Синий мох под ногами чередовался с участками голой чёрной земли, которая странно пружинила, будто под ней зияла пустота.

Брумиш безошибочно вёл нас по более плотному грунту. Один раз Варрен попробовал срезать угол и тут же провалился по щиколотку в почву.

— Чтоб тебя, — он с возмущением выдернул сапог из вязкой земли и принялся брезгливо отряхивать ногу. — Это еще что за хрень⁈

— Стоматка, — бросил Хольц.

— Чего?

— Стоматка, — повторил тренер. — Под ней Лес переваривает упавшие деревья, а заодно и тех, кто на них наступает. Простоял бы ещё минуту, затянуло бы по колено.

Варрен побледнел и больше от тропы не отклонялся.

Вскоре Брумиш вывел нас к участку, где между стволами тянулись провисшие нити. Поначалу я принял их за паутину, но, приглядевшись, заметил металлический блеск. Они напоминали тонкую проволоку и гудели от малейшего дуновения ветра.

— Стоп, — Хольц выставил посох поперёк тропы. — Дальше не пройдём.

Бронебрус замер. Я увидел, что нити опутали лес впереди, перекрывая просветы между деревьями почти от земли до крон. На некоторых покачивались мелкие косточки, клочья шерсти и обрывки кожаной упряжи.

— Что это? — прошептал Леннокс.

— Я уже видел нечто похожее, — Хольц прищурился. — Тогда наш отряд потерял разведчика, так что… Внутрь лучше не соваться.

— Да тут полметра до земли, можно и по-пластунски проползти, — Варрен присел на корточки, оценивая зазор.

— Попробуй, — пожал плечами тренер. — Возможно, потом мы тебя найдём, правда, скорее всего, по частям.

Варрен медленно выпрямился.

— Ладно, лучше обойдём. — буркнул он.

Мы повернули направо и двинулись вдоль гудящего полотна, держась от него на расстоянии пяти-шести шагов. Брумиш ступал осторожно, и каждый раз, когда ветер едва покачивал нити, недовольно фыркал.

Пройдя несколько метров, я заметил в основании ствола зияющее круглое отверстие. Внутри медленно шевелилось существо, похожее на огромного спящего червя, который ворочался во сне.

— А вот и местный хозяин, — спокойно произнес Хольц. — Советую не смотреть на него.

— Уже не смотрю.

Я отвёл взгляд и, пока мы не покинули место с нитями, старался глядеть только на затылок Брумиша.

Минут через двадцать чёрный лес немного посветлел, и вдруг Брумиш замер, опустил голову и глубоко вздохнул.

Кельн вскинул ладонь, Силок бесшумно сорвался с его плеча и улетел вверх. Через секунд десять птица вернулась, и разведчик нахмурился.

— Впереди творится какая-то чертовщина, — выдохнул он.

— А конкретнее? — нахмурился Торвальд.

— Похоже на подготовку к битве.

Рыжебородый задумчиво взглянул в указанную сторону.

— Обойти сможем?

— Нет, путь только один, — покачал головой разведчик. — Придётся пройти рядом с ними.

— Твою налево… Веди, только аккуратно.

Мы свернули правее, забирая по дуге. Брумиш, видимо, тоже почуял возню, пригнул голову ниже обычного и замедлил шаг. Крох прижал уши, а шерсть на загривке встала дыбом. Люмин буквально слился с моей ногой и старался не отставать ни на шаг.

Через минуту мы выбрались на пологий склон, поросший редким кустарником с мясистыми листьями. Кельн, пригибаясь, прокрался вперёд, присел за грядой валунов и жестом подозвал Торвальда. Мы тихо двинулись следом, залегли за камнями и осторожно выглянули. Внизу, шагах в ста от нас, простиралась широкая прогалина, окружённая черными деревьями. В её центре стояли… Звери.

С одной стороны замерли восемь поджарых существ с длинными мордами, горбатыми спинами и серо-бурой шерстью, похожие на гиен, но раза в полтора крупнее.

С другой расположились шесть чёрных зверей с вытянутыми мордами без видимых ушей. Они походили на волков, но обладали слишком длинными лапами и непропорционально большими головами.

Между двумя стаями лежала вспоротая туша крупного зверя с витыми рогами, размером со взрослого быка.

— Костегрызы и теневые охотники, — прошептал Хольц. — Делят добычу. Плохо дело.

— Почему? — тихо спросил я.

— Потому что они никогда не заходят на одну территорию. Если обе стаи здесь, значит их что-то вытеснило.

Я хотел спросить, что именно, но в этот момент крайний костегрыз совершил резкий рывок вперёд. Один из теневых охотников среагировал мгновенно. Низко стелясь, он скользнул навстречу и ударил противника длинной лапой. Костегрыз кувыркнулся в воздухе, шлёпнулся в траву, но тут же вскочил, рыча.

И понеслось.

Стаи столкнулись лоб в лоб. Я никогда в жизни не видел подобной драки, и, надеюсь, больше не увижу.

Костегрызы атаковали парами — один отвлекал, второй заходил со спины. Их челюсти смыкались на лапах и горлах противников с глухим хрустом, который доносился даже до нас. Теневые охотники действовали иначе — они не кусались, а полосовали врагов когтистыми лапами, оставляя на шкурах длинные глубокие борозды.

В первые же десять секунд один костегрыз рухнул с разодранным горлом, а через пятнадцать два теневых охотника лежали с перегрызенными шеями.

Леннокс тихо выдохнул.

— Я… никогда такого не видел.

Внезапно один из теневых охотников ринулся в сторону, но за ним бросились вдогонку трое костегрызов. Они быстро догнали его, и охотник исчез под клубком серо-бурых зверей. Я услышал, как захрустели его кости.

В ту же секунду на подмогу подоспели двое теневых охотников, и один из костегрызов, терзавших поверженного врага, попытался обернуться, но не успел. Длинная когтистая лапа разорвала ему бок от плеча до бедра.

С каждой минутой прогалина всё больше превращалась в кровавое месиво, но внезапно все костегрызы синхронно замерли, повернули морды в одну сторону и напряглись. Через секунду то же самое сделали уцелевшие охотники.

— Кто-то приближается, — прошептал Хольц.

Кельн метнул взгляд на тренера.

— Кто?

— Тот, кто выжил их с исконных биомов. Уходим, сейчас же!

Никто не стал спорить. Мы попятились от валунов и быстрым шагом направились куда подальше в обход прогалины. Несколько метров мы прошли в полной тишине, а потом услышали рёв.

Звук мощной волной прокатился по склону, вломился между деревьями и затих где-то далеко позади. Леннокс громко сглотнул.

— Пресветлые предки, — выдохнул он. — Кто это был?

— Тот, с кем лучше не встречаться, — ответил Хольц. — Предлагаю ускориться.

Через четверть часа быстрого хода тренер поднял руку, и мы остановились.

— Можно немного расслабиться, — сказал он. — Если бы зверь хотел нас преследовать, то уже нагнал бы.

Варрен рухнул в траву, не обращая внимания на возможную сырость, достал флягу и сделал жадный глоток.

— Я хожу в Лес уже чёрт знает сколько лет, — медленно проговорил он, вытирая губы — Но ни разу не сталкивался ни с чем подобным.

— Хватит ныть, пойдем дальше, — буркнул Торвальд. — До темноты надо найти место для ночлега, и желательно подальше отсюда.

Бронебрус выдохнул, словно соглашаясь, и зашагал первым.

Минут через двадцать мы остановились у оврага, дно которого было усыпано большими обглоданными костями. Присмотревшись, я заметил расколотый череп с двумя длинными