XI. Земля огней

При помощи талей, и Крайта со Взморник, тянувших вместе со мною канат, и Малыша, толкавшего, приподнимавшего плечами корму, мне удалось вытащить шлюп довольно далеко на берег. Когда тащить его дальше сделалось невозможным, я прибрал блок с канатом, прихватил пулевое ружье, сунул в карман горстку серебряных украшений и пришвартовал шлюп к карликовым, но крепким на вид деревцам с носа и с кормы.

Затем я поднялся на самую высокую дюну, нашедшуюся поблизости, чтобы как следует разглядеть бескрайние плоские песчаные россыпи, местами поросшие густым темно-зеленым кустарником. Особых надежд увиденное не внушало, однако не следовало забывать: в величественных лесах достопамятного острова дичи не оказалось вовсе, зато в развалинах, выглядевших ничуть не более обнадеживающими, мы едва не подстрелили зелюка.

Только спустя минут пять меня осенило, что я впервые твердо стою на берегу земли, нареченной мною самим Затенью, что под ногами моими тот самый неизведанный западный материк, где ждет меня Пахароку и исправная посадочная шлюпка. За спиной тянулось к югу бескрайнее море, на востоке тоже виднелись морские волны, и далеко на севере, кажется, тоже поблескивала морская гладь, однако… Однако к западу суша ширилась, поднималась так высоко, что я вспомнил о родине: там отдаленные земли на севере и на юге плавно скругляются кверху, огибая солнце, и, наконец, смыкаются в высоте, образуя прекрасную, величавую небесную твердь.

– Ну что ж, просторы изрядные, – протянул Крайт, остановившийся рядом, локоть к локтю со мной.

Я твердо, хотя твердой уверенности в своей правоте вовсе не чувствовал, сказал: просторы, дескать, просторами, а Пахароку мы здесь непременно отыщем, причем в самом скором времени.

Крайт только пожал плечами.

– Я помогу по возможности.

– Думаю, прошлой ночью ты наверняка отыскал что-либо полезное.

– Нет.

Тут ветер рванул его мешковатое одеяние, и Крайт задрожал от холода: очевидно, мерз он не меньше, чем я.

– Но ты же сыт. О чем пространно рассказывал по возвращении, да еще дивился, насколько здесь, в таких малолюдных местах, хороша охота. Неужели тебе не выпало случая побеседовать с кем-нибудь?

– А тебе бы, конечно, хотелось, чтоб я с голоду помер?

Нет, отвлекаться на ругань я не пожелал.

– Ты нашел здесь кого-то. Людей отыскал. Потому и сыт.

– Не здесь. Вон там, дальше в глубину берега, – поправил меня Крайт, указав на запад.

– А о Пахароку их не расспрашивал? Наверняка ведь расспрашивал. Что они ответили?

Крайт покачал головой.

– Расспросить кого-либо о чем-либо мне возможности не представилось. Все до единого спали.

– Хорошо, – вздохнул я.

Крайт довольно осклабился, пусть даже не выставив напоказ откидных клыков.

– Ну что-что, а она оказалась еще как хороша.

– Ты на охоту пойдешь? – крикнула Взморник сзади, от подножия дюны, на вершину которой поднялись мы.

– Минутку! – ответил я. – Сейчас спущусь с той стороны!

– Мы там тебя встретим!

Я вновь повернулся к Крайту:

– Хотелось бы, чтоб ты остался здесь беречь шлюп. Сделаешь?

– С радостью, если расскажешь, отчего вдруг обрадовался, узнав, что я не расспрашивал насчет пути в Пахароку.

– Оттого, что меня предупреждали: спросишь, где его искать, народы, дружественные этому поселению, укажут не ту дорогу. Чужих там не любят. Даже таких же людей, как сами.

Крайт, вновь осклабившись, почесал вылепленный с утра подбородок.

– А один из нас к таковым не принадлежит.

Я в свою очередь пожал плечами.

– Пустяки.

– Согласен, папенька. Мы – люди, люди нисколько не меньше, чем вы, что бы это ни означало. Кстати, тебе разве неохота узнать, где я нашел тех людей?

Попробовав приглядеться к его лицу, я тут же отвел взгляд: блеск глаз ингума навевал жуть. Вздумается ему меня обмануть – что ж, ничего не попишешь…

– Мне хочется узнать куда больше, но для начала подойдет и это. Где они?

Крайт вновь указал на запад:

– Видишь вон ту теснину? Прореху в горах?

Я кивнул. От теснины нас отделяло самое меньшее лиг десять.

– По ней течет речушка, причем течет почти прямиком к нам. Приглядишься внимательнее, увидишь, как она блестит тут и там, среди деревьев.

Как я ни щурился, мои глаза оказались не настолько остры.

– Вон там, на берегу, где земля выравнивается и речка течет медленнее, у них шалаш.

– Спасибо, – поблагодарил его я. – А куда речка девается после, сказать можешь?

Крайт отрицательно покачал головой.

– Может, под землю уходит. Песков вокруг хватает. Но этого я точно не знаю: сам по течению не ходил. Может и в море впадать.

– Мы собираемся здесь поохотиться на зелюков… да на любую дичь, которую можно подстрелить и съесть. Как по-твоему, шансы у нас имеются?

Крайт, призадумавшись, окинул взглядом безликий простор, густо поросший кустарником вперемежку с низкорослыми деревцами, совсем как я пару минут назад.

– Скорее, нет, но тут я могу и ошибиться.

– Дичь хоть какую-нибудь видишь?

Крайт вновь покачал головой.

– А что видишь? Ну то есть здесь, поблизости от нас.

– Деревья по большей части.

С этим он, прежде чем я успел его задержать, развернулся и двинулся вниз по склону в направлении шлюпа. Я, проводив его взглядом, соскользнул к подножию дюны с другой стороны – как раз вовремя, чтоб встретить внизу Взморник и Малыша, обогнувших песчаный холм понизу.

– Хотела к тебе подняться, да ногам больно, – пожаловалась Взморник, – а наш Малыш в песке вязнет по брюхо. Песку вперемешку с острыми камешками место под водой. Ну, что ты оттуда увидел?

– Множество всевозможных вещей, – ответил я, имея в виду отнюдь не только знакомство с местной географией. – Только о некоторых из них говорить не хочу. По крайней мере, пока что. А остальное…

Сделав паузу, я в раздумьях почесал бороду.

– Так. Охотиться будем на западе – то есть пройдем довольно далеко почти вдоль линии берега, но постепенно отдаляясь от моря. Чем ближе подойдем к тем горам, тем вернее, по-моему, добудем хоть что-нибудь. Ты как, со мной идти не раздумала?

Взморник качнула головой, и мы отправились в путь.

Дорогой я не раз пробовал показать ей горы, однако, где б мы ни останавливались, весь вид заслоняли ветви да листья.

– Похоже, заплутать здесь ужасно просто, – сказал я. – Придется останавливаться везде, где возможно, и определяться по солнцу. Однако мальчишка говорит, что поблизости есть речушка. Можно держаться ее берегов… только б найти ее.

– Он за ночь добыл что-нибудь?

Вопрос этот сам призывал к откровенной лжи, и я без раздумий ответил, что мальчишка, несмотря на всю свою похвальбу, скорее всего, наелся досыта сырыми моллюсками.

С этим мы двинулись дальше, но не успели сделать и десятка шагов, как Взморник