свой выстрел был воспринят как слабость, и этим решили воспользоваться.

— Дмитрий Александрович, Платон Трескунов принимает ваш вызов, — официальным тоном заявил Никита. — Предлагаю сторонам примириться, но если это дело принципа, выбирайте оружие и место проведения дуэли.

— Здесь и сейчас, — произнёс Ляпунов, явно желая покончить с этим.

Дуэлянты стали спиной к спине и разошлись в стороны, отсчитав положенные тридцать шагов. Я успел лишь обезболить жуткую рану собаки и остановить кровь. Пытаться извлекать пулю не было смысла — она прошла навылет. К счастью для собаки, жизненно важные органы не были задеты, но операцию нужно провести в ближайшее время. Если бы не вторая дуэль к ряду, я бы постарался стабилизировать состояние пушистого храбреца до тех пор, пока он не доберётся до ветеринарной больницы. Пусть его приводят в порядок те, кто на этом собаку съел. Точнее, специалисты по лечению животных.

— Поворачиваемся! — скомандовал Ершов, оба дуэлянта повернулись лицом друг к другу и одновременно подняли руки с оружием.

Пуля, выпущенная из пистолета Трескунова, зацепила плечо Дмитрия, заставив его пошатнуться. Своё попадание Платон отметил радостным возгласом, но Ляпунов твёрдо решил закончить начатое, выпрямился и выстрелил.

Пуля угодила в лицо Трескунову, разорвала щёку и выбила несколько зубов. Парень завизжал от боли и упал в снег, закрыв лицо руками. Пока я обрабатывал рану на плече Дмитрия, Мокроусов возился с Платоном, пытаясь хоть немного облегчить его боль.

— Дмитрий Александрович, вам нужно быть сдержаннее, — принялся я отчитывать бретёра. — Из-за вашей вспыльчивости страдаете не только вы, но и те, кто вам дорог.

— Близкие принимают меня таким, каков я есть, — отмахнулся парень. — Если они готовы идти за мной, значит, поддерживают во всём. Иначе пусть уходят прочь. Насильно никого держать подле себя не стану.

Рана Ляпунова не представляла опасности. Просто разорванная кожа, немного задеты мышцы. Обезболить, очистить рану, срастить, снять воспаление и готово. Справившись со своей задачей, я отправился на помощь Мокроусову, который всё ещё возился с Трескуновым.

— Тут потребуется операция, — покачал головой Артём. — Лицевые мышцы повреждены, выбиты зубы. Если ничего не сделать, лицо может перекосить, а со временем появятся проблемы с прикусом, дыханием, износятся суставы нижней челюсти… В общем, нужно показать его отцу.

Обратно мы возвращались все вместе. Благородные мирно болтали друг с другом, усиленно делая вид, что между ними нет никаких противоречий. Разве что Платону было не до разговоров. Пришлось помогать вести его до машины, припаркованной у дороги.

— Константин Юрьевич, я дважды ваш должник, — произнёс Дмитрий, пожимая мне руку. — Сначала вы оказали мне честь, присутствуя на дуэли в качестве целителя, а потом ещё и спасли моего пса.

— Тогда уж трижды, — заметил Мокроусов. — Дуэли ведь было две.

— Не забывайтесь, Артём Петрович, — сурово произнёс Ляпунов и повернулся ко мне. — Если вам понадобится моя помощь, дайте знать.

Однажды один аристократ уже обещал мне помощь, и не подвёл. Участие Брюсова в моём переходе вполне могло стать решающим. Если в этом мире есть возможность заручиться поддержкой благородных, то почему бы и нет? Правда, я не совсем понимаю какой мне толк от помощи Ляпунова, которому и самому не помешала бы чья-то помощь.

Глава 10

Вещий остров

Новый год принёс массу работы. Практически все места для пациентов в палатах были заняты, а потому к концу смены мы были, словно выжатые лимоны.

— Представляете, а у кого-то ещё хватает сил вести частную практику, — заявил Тарасов.

Заведование отделением давалось Николаю Юрьевичу нелегко. За пару недель отсутствия Радимова старший целитель заметно осунулся и похудел. Шутка что ли — вести свои смены, а потом заменять заведующего? Тем более, Тарасову частенько приходилось подключаться к работе на ночных сменах.

— Вы как хотите, а я так больше не могу, — признался старший целитель через пару недель. — Ещё немного, и вам придётся искать не только временно исполняющего обязанности заведующего отделением, но и старшего целителя.

В этой ситуации Удалова проявила навыки настоящего лидера и лично заменяла Тарасова на нескольких дежурствах, позволяя тому хоть немного собраться с силами. Но главной целительнице часто приходилось отсутствовать в больнице, посещая мероприятия в городе и даже в Москве, поэтому помощь Ольги Алексеевны не особо спасала ситуацию. Даже мне пару раз пришлось поработать на выходном, чтобы немного разгрузить третью бригаду. При этом я не забывал о своей основной работе.

После обхода мы собрались в ординаторской, чтобы распланировать операции и процедуры, но в наши планы вмешалась Михайловна.

— Первая бригада, у нас новый пациент! — заявила дежурная медсестра.

Мы поспешили в седьмую палату, где разместили нового пациента.

— Панкратов Михаил Петрович, сорок два года. Жалобы на боль в желудке, изжогу, потерю аппетита, — зачитала Сарычева информацию, полученную в приёмном отделении. — Младшие целители, диагностика!

— Язва желудка, вызванная инфекцией, — первой доложила Паршина.

— Почему раньше не обращались за помощью? — поинтересовалась у пациента Нина Владимировна.

— Я сам лечился, помогало, — ответил мужчина. — Пил отвар берёзовой коры, и боль уходила.

— Вот и ответ на вопрос, почему не было своевременного обращения, — подхватил я. — Вот только берёзовая кора не давала полного решения проблемы, она лишь останавливала развитие инфекции, вводя заболевание в состояние ремиссии. Но сейчас наступил период обострения, вызванный приёмом обезболивающих лекарств. А эти самые лекарства наш пациент принимал из-за артроза коленных суставов. Одна проблема потянула за собой другую.

Старшая целительница смотрела на меня так, словно мы были в школе, а я был её лучшим учеником, сдающим экзамен комиссии на «отлично». Хорошо, хоть не стала выделять мой ответ, не хватало нам ещё проблем в коллективе.

— Видите, как быстро наши целители выяснили причину всех ваших бед? — развела руками Сарычева. — А если бы обратились к нам раньше, могли не усугублять проблему. Теперь придётся лечить вашу язву стационарно. Что касается артроза, мы проведём процедуры, но после выписки вам следует записаться на приём в поликлинику, где вы сможете закончить лечение. Пожалуйста, не думайте, что временное облегчение означает полное выздоровление. Часто наши пациенты бросают лечиться, как только боль отступает. Но это в корне неверно. Нужно долечиться до конца. Ваши попытки самостоятельно помочь себе похвальны, но не особо спасают.

Не успели мы выйти из палаты, как завезли ещё одного пациента.

—