Дошла до края тайги — стоит нарта брата, а его нет нигде. Брат, видно, домой шел, медведь его встретил. Сестра подумала: «Где искать брата?»

Вечером себе котомку сделала. Всю ночь не спала. Утром, только светло стало, на улицу вышла.

Лыжу взяла, бросила к вершине реки. Лыжа катиться не стала, перевернулась. «Туда дороги мне нет», — подумала сестра. Лыжу на низ бросила к устью. Туда лыжа покатилась. «Вот куда идти надо!» Маченкат на лыжи, выдренным мехом подбитые, встала, по тому пути, куда лыжа покатилась, пошла.

Долго ли, коротко ли шла — вечерняя пора подходит, дрова заготовлять время настало. Ночевать надо.

Маченкат пней гнилых натаскала. Для растопки пень березовый сломить надо. Сломила пень — из-под него лягушка выскочила.

— Какая беда! — лягушка закричала. — Ты мой дом сломала. Хочешь меня заморозить?

Девушка ей говорит:

— Сломала — поправлю, я ведь не знала, что ты тут живешь.

— Давай вместе ночевать, — говорит лягушка, — сестрами будем. Я костер разведу, котелок вскипячу, ужин приготовлю.

Занялась лягушка делом: гнилушки сыплет в котел. Девушка говорит:

— Не будем гнилушки есть. Мясо сварим. У меня запас есть.

Согласилась лягушка:

— Давай мясо есть.

Сварили ужин, поели. Легли спать.

Утром лягушка говорит:

— Давай поменяемся на время одеждой и лыжами.

Девушка лягушкины лыжи-голицы надела, шубу дырявую надела, а лягушка ее лыжи, мехом подбитые, и шубу взяла.

Пошла девушка в гору, а лыжи назад катятся. Никогда она не ходила на лыжах-голицах — падает. Насилу догнала лягушку.

Лягушка радуется:

— Ой-ей-ей! Какие лыжи у тебя! Под гору сами катятся, в гору сами идут!

Маченкат говорит:

— Ох, какие худые у тебя лыжи! На гору не могла влезть на них.

Тут они снова поменялись одеждой и лыжами. Лягушка свою дырявую шубу надела, а девушка — соболиную шубку.

Лягушка говорит:

— Ты, девушка, для подружки ничего не жалеешь. Срок придет — отплачу тебе.

Сварили они обед. Поели. Пошли своим путем.

Долго ли, коротко ли шли, слышат, где-то лес рубят. Они ближе подходят. Видят, люди город большой строят.

Лягушка сказала девушке:

— Сейчас нас женихи встретят. С золотыми подвязками мой жених будет, с ременными подвязками — твой жених.

Девушка лягушке отвечает:

— Что ты, сестричка, говоришь? В незнакомый город пришли, какие здесь женихи нам с тобой?

К берегу подходят, а два парня — навстречу к ним, одного звать Кана, другого — Колькет.

Кана — человек умелый был, знает все и все может сделать. Девушка смотрит на Кана. На нем золотые подвязки. Кана к лягушке подошел, поклонился ей, на плечо руку положил, и тут она в девицу-красавицу превратилась.

Колькет подошел к Маченкат, поклонился ей. Глаза голубые улыбаются, кудри вьются кольцами.

Колькет девушку Маченкат за руки стал брать:

— Я давно тебя ждал.

Она руку отдернула:

— Что ты! Никто меня сроду за руки не водил. Сама я сюда пришла, и на гору сама тоже пойду.

Колькет все-таки помог на гору взойти. Им люди навстречу вышли, много народу.

Утром стали свадьбы готовить, столы поставили. Весь народ на праздник собрали. Пир был большой.

Долго ли, коротко ли жили — снег растаял. С реки лед унесло.

Маченкат говорит Колькету:

— Надо съездить на родную сторону, брата родного поискать.

Собрались Колькет с женой и Кана со своей женой. Сделали лодку крытую. На родину Маченкат поехали по реке.

Кана говорит:

— Все равно найдем его. Пока своего не добьемся — искать будем.

Много ли, мало ли ехали, вдруг увидели они — несет по реке щепки свежие. Подумали: «Кто щепки нарубил?»

Еще немного проехали, увидали — на вершине кедра сидят маленькие медвежата, делят кедровые шишки. Слышат — спорят медвежата. Большой говорит:

— Я свои шишки тете отдам.

А маленький говорит:

— А я дяде отдам.

Потом с кедра скатились на землю, к берегу подбежали, об землю ударились — ребятишками стали. Закричали:

— Дядя! Тетя! Нас в лодку посадите.

Кана говорит:

— Однако нашли мы твоего брата, Маченкат.

Посадили ребят в лодку, поехали дальше. Вот старший говорит:

— Тетя, мать сильно рассердилась, когда услыхала, что ты едешь. Отец не сердится. Он дома вас будет встречать, а мать медведицей обернулась. Ты только не бойся, подходи.

Увидели они дом на берегу — брат Маченкат у входа их встретил. Обрадовался, всех в гости позвал.

Вскоре в избу вошла медведица. Маченкат вынула шелку большой кусок, медведице поклонилась:

— Прости меня, — сказала и шелком накрыла ее.

Медведица на улицу вышла. Стряхнула с себя шкуру — женщиной стала.

В избу вошла, словами не рассказать — какая красавица. От волос и бровей будто серебро сыплется. Тут они помирились, поцеловались.

Смотрит Маченкат: у жены брата одна щека обожжена. Догадалась Маченкат, говорит ей:

— Разве я бросила бы золу в тебя, если бы знала? Брат наказывал: бурундучок придет — накорми, сорока прилетит — накорми. А ты не бурундучком, не сорокой — медведицей пришла.

Брат сказал ей тут:

— Есть в тайге закон: кто другом в гости придет, всегда хорошо встречай! На дружбе мир держится.

Тут начался у них пир. Сухари из мяса были, оленина была, сало лосиное было.

Долго пировали.

Береста, брусника и уголек

В одном чуме жили трое — береста, ягода брусника и горящий уголь. Они занимались охотой, но для этого у каждого из них было свое время. Уголь охотился только в ясные, ведренные дни; береста выходила из чума лишь в сырую, ненастную пору; брусника не боялась ни дождливых, ни солнечных дней.

Жили-жили они вместе и заспорили между собой. Заспорили о том, сколько кто из них проживет.

— Я буду жить долго-долго, — сказал уголь. — Я никогда не погасну. Я огонь, и меня все боятся.

— Нет, уголь, ты скоро умрешь, — сказала береста. — Я крепче тебя и брусники. Я переживу вас обоих.

— Нет, береста, ты меня не переживешь, — сказала брусника. — Я никогда не умру. Я не боюсь того, чего боитесь вы с углем-

Поспорили и притихли. Настал солнечный день. Уголь и брусника ушли на охоту, береста осталась в чуме, чтобы дождаться дождливой поры.

Уголь ушел далеко в лес. Вдруг на небе собралась черная туча.

Уголь испугался и побежал в чум. Но из тучи хлынул дождь и залил уголь.

Брусника вернулась с охоты и говорит бересте:

— Уголь-то пропал. Тоже хвалился!

Дождь лил и на другой день. Береста поглядела на небо и сказала:

— Дождя я не боюсь, пойду на охоту.

— И я не боюсь, — сказала брусника. — Я тоже пойду с тобой.

Пошли. Ушли далеко