– А где наследный принц?

Не было еще одного… Только кого?

Чжи Хань обернулся к Сунь Юаню.

– А ты почему не спрашиваешь?

– О ком?

– Нет еще господина Лэйчэна. Вы вроде всю дорогу были близки…

– О, он тоже пропал? Действительно. Его нет уже несколько дней…

Лэйчэн, увы, был последним, о ком все вспомнили.

Чжи Хань занервничал как никогда прежде.

– Давайте проверим комнаты.

Подчиненные послушно вытащили мечи из ножен, осторожно открывая дверь за дверью. Вскоре со стороны сада послышался крик стражника Ведомства:

– Они здесь!

Все мигом бросились в сторону звука в надежде, что пропавшие окажутся именно там. Не мог же наместник действительно похитить столь важных гостей прямо под носом у Ведомства наказаний? А если он это сделал, то какой в его действиях был смысл?

Юнь Шэнли и Сунь Юань прибежали первыми. На земле у пруда лежали пять стражников Ведомства и две служанки наследного принца.

Сунь Юань опустился на колени и судорожно принялся проверять пульс у каждого.

– Они живы, но, похоже, их усыпили!

Юнь Шэнли ничего не ответил. Его пальцы крепко впились в меч, настолько, что заскрипела кожа на рукояти. Как же глава Ведомства мечтал точно так же сжать руки на шее наместника…

К ним подбежал задыхающийся Чжи Хань:

– Восточная часть пуста, глава Юнь, возможно… – Чжи Хань замолк, увидев кучу усыпленных людей. Их людей. – Что они сделали?! А Ся Ваньба?! Наследный принц?! Если что-то случится, мы же последуем на тот свет за ним! Я еще слишком молод, чтобы умирать!

– Замолчи! – Юнь Шэнли и сам понимал, что они оказались в отчаянном положении. Они недооценили того, кто на первый взгляд выглядел всего лишь мелкой провинциальной сошкой. Если наместник узнал, что его так называемый брат – это наследный принц Великой Ся, то, возможно, он захотел этим самым похищением начать шантажировать императора, но даже для самого Юнь Шэнли подобные объяснения звучали слишком притянутыми за уши – вряд ли у Су Чжаня найдется многотысячная вооруженная армия, которая сможет дать отпор императорской. – Найдем сначала советника Луна. Пусть объяснится.

Они быстро обнаружили Лун Жуя, еще и там, где точно не ожидали увидеть его после случившегося. Советник сидел в ямэне и, завидев нежданных гостей, с улыбкой поднялся, чтобы их встретить. Даже не пытался сбежать.

– Глава Ведомства наказаний?

Сунь Юань было начал возмущаться, но Юнь Шэнли прервал его коротким:

– Подожди. – После же взглянул на Лун Жуя. – Советник ничего не хочет нам рассказать? Где сейчас наместник Су?

– Он весь день должен быть в своей резиденции. Разве его там нет?

– Да? А почему тогда, если наместник Су должен быть там, резиденция пуста и все наши люди пропали?! – Чжи Хань не выдержал и выпалил это, краснея от ярости.

– Вы похитили наследного принца, и не говорите, что не знали этого. Так стремитесь умереть раньше времени?

Глаза советника округлились от удивления. Его, как чиновника, часто обвиняли во всем подряд, начиная с повышения цен буквально на фэнь и заканчивая плохой погодой, но чтобы к нему пришли с такой претензией… Это что-то новенькое.

Юнь Шэнли махнул рукой, и советника мигом скрутили и грубо поставили на колени.

– Глава Юнь… Как императорский наследник мог оказаться здесь и, тем более, когда я успел похитить его? – Советник, кажется, стал понимать, чего желает глава Ведомства. – А-а-а, вы так решили снять меня с должности? Это из-за того, что я не позвал вас выпить вместе со мной и господином Яо? – Он рассмеялся, но никто его не поддержал. Все были так взволнованы и напуганы, что даже на вроде бы спокойном лице Юнь Шэнли то и дело проскальзывал страх.

Поняв, что, похоже, тут дело в другом, советник выругался:

– Наследный принц? Так тот вечно недовольный господин – Его Высочество?! Ха, Су Чжань точно попал! Надо же!

– Попал? Разве вы не думаете только о себе?

– Разве все, кто состоит в связи с преступником, виновны?

– А разве нет?

– Глава Юнь, если бы я похитил наследного принца, стал бы я просто так оставаться на своем месте?

– Мне все равно на ваши попытки оправдать себя. Мне нужно лишь одно: где сейчас Су Чжань.

– Я не знаю, – тут же посерьезнел советник. Видимо, он сам начал переживать и осознавать, что натворил наместник Су. – Отпустите меня, и я помогу вам найти его. У них слишком очевидные планы.

– У них? – спросил помощник главы.

– Верно. Су Чжань не тот, кто посмел бы похитить человека под носом у вас. Не додумался бы. Его явно направляет кто-то другой.

Если отпустить его, то, возможно, под присмотром он поможет им найти пропавших, но он также может повести их по ложному следу. Юнь Шэнли попытался отставить в сторону прежнюю неприязнь к этому человеку, понимая, что другого выхода нет.

– Освободите его. Не дайте обмануть себя. – Подойдя ближе, он наклонился. – Если мы не найдем их к вечеру, я повешу на тебя всю вину и заставлю своего мастера пыток каждый день отрезать от твоей кожи по кусочку. И скармливать тебе прямо там же, в темнице моего Ведомства.

Советник сглотнул, уже представив себе, как мучительна смерть от заражения и гниения плоти. Он точно не хотел испытывать это на себе!

– Зовите городскую стражу, будем обыскивать все храмы! – хрипло крикнул он, отдавая приказ.

* * *

Сырой воздух пронизывал холодом до самых костей, и тело ощущалось бесполезным тяжелым мешком. Яо Линь начал медленно приходить в себя. Он с трудом открыл глаза и сразу же ощутил, как тугая веревка оплетает его, сковывая движения.

Он огляделся вокруг. Похоже, его притащили в очередной храм, которых в округе было великое множество. Только нынешний выглядел совсем старым и заброшенным. Все вокруг покрывала паутина и грязь, дышать было тяжело, и тут в его поле зрения оказался знакомый ему человек. Тетушка Гу.

Его провели! Какая-то служанка наместника подсунула ему снотворное, и его смогли похитить! Какой же позор!

– Наконец-то ты проснулся! – недовольный и звонкий голос, очевидно, принадлежал наследному принцу.

Яо Линь обернулся и увидел связанное толстыми веревками худое тело Ся Ваньба. К удивлению, он очнулся быстрее старшего и уже успел всем надоесть – если бы Яо Линь не пришел в себя, то принца либо снова напоили бы снотворным, либо же ударили бы посильнее, чтобы вырубился и не мешал.

Кто еще мог в подобной ситуации строить недовольные рожи и требовать от окружающих повиновения, если не Ся Ваньба? Такое чувство, словно он вообще не понимает, что