class="p1">— А ну-ка, всевидящий-всеслышащий, скажи, что стало с ним и солнцевой дочерью.

— Наш бегун чуть не поймал солнцеву дочь. Теперь она далеко за озером — как нагнать ее?

Тогда сказали пьющему воду:

— Иди, выпей озеро!

Тот пошел, нагнулся и одним духом осушил озеро. Быстроногий кинулся и поймал солнцеву дочь.

Пустились все с солнцевой дочерью в обратный путь.

Приехали к месту, где встретили пьющего воду. Первый человек сказал ему.

— Хорошо ты помог мне. Оставайся здесь. Будь хозяином воды! Выпусти двух рыб, которых проглотил, — пусть от них пойдут другие рыбы. Будет у людей еда.

Поехали дальше — приехали к месту, где встретили поднимающего пургу. Первый человек сказал ему:

— Хорошо ты помог мне! Оставайся здесь, будь хозяином пурги и снега! Людей не губи.

Поехали дальше — приехали к месту, где между горами сидел силач. Первый человек сказал ему:

— Хорошо ты помог мне, оставайся жить и будь хозяином гор. Владей горными зверями и посылай их людям на пользу.

Поехали дальше — приехали к месту, где встретились с бегуном. Первый человек сказал ему:

— Хорошо ты помог мне. Оставайся здесь. Будь хозяином диких оленей — корми людей.

Поехали дальше. Приехали к месту, где встретили лучника. Первый человек сказал ему:

— Хорошо ты помог мне. Оставайся здесь, будь хозяином — помогай охотникам!

Поехали дальше, приехали к месту, где встретился первый человек с всевидящим-всеслышащим. Человек сказал ему:

— Хорошо ты помог мне. Оставайся здесь. Будь хозяином-дари детям хорошее зрение и тонкий слух.

Поехал дальше человек с солнцевой дочерью, привез ее на свою землю, и стали они жить вместе.

С тех пор солнце светит и от солнечных лучей вся земля получает жизнь.

Как утка принесла землю

Давно земля была. Реки, озера были. Нгангодя утка и гагара ноана плавали. Землю вода закрыла. Даже высокие хребты закрыла.

Утка и гагара не знают, где сесть: земли нет.

Утка сказала:

— Гагара, землю ищи под водой. Как жить без земли? Землю найди и принеси.

— Ну ладно, я пойду вниз.

Нырнула. Три дня ее нет. Потом выплыла — брюхом вверх, мертвая.

Утка нырнула, и семь дней ее нет. Вынырнула, в клюве немного травы, мху и тальника принесла.

Сказала утка:

— Я землю вверх подняла — вода вниз уйдет. На земле жить будет можно.

Тепло

Жила птичка дямаку. Она голодала и мерзла даже летом-

Летит она и видит чум. В нем старик кует железо.

Села она на чум, спрашивает:

— Дедушка, ты замерз?

Старик оглянулся:

— Кто это там? Если человек — заходи.

— Я не человек, а птица. Вижу — тебе тоже плохо живется: и холодно и нечего есть. Скуй мне железные крылья, клюв железный и лапки. Есть на небе семь сестер. У семи сестер — семь мешков. И в этих мешках — облака: они тепло дают. Я возьму у них один мешок, когда они будут спать.

Старик сковал птичке железные крылья, клюв и лапки. И птичка полетела на юг.

Летит, летит и видит: впереди облако, как скамеечка, и на нем сидят семь девушек и около них семь мешков.

Птичка говорит:

— Пусть девушки, все семь, уснут крепким сном.

Как только она сказала, старшая сестра говорит:

— Сестры, как мне спать хочется!

И все остальные говорят:

— И мне тоже! И мне тоже!

И все уснули.

Птичка подлетела и у младшей сестры взяла мешок и развязала. Из мешка покатились разные облака. А птичка полетела назад к старику.

Прилетела, видит — старик в одной рубашке ходит вокруг чума. Спрашивает птичка:

— Ну, что, дедушка, тепло?

— Тепло. Молодец!

Так теплую погоду птичка дямаку принесла.

Селькупские сказки

Хозяйка огня

авным-давно это было. Жили люди на стойбище. В четырех чумах жили.

Однажды все мужчины пошли в лес на промысел. В чумах только женщины да дети остались. Так жили одни они три дня. На третий день вечером одна женщина вышла из чума, дров нарубила, еду варить собралась. Вернулась с дровами в чум, подбросила дров в очаг, сама с ребенком села к огню и стала его грудью кормить. Огонь горит, трещит, мать сына греет. Вдруг искорка взвилась из костра и упала на ребенка, обожгла его. Ребенок заплакал. Мать вскочила, ругает огонь:

— Что ты делаешь? Я тебя кормлю дровами, а ты моего ребенка обжег. Не будет тебе дров. Изрублю тебя топором, залью, затушу!

Ребенка в люльку положила, топор взяла, огонь рубить стала. Котел с водой взяла, в огонь вылила.

Огонь больше не горел. Темно, холодно стало в чуме. Ребенок заплакал от холода.

Опомнилась мать. Скорее опять огонь разжигать стала. Старается, раздувает, никак разжечь не может — ни искорки не осталось. А сын все кричит.

Мать подумала: «Сбегаю я к соседу в чум, возьму огня, разожгу». Побежала в соседний чум. Только дверь в тот чум отворила — огонь потух. Вошла в чум — огня уже совсем в очаге нет. Женщины старались разжечь огонь, но все напрасно — ни искорки не осталось.

Мать на улицу выбежала, в другой чум побежала. Едва дверь приотворила — и тут огонь в очаге погас. Она и в чум не зашла. Дверь закрыла, в другой чум побежала. Так же, едва дверь чуть-чуть открыла, — огонь потух.

Обратно в свой чум побежала. В стороне от стойбища видит еще чум, там огонь горит. Туда побежала, в чум вошла. Только за дверь шагнула — огонь стал фыркать, задымил и потух. Стали ее ругать:

— Едва вошла ты, огонь погас. В своем очаге уж не обидела ли ты огонь, лягушка ты этакая?

Плачет женщина. Во всем стойбище нет огня. Никто разжечь не может. Темно, холодно.

— Пойдем к тебе, я посмотрю, что ты наделала, — сказала хозяйка-бабушка.

Женщина повела ее к себе. Пришли, в темном, холодном чуме сын ее плачет-заливается.

Бабушка стала огонь разводить. Старалась-старалась — ничего не выходит. Встала на колени, на очаг смотрит — темно. И вот видит, едва заметная, сидит старуха. И говорит бабушке:

— Что ты стараешься? Меня сильно обидели!

Бабушка спросила:

— Как тебя обидели, я ведь не знаю, что тут случилось?

— Глаза мои водой залила, лицо железом рубила. Бабушка сильно рассердилась, а потом сказала: — Огня-пламени хозяйка, не сердись, дай огонь! Молчит хозяйка огня. Долго