Лина произнесла что-то еще, но я уже не слышал. Сознание уплывало, унося меня в спасительную темноту.

* * *

Палата была маленькой. Белые стены, белый потолок, белое казенное белье. Единственное окно выходило во внутренний двор больницы, и сквозь него пробивался тусклый, пасмурный свет — обычный питерский день.

Я лежал, глядя в потолок, и чувствовал, как ноет вывихнутое плечо. Врач сказал, что повезло — просто вывих, перелома и разрывов связок нет. Вправили, зафиксировали, велели лежать неделю. А еще общая слабость, магическое истощение, переутомление… Список можно было продолжать бесконечно.

Впрочем, я не жаловался. Отдохнуть и в самом деле хотелось.

— Лежишь, герой?

Я повернул голову. В дверях стояла Катя. С пакетом в руках.

— Заходи, — улыбнулся я.

Она вошла, поставила пакет на тумбочку, присела на край кровати.

— Привет. Как ты?

— Жить буду, — ответил я. — Плечо болит, слабость, но в целом — терпимо.

— Доктор сказал, неделю минимум подержит тебя тут, — Катя покачала головой.

— День отлежался. Еще два — и хватит.

— А вот своевольничать не советую! Тут очень хорошие доктора. Слушай их рекомендации. — Катя пристально посмотрела на меня, вдруг очень серьезно сказала: — Ты спас Архив. Всех нас.

Я промолчал. Не хотелось думать о том, что могло бы быть, если бы мы с Линой и Алиной не успели бы.

— Что там сейчас? — спросил я.

— День не было, а уже опять в Архив тянет? Скучаешь? — улыбнулась девушка.

— Просто интересно, что происходит после… происшествия.

Катя вздохнула, устраиваясь поудобнее.

— В Архиве сейчас не протолкнуться. Императорская стража по всем коридорам. Серьезные ребята, все в черном, с автоматами. Никого не подпускают к западному крылу.

— Расследование?

— Идет полным ходом. — Катя понизила голос. — Все пытаются понять, что случилось. Как открылся портал, почему сработал «Щит», кто его активировал… работают эксперты, криминалисты… и маги…

— Маги? — переспросил я.

Впрочем, а что еще я ожидал?

Катя кивнула.

— Зарен руководит расследованием, — тихо сказала она. — Лично. Все-таки магическое происшествие. Их вотчина.

— Зарен… — эхом повторил я.

— Да. Он приехал через час после того, как все закончилось. Оцепил западное крыло, допросил Лыткина, Костю… Костя, кстати, чуть в обморок не свалился, но он держится. Сказал, что ничего не знает, просто услышал шум и побежал смотреть.

— А Алина?

— В порядке. — Катя улыбнулась. — Она сейчас в Архиве, делает вид, что работает. Я ей передам привет от тебя.

— Хорошо.

— Ой, что же я сижу то? — Катя оживилась, начала выгружать содержимое пакета. — Вот. Яблоки, апельсины, бананы… Принесла тебе витамины. И вот, — она протянула мне мобильник. — На всякий случай. Если что — звони.

Я взял телефон.

— Спасибо.

— Ты молодец, Алексей. Правда.

Она вдруг наклонилась и поцеловала меня в губы. Легко, быстро, но так, что у меня сердце пропустило удар.

А потом отстранилась, встала.

— Выздоравливай, — сказала она. — Я зайду завтра.

И вышла, оставив меня с фруктами, телефоном и бешено колотящимся сердцем.

Я смотрел на закрытую дверь и улыбался.

— Ну, спасибо, — прошептал я.

Я глянул посмотрел на дверь, за которой только что скрылась Катя, и почувствовал, как улыбка медленно сползает с лица.

Кристалл.

Он остался у тех тварей. Последнее, что я видел перед тем, как схлопнулся портал — Вожак, стоящий на пороге своего мира, с Кристаллом в щупальце. Он унес его с собой, обратно в ту зараженную реальность, откуда пришла его армия.

А значит, Кристалл все еще у них.

Я закрыл глаза, и перед внутренним взором снова встала та картина: бесконечные ряды существ.

— Вернутся, — прошептал я в тишину. — Они обязательно вернутся…

Я был в этом уверен. Кристалл — не просто артефакт. Это ключ. Маяк. Портал. Пока он в руках разумных существ из другого мира, они будут пытаться открыть дорогу снова. У них было время изучить его, понять, как им пользоваться. Вожак уже научился черпать из него силу, уже использовал его, чтобы вести свою армию.

В следующий раз они будут подготовлены лучше. Найдут способ обойти «Щит» или уничтожить его до того, как мы успеем активировать. И тогда — все. Архив падет.

Мы только отсрочили. Не победили.

В груди разрасталась холодная, липкая пустота. Не та, магическая, что помогала в бою, а обычная, человеческая — от бессилия перед тем, что надвигалось.

Прорыв.

Огромный, хорошо организованный, с армией наготове по ту сторону. Не спонтанное расслоение, неслучайная трещина в реальности. Атака. Кто мог такое организовать? И кому она выгодна?

Тем тварям? Да. Но не стоит ли за тварями кто-то еще?

Например… Зарен.

Имя всплыло в голове само собой, и я не стал его отгонять. Мысль была дикой, но порой даже в самой безумной идее может скрываться зерно истины.

Дикие эксперименты в Фонде Ноль с Кристаллом, с той безумной установкой, которая чуть не разорвала реальность на части. Иметь Кристалл как элемент власти вполне себе неплохо. А целую армию монстров, у которых есть этот Кристалл — еще лучше.

Что если предположить — пусть и на долю мгновения, просто как самую безумную и дурную идею, — что Зарену вся эта тема с порталом выгодна? Только вот какая?

Император умирает. Скоро трон опустеет, и начнется борьба за трон. У Зарена есть союзники, но есть и враги. Если он сможет использовать армию из другого мира как свой личный кулак, никто не посмеет встать у него на пути. Но с другой стороны не факт, что эта армия будет послушная воле архимага. Скорей всего он должен это понимать.

Я закрыл глаза, пытаясь унять пульсирующую боль в висках.

Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.

Но одно я знал точно: Зарену верить нельзя. И если он действительно стоит за этим вторжением, то мы имеем дело не просто с честолюбивым магом, а с человеком, готовым уничтожить целый мир ради своей выгоды.

Дверь скрипнула.

Я повернул голову, ожидая увидеть медсестру или, может, вернувшуюся Катю.

На пороге стоял мужчина. Средних лет, в строгом темном костюме, с цепким, внимательным взглядом. Темно-синим взглядом.

— Не спите, Алексей? — спросил вошедший негромко.

— Не сплю. Проходите, — невесело улыбнулся я. — Чем могу быть полезен Тайной Канцелярии?

— Я думал, вы и сами догадаетесь! — ответил Бергер,