с туалетом, с вместительной ванной — Ирена чуть было не сняла. Но из соседней квартиры высунулась старушка в гризетовом капоре мышиного цвета, смерила Ирену презрительным взглядом и громогласно объявила:

— Ты погляди. Только одна курва съехала — тут же другая объявилась. Ты мне смотри, — старушка ткнула в Ирену желтым узловатым пальцем. — Будешь мужиков водить — дверью не грюкай, позорница! Бах-бах, бах-бах, бах-бах. Спать невозможно, — старуха зевнула, перекрестила дряблый беззубый рот, и отступила в темноту коридора. — Совершенно спать невозможно. Бах-бах, бах-бах, бах-бах…

К предпоследнему объявлению в своем невеликом списке Ирена приехала уже на закате. Здание ей понравилось сразу — солидный двухэтажный дом с эркерами и чугунными балкончиками, с ажурной лепниной вдоль карниза. Домовладелец, пан Клатка, толкнув массивную дубовую дверь, любезно пропустил Ирену вперед.

— Вот, пожалуйста. Не стесняйтесь, осматривайтесь. Задавайте любые вопросы, я постараюсь ответить.

Ирена, не сходя с места, медленно обернулась. Помещение было просторным, с большими, в рост человека окнами. Вдоль стен тянулись какие-то полки, а темный прямоугольник на светлых обоях намекал, что когда-то здесь стоял шкаф.

— Кто раньше арендовал комнату? — наученная горьким опытом, поинтересовалась она.

— Врач-стоматолог, пан Йонжик. Он переехал ближе к центру, на угол Резницкой и Леймана. Снимал около пяти лет, был совершенно доволен. Если хотите, я поищу точный адрес. Можете завтра съездить, побеседовать с паном Йонжиком лично.

— Возможно, позже, — вежливо отклонила предложение Ирена. — Давайте сначала все осмотрим.

Она прошлась по комнате, ощупала все рамы, потопала каблуками в пол, прислушиваясь, не гуляют ли доски. Оглянулась, прикидывая, куда можно поставить стол, куда — кресла для посетителей, а куда — книжную горку.

Потому что на клиентов следует производить солидное впечатление. А что может быть солиднее, чем профессиональная литература?

— Пойдемте в жилые покои, — пан Клатка указал на узкую белую дверь. За ней тянулся такой же узкий коридор, упиравшийся в большое окно. С правой стороны от окна размещалась спальня — небольшая, но светлая, оклеенная новыми полосатыми обоями. С левой стороны, прямо напротив спальни, обнаружилась ванная комната — с умывальником, чугунной ванной и унитазом.

— А здесь можно разместить кухню, — распахнул следующую дверь пан Клатка. — Раньше здесь была ординаторская… Правильно же? Так называют подсобное помещение врачи?

— Кажется, да, — неуверенно кивнула Ирена.

— Умывальник, как видите, имеется. Тут можно поставить стол, тут — другой, вот здесь и для холодильного шкафа место найдется. Плиты, правда, нет — но зачем вам плита, если в подвале котельная? Примуса, думаю, будет достаточно. Пан Йонжек вообще не готовил, больше по столовым да по кухмистерским ходил. Но ваш муж вряд ли на такое согласится, правда?

— Какой муж? — вежливо удивилась Ирена.

— Эм-м-м… Простите, не понял, — не менее вежливо удивился пан Клатка. — Вы ведь для мужа помещение подыскиваете?

— Я? Нет. Я планирую открыть собственное дело.

Какое именно дело она планирует открыть, Ирена благоразумно предупреждать не стала. Очень уж характерно изменилось у пана Клатки лицо.

— Собственное? Вы? Но вы же… — домовладелец пожевал губами, подыскивая самую любезную формулировку. — Вы ведь… женщина.

— Я в курсе, — терпеливо кивнула Ирена. — И что?

— Я не могу сдавать помещение женщине. К тому же незамужней женщине, — пан Клатка покосился на указательный палец Ирены — возмутительно лишенный кольца.

— Почему? Я совершеннолетняя, дееспособная, подписывать документы имею право. Денег достаточно, порядок гарантирую.

Ирена уже понимала, что дальше переговоры не пойдут. Но квартира была просто идеальная! В хорошем месте, по разумной цене. Было до чертиков обидно упускать такой вариант только потому, что у домовладельца вместо головы жопа.

— Да-да, я все понимаю. Уверен, вы в состоянии оплатить аренду. Но… извините, я заключаю сделки только с мужчинами. Извините, что отнял у вас время, — пан Клатка с достоинством выпрямился, оправил пиджак на несуществующей талии. — Если бы вы сразу сказали, что подыскиваете помещение для себя, я отказал бы вам сразу. Еще раз прошу прощения, — склонился он в любезном поклоне. — Не беспокойтесь, я оплачу эту поездку и сопровожу вас до дома. Раз уж недоразумение произошло по моей вине…

Сам он никакой вины за собой не видел, это было понятно по раздраженно поджатым узким губам. Но вежливость не позволяла просто хлопнуть дверью и уйти, оставив даму одну на темной улице.

Мысль в голове вспыхнула с яркостью маяка.

Ирена примирительно улыбнулась, шагнула вперед и мягко коснулась руки пана Клатки.

— Нет-нет, ну что вы. Вина только моя. Я действительно неправильно изложила условия аренды. Помещение я снимаю для себя. Но у меня есть деловой партнер. Мужчина. Если хотите, договор подпишет он — на тех же, разумеется, условиях.

— Партнер? Мужчина? Ой, что же вы сразу не сказали, — расплылся в улыбке пан Клатка. — В этом случае никаких проблем! Конечно, мы можем подписать договор. Прошу прощения за недоверие. В моем положении это, поверьте, естественно, — он посторонился, выпуская Ирену из комнаты, и двинулся следом, тяжело сопя за спиной. — Был один раз случай… крайне, крайне неприятный. Случай, повлекший за собой значительные расходы и большой ущерб репутации. С тех пор я работаю только с мужчинами. Вы ведь не обиделись?

— Ну что вы. Нисколько — лучезарно улыбнулась Ирена. — Пожалуйста, придержите для нас это помещение. Я завтра обговорю с партнером все детали и назначу вам время встречи. Скажем, телеграммой — по тому же адресу, где мы встретились.

— Конечно-конечно. Буду премного благодарен, — прижал котелок к груди домовладелец. — Еще раз приношу свои извинения. Жду вашу телеграмму!

Приблизительно 30 м. кв.

Глава 8

Шалуны галлы все порывались cherchez la femme. В чем-то их можно понять. Нормального мужика найти намного сложнее. Ирена в который раз перечитала список знакомых мужчин. Мартин слишком осторожный, не захочет ввязываться в авантюру. Гжегож, наоборот, чересчур любопытный. Такого тронь, ссаной тряпкой потом не отмашешься. Рышард с гнильцой. Как бы не попытался свой кусок с бизнеса урвать — раз уж там его фамилия указана.

Северин пытается ухаживать, этот вариант еще хуже, чем Гжегож. Иржи сплетник. Беззлобный, просто выдумщик — но такого про детективное агентство нарассказывает, что клиентов потом днем с огнем не найдешь.

Можно жениха Агнешки попросить… Но там и без того все горит и полыхает. Как бы потом крайней не оказаться — когда помолвка все-таки развалится.

Отец точно откажет. И не просто откажет — категорически запретит.

Пан Цысек? Может, и не откажет, но очень обидится. Он ведь Ирене предложил не просто какое-то там место — а место, на котором видел свою дочь. Искренне, от всей души. А она, соплячка неблагодарная…