Тебе их вверяю. Скоро первая игра сезона. Сегодня посильнее их нагрузи.

Дэвид Бул вздохнул, нехотя поднялся со скамейки и подошёл.

— Значит сейчас отрабатываем прорывы. По очереди все бегут с мечом до конца поля, а вся остальная команда пытается остановить одного человека. Новички, кто добежит, того точно выпустим на первую игру.

Нам уже объяснили, что открытие сезона, чуть ли не самая важная игра, она задаёт тон всему. Первый тайм сыграют старым составом, если все хорошо подведутся и будут без каких-либо физических и психологических проблем. И уже в зависимости от его результатов и состояния игроков, будут выпускать на поле новичков.

— Всё, — хлопнул в ладоши Дэвид. — Занимайте места на поле. Пойдём по номерам. Первый номер, бежит первым. Остальные его тормозят. Пока без липучек. Только физический контакт. Второй круг с липучками будет. Давайте-давайте! Время дорого. Я уже стар. Шевелите своими молодыми костями.

Мне досталась цифра семь, так что бежать уже очень скоро. Я присел за мягким кубом. Буду неожиданно выскакивать.

— Эй. Тут уже занято, — бросил из-за соседней стенки Тадеуш.

— Отвали. Я первым сел. На пять шагов подальше встань.

Скорей бы он уж побежал. Есть у меня в арсенале, один интересный способ выбить мяч.

— Я тебя сомну, — пригрозил мне Десятка и отошёл, заняв позицию за гипсокартонной стеной. — На второй тайм выйти не сможешь.

— Пошёл ты!

— Чё сказал?

— Эй, — вмешался в перепалку Томас. — В чём проблема?

— Я не знаю, — сказал я. — У меня с этим козлом проблем нет.

Тадеуш ринулся ко мне. Но Томас встал на его пути.

— Эй, а давай забьёмся, к чему пустой трёп, — сказал я. — Давай, кто кого переиграет. Если я тебя пройду, то забираю твой десятый номер, как трофей.

— Если я тебя пройду, то ты тогда сидишь весь сезон на скамейке и не бесишь меня своей тупой ухмылкой.

— Лады, — я протянул руку. Томас разбил рукопожатие.

Наконец-то шанс.

Первым бежал капитан. Филигранно обошёл одного, второго, третьего, сбил четвёртого, кинул мяч в стену и поймал с отскока, уже обдурив пятого. Шестой прыгнул в ноги. Томас пробежал с этим грузом метра два, потом всё же вырвался.

Мой выход.

Я дождался, когда он будет пробегать мимо, и обогнул куб. Кэп превентивно отскочил от моего выпада, но я не кидался. Тихо оказался за спиной. Прыгнул!

Томас услышал и подкинул мяч. Устоял на ногах. Развернулся, разорвал захват и оттолкнул меня. Поймал мяч и рванул дальше. Впереди раздался злорадный смех Десятого.

Ну-ну.

Капитан в итоге забросил мяч в портал. Собственно, на то он кэп.

Я сменил позицию. Встал за толстую стену, через которую можно спокойно перелезть. Следующий был Ликтор, ему досталась цифра два.

Он резво рванул. Прокинул мяч между ног у первого игрока. Подобрал. Сделал вид что обходит куб слева, но оббежал справа. Сбил замешкавшуюся девчонку. Сделал вид, что кидает в руки Монике, но тупо перескочил через препятствие.

Пора!

Я подпрыгнул, ухватился за край. Подтянулся. Оказался на стенке и спикировал как орёл на добычу, подгребая под собой Зеленоволосого.

Дэвид засвистел.

Ликтор валялся и стонал. Приземление вышло жестким.

— Богданов! Ну что это? — строго глянул на меня Бул.

— В мяч сыграно, тренер! — возмутился я.

Дэвид снял кепку и помахал арбитру за камерой. Тот посмотрел замедленный повтор и показал большой палец.

Я оскалился. Первое касание было в мяч, а остальное неважно.

Ликтора уволокли с поля и усадили на скамейку приходить в себя.

— Мягче! — наставив палец, предупредил Бул.

Тренировка шла своим чередом, пока не настала моя очередь бежать. По финтам я был на уровне с основным составом, так что не переживал.

Вон, Монику первой поставили, мнётся. Волнуется.

Я неспеша побежал и протянул девушке мяч на вытянутой руке. Она верила в свою реакцию, а потому выбросила удар с правой по аннигилятору. Только вот пальцы за миг до этого сомкнулись, подкидывая мяч. Я перехватил его и легонько пихнул Монику бедром, обозначая превосходство.

Следующих пятерых обошёл играючи, а вот потом слева взорвалась гипсокартонная стена, заставив меня шарахнуться. Заур в клубах пыли распластался в прыжке. Уцепился за ногу, закрутил, усаживая, но слишком рано потянулся к мячу. Я кувыркнулся, скидывая его с себя, и рванул дальше.

Справа конусовидная фигура. Слева стена. Конечно, Тадеуш зажмёт меня здесь. Он выскочил и тут же получил брошенный со всей силы мяч в забрало. Падая, пытался его схватить, но я рыбкой пролетел над ним, поймав мяч в воздухе.

В том же темпе прошёл всех. Остался Томас. Он стоял у портала, закрыв его собой.

Я бросил мяч на землю и повёл его ногами, сбив капитана с толку. Обозначил удар с правой и пробил с левой щёткой, заведя её за опорную, закатив аннигилятор между ног вратаря.

Дэвид Бул засвистел.

— Богданов, что это было⁈ Играешь в первой игре. В первом же тайме!

Я захохотал и побежал обратно, отбивая всем пятёрки. Всем кроме Тадеуша.

Наконец, настала его очередь бежать. Эта горилла сносила всех. Особенно жестко Элен отлетела в стену, не успела сгруппироваться.

Я расположился у стенки в форме перевёрнутой буквы «Г». Наломал гипсокартона, раскидал, чтобы этот боров ход замедлил, когда завернёт за козырёк буквы. Он бежал как носорог, намереваясь пройти по мне катком.

Вылетел из-за угла. Бросил взгляд под ноги, выбирая куда поставить стопу на скорости. И я бросил фронт-кик. Нога ударилась в мяч и опрокинула Тадеуша. Я схватил выпавший аннигилятор и поднял над головой.

Свисток! Засчитано.

Протянул руку Десятому, но тот ударил по ней и, поднявшись, грубо пихнул меня плечом, проходя мимо.

— Номерок оставь, — бросил я ему в спину.

После мы повторили всё то же самое, только теперь у каждого была липучка. Это было ещё сложнее и интереснее. Мана ушла в ноль, но я так и не смог добежать до конца поля. Только Томасу и Аманде Бронкс удалось, но вот закинуть аннигилятор у неё уже не вышло.

В конце ко мне подошёл капитан и помощник тренера.

— Будешь десятым, значит? — спросил он.

— Что? Нет. Отдайте этот номер Аманде.

Они удивленно переглянулись.

— Эй, Бронкс! — окликнул я её. — Ты теперь десятка.

Она широко заулыбалась, а потом даже подошла и обняла меня.

— Спасибо, — глядя мне в глаза проговорила она.

Я ещё давно заметил, что эта цифра для неё много значит.

Томас проводил меня задумчивым взглядом.

Из душа опять вышел последним. Отпил немного зелья лечения. Можно идти на вторую тренировку. Сегодня она будет особенная.

* * *

Я чувствовал себя учителем