный, не дыра. Там сегодня, кажется, бейсбол показывают. Пошли?

— Я на мели, Ник, — сказал я. — Вообще нет денег, все спустил, а чек еще не обналичил.

— На пиво у меня есть немного, — он усмехнулся.

— Ты только что говорил, что на ремонт фары не хватает, — заметил я.

— На фару не хватает, — кивнул он. — А на кувшин «Будвайзера» хватит. Это разные статьи расходов. Пошли, Соко, не ломайся. Весь день на звонки отвечал, хочется выпить с нормальными человеком. Я угощаю.

— Пошли, — решил я. — Только недолго.

На самом деле с тех пор, как я попал в тело Соко, я не выпил ни бутылки пива. Но история с алкоголизмом уже должна была закончиться, как я преодолел и зависимость от курения — не трясло, и не тянуло. Значит, умеренно побаловаться пивком можно.

Мы двинулись на улицу, вышли из Паркер-центра. На парковке Касселс кивнул в сторону своего «Порше», стоявшего в дальнем углу. Фара была замотана пленкой и сантехническим скотчем. Прямо как окно моей машины.

«Шеветт» стоял в другой части парковки. Вот я его машину и не заметил, иначе узнал бы.

— Красиво, — заметил я.

— Это временно, — мрачно ответил Касселс. — Надеюсь, что временно. Я люблю свою машину, и меня трясти начинает, когда я это вижу. Поехали уже.

Мы и поехали, сперва он, а потом я. Он сильно не разгонялся: понимал, что иначе я в потоке от него отстану очень быстро. Но бар в действительности оказался недалеко.

Он назывался «Пять долларов» и располагался в пяти минутах езды. Снаружи выглядел невзрачно, но когда мы оставили машины на стоянке и вошли внутрь, оказалось неплохо: длинная стойка, деревянные столы, несколько телевизоров под потолком, на одном из которых в действительности шел бейсбол. Ну, меня этот спорт не интересовал, как и Соко, поэтому я ни одной команды толком и не знал.

Народа было немного. Касселс указал на столик в углу, а сам отправился к стойке, откуда через пару минут вернулся с кувшином, полным пива — судя по цвету, самого обычного лагера.

Да, в действительности, пиво тут подавали в кувшинах, и меня это очень сильно удивило. В наших барах я если и видел большие объемы, то там приносили емкости такие, с кранами, типа… Даже не знаю, как их назвать, они мне больше всего бойлеры напоминали.

А тут самый обычный кувшин.

Касселс наполнил два бокала — естественно, никакой пенной шапки у пива не было — протянул один мне. Поднял, подул зачем-то, сделал глоток, и посмотрел на меня.

— Ну, что у тебя? Тяжелый день?

— Последний звонок был… интересный, — ответил я. — Девушка позвонила, сделала вид, что заказывает пиццу. А на самом деле там кто-то был, угрожал ей.

— Разобрались?

— Отправил патрульных. Не знаю, чем закончилось.

Он выпил еще, я тоже сделал глоток. Действительно, обычный американский лагер, практически безвкусный, но самое главное — холодный. Реально «Будвайзер», что ли? Стоило признать, что после восьми часов в душном подвале Паркер-центра, это было приятно. А тут еще и кондиционер работал, что тоже хорошо.

— А я всякого наслушался, — проговорил Касселс. — Я стабильно раз в пару недель в диспетчерской сижу, когда нет никаких других подработок. В охране там или еще где. Вот и…

— Почему ты так часто ходишь по подработкам, Ник? — спросил я напрямую. — По тебе действительно ведь не сказать, что тебе нужны деньги.

— Соко, я, как и ты, живу на зарплату детектива, — он усмехнулся. — Просто у меня больше энтузиазма в жизни. Или ты что, как и все остальные, веришь, что я работаю на картель?

Я посмотрел на него. Он улыбался, достаточно честно и открыто, и по его лицу нельзя было ничего сказать точно.

— Я так не думаю… — почему-то вырвалось у меня.

— Да ладно, я знаю, про меня байки ходят, — сказал он. — Работал, ничем не выделялся, а потом внезапно разбогател. Стал ездить на «Порше», носить «Ролекс», хорошо одеваться. Стильно.

Касселс ополовинил свою