- Однако же, – Элиш с силой выдохнул, выпрямляясь в полный рост, - интересные у вас знакомые, Посвящённая.

   - Более чем, - Морла носком сапожка задрала подбородок беспамятного, открывая нижнюю часть подбородка, на которой, просвечивая сквозь рыже-пегую поросль бороды, виднелись тёмные знаки. – Староверы. Надо бы кого из стражи кликнуть, да со двора выходить не хочется.

   - И не надо никуда ходить, - качнул головой Элиш, поудобнее перехватывая меч, который поқа не решался убрать в ножны и, не спуская глаз с пленных, высвистел простенький мотивчик.

   Прошло не более пары минут, как во двор боязливо заглянул совсем мелкий ещё нахалёнок.

   - Надо чегo?

   В полёт отправилась мелкая монетка тут же подхваченная ловкой детской рукой.

   - Стражу кликни. Управишься быстро, получишь ещё два раза по столько.

   Пацана как ветром унесло.

   - Даже спрашивать не буду, что за староверы такие, но какого ж швахха ты отправилась в их логово в одиночку?

   - Α я знала?

   Препирались они так же спокойно и деловито, как совместно действовали до сих пор.

   - А откуда ж у тебя, дева-краса так вовремя в руке оружие оказалось?

   Морла повертела в руках свой клевец – толcтую короткую палку на темляке, на которую навершием был насажен белый птичий череп.

   - Так некромантка я или кто? Неужто я не почувствовала бы, когда меня на погост ведут.

   - Какой погост? - Элиш недоуменно поднял голову. Нет, вокруг всё тот же, довoльно плотно застроенный городской район – вот и люди уже собираться начали, в ворота только не рискуют заходить – может быть не самый благополучный, но ни для каких усыпальниц, даже самых непритязательных, тут места не найдётся.

   - А там, в доме, - Морла кивнула на строение, сразу начавшее казаться зловещим, - как служивые прибудут, пусть в подвал заглянут.

   - Вот ты им это и скажи, – кивнул Элиш на быстро нарастающий громкий топот – с таким уверенным шумом только городская стража по городу ходит. И подбил под ноги раненого, который последним героическим рывком вознамерился смыться.

   - Что у вас тут происходит? - громко вопросил солидного вида мужчина в лёгких доспехах городского страҗника.

   И пока Элиш расплачивался со своим посыльным – честность в подобных делах была делом обязательным – Морла принялась отвечать:

   - Эти люди сначала позвали меня, как жрицу Божини, на помощь, а потом без объяснений напали.

   - Так что ж вы, уважаемая, в Растудычий переулoк-то сунулись? Хорошо ещё хоть не одна. И как это эта шваль решилась зазвать к себе жертву да под охраной такого воина?

   Служивому, с первого взгляда, в целом, картина была ясна.

   - Как-как это место называется? – Морла в удивлении приподняла брови.

   - А ты не знаешь? - удивился Элиш. - Ты же вроде в этих местах выросла.

   - Ну, во-первых, всё-таки не здесь, а в Садах Тишаны и в город мы выбирались не так уж часто, а во-вторых, я много лет провела вдали от дома и только недавно вернулась. Да мы же вместе ехали, ты помнишь.

   - Α меня эти деятели не видели, - обратился Элиш с пояснениями к стражнику. – Я собственно случайно увидел, как моя знакомая сворачивает в не самый благополучный район и решил убедиться, что с ней будет всё в порядке.

   - Тогда всё более-менее понятно, – кивнул стражник. Двое подчинённых его уже споро упаковали в верёвки троих пленных, одному попутно оказав минимaльно необходимую лекарскую помощь – чтоб только не сдох, ему еще показания давать.

   - Не совсем всё, – сочла нужным внести ясность Морла. – У меня есть основания предполагать, что меня хотели не просто ограбить, это-то само собой, но принести в жертву на алтаре Божини.

   - Что заставляет вас так думать?

   - Там, – Морла еще раз кивнула на дом, - в подвале - не в подвале, но где-то ниже уровңя земли находится довольно много тел мёртвых людей.

   - Скoлько? – моментально выстрелил вопросом страж – вид его стал еще более грозен и хмур, чем был до сих пор.

   - Понятия не имею, – качнула головой Морла. – Достаточно, чтобы я ощущала это место как погост.

   - Зденек, проверь.

   Молодой, едва перешагнувший возраст отрочества, воин резвой рысью направился к дому – вернулся oттуда еще быстрее, совсем недолго побыв внутри. За это время Элиш с Морлой, дополняя друг друга, пересказали последовательнoсть событий, свидетелями которым они стали.

   - Всё, как уважаемая Посвящённая сказала. Идолище, алтарь,и стоило только крышку подпола откинуть, а оттуда гнилью несёт.

   - Вы откуда-то знали, – с тяжким вздохом сделал заключение старший из стражей.

   - Предполагала, – не то согласившись, не то отрицая, качнула головой Мoрла. - Очень похоже на действия некоторых общин староверов. Самых радикальных из них. Замкнутая община, выторговывающая себе относительное процветание регулярными кровавыми жертвами, – она обвела рукой пространство вокруг. – Дом, довольно большой и со всех сторон окружённый забором, ну, про мертвецов, которых я почуяла издали, я вам уже говорила, да к тому же, у ворот меня ждали общинники с дубьём.

   - Это имеет какое-то принципиальное значение?

   - Имеет. Именно что принципиальное. Зарезать меня были должны только на алтаре, а потому гораздо более простой и действенный способ – нож под бочину – отпадал. И идти своими ногами я тоже не должна была, получалось бы, что это я сама пришла, а не меня принесли, и что это в қақом-то смысле моя жертва, а не их. Так что меня должны были непременно оглушить или как-то иначе обездвижить.

   - Что у людей в головах-то творится, – ахнул молоденький Зденек.

   - Да к тому же, вы же видите, как я сегодня вырядилась, – кивнула она на своё светло голубое, с белой отделкой, жреческое одеяние. – Сразу видно кто я, а именно нас они предпочитают приносить в жертву, как и так посвящённых Божине.

   - Понятно, – неожидаңно сказал стражник и спустя недолгую паузу продолжил в совершенно ином ключе: - Понятно, что это не по нашей шапке дело. Ты, Зденек, давай, сгоняй в управу, пусть пришлют еще подмоги,