А кто-нибудь посолидней,из тех же магов, сам не согласится играть при нём второстепенную роль, быть всего лишь человеком из свиты.

   Так, перебрав все возможные кандидатуры, одну за другой, Элиш пришёл к выводу, что есть всего два достойных выхода из положения: либо срочно на время приёма отправиться куда по делам службы, либо позвать на раут какую-нибудь даму посолидней, с собственным весом в обществе. Οтсюда его мысли естественным образом свернули к Морле, которая пусть формально и являлась девой на выданье, но обладала столь неповторимой харизмой, что ещё неясно будет, кто в чьём сопровождении на приём явился.

   Он решительно поднялся из-за стола, чтобы отправляться на её поиски и столь же решительно сел назад. Отправляться-то куда? Даже если она уже вернулась, то сомнительно, что сидит в своём монастыре – шанс застать там её без предварительной договорённости, настолько мал, что практически равен чуду. И всё җе начать поиски нужно именно с Садов Тишаны – там, по крайней мере, могут указать, как долго она собиралась отсутствовать и в каком направлении следует начинать поиски. Хотя и это ещё ничего не гарантирует – пути её следования бывают совершенно непредсказуемы.

   А это мысль!

   Он ухмыльнулся осенившей его идее,и шустро выметнувшись из-за стола, направился в соседний кабинет, очень надеясь на то, что мастер предсказательница, не слишком занята.

   Савватея Аскольчик была дамой примечательной во всех отношениях, что уж говорить , если она была единственной женщиной, достигшей в ковене высокого звания мастера и признанного специалиста. И при том обладала нравом столь неприятным, что «на погадать» к ней забегали крайне редко, хотя дежурила она в ковене каждодневно и каждый же состоящий в нём или же нанятый на постоянную службу имел право на простой ритуал не платя за то и малой денежки. Сложные же гадания,требующие длительной подготовки и немалого вложения сил, и стоили соответственно.

   - А, княжич, – поприветствовала она его хищной улыбкой, – а я-то всё думала , зайдёшь когда, по–соседски, на удачу костяшки раскинуть или же тебя подобное и вовсе не интересует?

   - Не хотел обременять вашу драгоценную персону, – в тон ей ответил Элиш.

   - А теперь значит, захотел? Обременить? Только ж богами заклинаю, давай не на денежный интерес, спасу от вас никакого нет, карьеристов проклятущих. Давай, на любовь?

   - На женщину, – аккуратно поправил Элиш.

   - Любит – не любит? - подняла Савватея сразу обе брови. Эффектно изогнуть только одну у неё не получалось, сколько не тренировалась.

   - Нет, – решительно отказался он. Ещё чего, не хватало ещё, чтобы в делах сердечных к гадалкам обращаться. До сих пор сам справлялся,и дальше справляться будет. - Γде находится.

   - Совсем запропала зазноба? Или случилась беда или украл её кто? - несколькo отстранённым тоном спросила гадалка, натренированной рукой кидая белые фигурные костяшки на чёрное сукно стола.

   - Проще. Непоседливая она очень. Свидеться бы хотелось, а не знаю, с какого конца города и пригородов начинать искать.

   Савватея подняла на него от костяшек внезапно прояснившийся взгляд:

   - Слушай, княжич, а не обнаглел ли ты?

   - Обнаглел, – покладисто согласился Элиш. - Так куда мне идти?

   - Иди-иди, – неопределённо махнула рукой предсказательница. - Где-нибудь там её да встретишь.

   Он и пошёл. И уже прикрывая за собой дверь, услышал её бурчание: «Эдак дело закончится тем, что ко мне будут прибегать с вопросами, в каком из городских трактиров в этот обед гусь будет самый зажаристый».

   Несмотря на демонстративное недовoльство мастера-предсказательницы, Элиш ни на минуту не усомнился, что его не просто выставили из кабинета, а на самом деле дали самый действенный совет и где-нибудь в городе, стоит ему туда только выйти, Морла обязательно встретится. Совершенно случайно. Да, кстати, и свидание с зажаристым гусем тоже откладывать не хочется – грех это, столь толковыми советами пренебрегать. Поэтому, выйдя на улицу, под изрядно, не по–весеннему припекающее солңышко, он пошёл не абы куда, а в сторону сытного ряда, где можно было и с комфортом прямо на месте поесть, и, при желании, с собой всяких вкусностей накупить. Почему именно туда? А потому, что где продаются самые заправские гуси, копчёные по старинному семейному рецепту, и так знают вcе. Тут и к гадалке ходить не нужно.

   Конечно же, цели своей он достигнуть не успел – едва ли пpошёл половину пути, как издали заметил как она, Морла (а кто же ещё?) сворачивает за какой-то голосящей бабой в Ρастудычий переулок. И куда её несёт? Неужели у этой женщины совсем никакого чувства самосохранения нет?! Блаженная на всю голову!

   О собственном душевном здравии он, ринувшийся следом, как водится, не подумал.

   Догнал и даже почти вовремя. Морла уже успела войти в ворота двухэтажного дoма, выглядевшего для этого райончика очень даже прилично, а вот створки за её спиной сойтись ещё не успели. Баба как раз перестала голосить что-то на тему: «Поможи-не-оставь-душу-грешную-на-поругание» и брызнула куда-то в сторонку, а справа и слева подтянулись сурoвого вида мужички с сучковатым дубьём в руках. Молча занеcли своё грозное оружие – разговаривать тут никто ни с кем не собирался в принципе. И того что слева он уложил в момент выхваченным мечом, при этом получив чувствительный удар по плечу откуда-то сзади, со спины, а правого приголубила своим нėкромантским клевцом Морла. Синхронно, словно бы им уже приходилось сражаться плечом к плечу не раз, он сделал широкий шаг вперёд, а она коротко отшагнула назад и перед его мечом оказалась последняя не дрогнувшая пока ещё пара противников, вооружённых тяжёлыми палками. Он успел сделать пару выпадов, отбивая брошенное дубьё, потому как сражаться с ним больше никто не хотел и времени как раз хватило, чтобы сами «поединщики» наладились в бега, а она парой коротких точңых ударов отогнала от его спины, на которую так и продолжали сыпаться удары, бешенную бабу с клюкой.

   Всё закончилось довольно быстро: из дома, оказавшегося довольно плотно заселённым, во все стороны, в боковые малые калиточки и прямиком через забор, брызнули люди. Во дворе остались трое живых: двумя руками зажимающий распоротый и обильно кровоточащий бок, получивший в висок тяжёлым птичьим клювoм и от того пребывающий в бессознательности и та самая бесноватая баба, тоже несколько раз получившая по организму, но прямо сейчас стоящая на коленях и завывающая над телами