— Костя, давай диагностику, — скомандовала Сарычева, хотя я прекрасно знал, что она уже сделала это парой минут ранее, а сейчас просто проверяет меня.

И всё равно, нужно переступить через свою гордость и стараться изо всех сил, потому как в этом и заключается один из главных принципов обучения.

— Сотрясение мозга, ушиб мягких тканей головы и повреждение левой руки. Видимо, при падении женщина приземлилась на неё.

— Какой характер повреждения? — потребовала более точного диагноза целительница.

— Секунду, — отозвался я. Мне требовалось ещё несколько секунд для того, чтобы поставить точный диагноз. Лучше потратить больше времени, чем допустить ошибку. — Я вижу трещину в лучевой кости. Ничего серьёзного, мы укрепим структуру кости, обезболим и снимем воспаление, чтобы избежать отёчности. Но завтра придётся снова наведаться к целителю, чтобы продлить эффект.

Я не стал говорить, что достаточно посетить целителя в поликлинике. Учитывая статус пациентки, вряд ли она будет ждать приёма у целителя. Скорее, обратится в частный кабинет, или даже клинику. Вообще удивительно, что с такими возможностями женщина не направилась к ним сразу.

— Костя, молодец! Достойный приём, — похвалила меня Сарычева. — Буду понемногу привлекать тебя к работе с такими пациентами. Как раз будешь набираться опыта.

— Нина Владимировна, что вы мне всё время то стариков, то девчонок подсылали, когда у вас вон какой симпатичный мальчишка работает? — оживилась Тамара Васильевна и принялась прихорашиваться.

— Парень ещё только младший целитель, ему нужно много практиковаться, пусть он и талантлив не по годам, — с нажимом произнесла Сарычева, взглядом указывая мне на дверь.

— Костенька, а вы женаты? — продолжала Добровольская свой опрос, лишая меня возможности незаметно ретироваться.

— Нет, но у меня есть девушка. Планируем свадьбу в следующем году.

— Эх, какая жалость! Всех красавчиков разобрали. Жаль, не в том я возрасте, чтобы молодым фору давать. Но вы хороший целитель и очень обходительный молодой человек. Если соберётесь делать предложение своей даме сердца, в моём свадебном салоне я сделаю вам хорошую скидку.

— Благодарю, буду иметь в виду.

Какое там предложение? Мы только начали общаться с Лерой, и о свадьбе даже думать пока рано, но судя по поведению Тамары Васильевны, лучше не искушать судьбу и делать вид, что я уже чуть ли не завтра документы несу на регистрацию брака. Так будет спокойнее и мне, и ей.

Когда мы вышли из палаты, Сарычева пообещала, что завтра Добровольской займётся Николай Юрьевич, а мне «пока рано» работать с такими пациентами. Но к следующему аристократу идти мне пришлось самому, потому как Нину Владимировну ждали в операционной.

Пациентом, расположившимся во второй индивидуальной палате, был молодой человек лет двадцати пяти. Я отметил, что он всего на пару лет старше, а может, и вовсе мой ровесник. Дмитрий Александрович Ляпунов. Да, люди его возраста нечасто становятся пациентами нашего отделения. Даже интересно, что его привело в больницу, ведь у многих аристократов есть свои целители, которые решают большинство проблем со здоровьем.

Заметив белый халат, он заметно приободрился, но через пару мгновений скис. Что, ожидал увидеть умудрённого сединами старца, или симпатичную целительницу? В любом случае, он сейчас в таком положении, что целителя не выбирают.

— Простите, а где господин Радимов? — поинтересовался парень.

— К сожалению, Егор Алексеевич находится на реабилитации после серьёзной травмы. Расскажите мне о цели визита, и я решу вашу проблему.

— А никого более опытного нет? — поинтересовался парень, бросив на меня недоверчивый взгляд.

— Если хотите, можете подождать несколько часов, пока старшие целители завершат операцию. Но что-то мне подсказывает, что у вас случай, не терпящий отлагательства.

— С чего вы так решили? Думаете, если я благородного происхождения, то не умею ждать? Спешу вас уведомить, что терпение — это одна из благодетелей, которой учат в элитных гимназиях.

— Я так решил, потому как вижу укус на вашей руке. Судя по его характеру, животное явно не домашнее, и могло быть заразно.

Чтобы заметить ранку, оставленную двумя острыми клыками, не требовалось целительского зрения, достаточно одного взгляда на повреждённую руку. Рана уже покраснела и заметно припухла, мне даже показалось, что началось нагноение. Очевидно, что парень не торопился с визитом к целителю, и обратился за помощью только когда рана начала пульсировать и болеть.

— Нетопырь, — произнёс парень, заметно нахмурившись.

— Ситуация… — протянул я, запуская внутреннее зрение. Проблема куда серьёзнее, чем могла показаться на первый взгляд, потому как в слюне нетопыря могла оказаться какая угодно зараза.

А вот, собственно, и она! Вместе попавшей в рану гнилью, крылатая бестия наградила пациента вирусом бешенства.

— Где же вы нашли летучую мышь в середине зимы? — ухмыльнулся я.

— Я осматривал старинный особняк, который приобрёл на днях. Вот там, на крыше, оказалась целая свора летучих мышей. Они мирно спали, но я имел несчастье по неосторожности разбудить их. Одна из них оставила на моей руке этот след.

— Придётся сделать укол. Чем быстрее мы введём вакцину от бешенства, тем будет лучше, — начал я, но Ляпунов меня перебил.

— Тогда она перестанет кровоточить? — с надеждой в голосе произнёс парень.

Вот в чём причина! Он не столько переживал из-за боли и отёчности, сколько из-за кровотечения.

— Слюна нетопыря обладает особым свойством, препятствуя свёртываемости крови, — в памяти удачно всплыла полезная информация. Спасибо, прежний Константин! — Эти существа чаще всего питаются кровью крупных животных, а особые вещества в слюне помогают ране долго не заживать. Сейчас я введу вакцину, а затем приведу рану в порядок.

Весь приём занял всего двадцать минут, но жизнь нерадивого исследователя заброшенных чердаков была спасена.

— Будьте осторожны, исследуя свой особняк. Кто знает, какие ещё опасные секреты он скрывает?

— Благодарю, — сдержанно ответил Дмитрий, но потом заметно заволновался. — Господин целитель, вы мне нужны! Завтра я дерусь на дуэли, а у меня до сих пор нет целителя. Вы просто обязаны мне помочь!

— Так ведь дуэли запрещены законом, — удивился я, не желая вляпаться в какую-нибудь дурно пахнущую историю.

— Запрещены без участия секундантов и целителей. И потом, дуэлянтам позволяется драться или стреляться лишь до первой крови. Как по мне, нелепое ограничение. Хотя бы дали уложить обидчика на лопатки, или лицом в грязь, чтобы он сполна искупил нанесённую обиду, но закон есть закон.

— Я подумаю над вашим предложением и сообщу в кратчайшие