— Ну уж нет. Не хочу потом эвакуировать его из ближайшего кювета.

— Не надо ссориться, — просит Полина. — Просто оставайтесь с Тимуром у нас с ночёвкой. Места всем хватит! Правда же, мам?

Люда растерянно переводит взгляд с Полины на Павла, а с Павла на меня.

— Хм… — задумчиво тянет она. — Да, думаю, хватит.

— Ты сейчас серьёзно? — недоумевает Павел.

— А есть какие-то другие варианты?

— Отлично! Просто прекрасно! — нервничает он, начиная расхаживать взад и вперёд по тесному пространству кухни. — Олечка будет в восторге.

Павел достаёт телефон и, на ходу набирая что-то на экране, скрывается за дверью.

— Чур Рыжик спит у меня! — счастливо хохочет Полинка, подхватывая котёнка на руки.

— Хорошо, но только у себя на лежанке.

— Ну, мам! — канючит Полинка.

— Нет, Поля. Никакой кровати, пока не сводим его к ветеринару.

— Ладно, — нехотя соглашается Поля, но тут же с энтузиазмом хватается за следующую идею: — Пойду приготовлю нам место!

Люда с улыбкой провожает дочь взглядом до детской, а когда та исчезает из поля видимости, обессиленно падает на кухонный диванчик.

— Какой длинный-длинный день… — вздыхает она.

— Зато не скучно, — шучу я, чувствуя себя при этом крайне неловко. Словно впервые пошёл на свидание с девушкой и не знаю, ни как себя вести, ни что говорить.

Впрочем, это не так уж и далеко от истины. Таких сложных девушек и таких безумных «несвиданий» у меня ещё не было.

— Добро пожаловать в мой мир! — пихнув меня плечом, усмехается Люда.

Павел возвращается после телефонного разговора с Олечкой, и, судя по его хмурому выражению лица, беседа была крайне напряжённой.

— Где я могу лечь? — коротко спрашивает он.

— Да прямо здесь, — Люда хлопает рукой по кухонному диванчику.

— О Боже! — Павел прикладывает ладонь к лицу, но больше ничего не говорит. Похоже, этот день доконал и его.

Выдав Павлу комплект постельного белья с одеялом, Люда ведёт меня в другую комнату.

— А здесь будем спать мы, — робко сообщает она, кивая на большую двуспальную кровать.

Жар бросается в лицо, по телу проносится щекотная волна мурашек.

— Ты уверена? — неожиданно хрипло спрашиваю я.

— Или здесь, или на матрасе в кухне.

— Продано! — смеюсь я, поднимая руки вверх. — Но сразу предупреждаю: во сне я за себя не ручаюсь.

— Я тоже… — загадочно усмехается Люда, доставая из комода пижаму.

— А ещё я сплю голышом.

— Даже не думай, — предупреждает она, перед тем как уйти в ванную и уложить Полинку спать.

Затем в ванную иду я, а когда возвращаюсь, в комнате уже темно. Найдя кровать практически на ощупь, я ныряю под своё одеяло.

Люда лежит на другом краю кровати, но мне кажется, что я всё равно ощущаю тепло её тела рядом. Сердце стучит как сумасшедшее. Темнота обостряет все чувства.

— Спишь? — шепчу я.

— Нет, — также тихо отзывается она.

— Хочешь, мы немного пошумим? — играю я бровями, будто она может это увидеть. — Для вида, конечно.

— Заманчиво, — заговорщически хихикает Люда. — Но… нет, не хочу. Кажется, мне это больше не нужно, — легко признаётся она.

— Почему? — спрашиваю, зачем-то затаив дыхание.

— Просто я поняла: мне больше не интересно, что обо мне думает бывший муж.

— Вот и хорошо, — поддерживаю я.

Одеяло рядом шуршит, будто кто-то переворачивается с боку на бок.

— Расскажи о себе? — внезапно просит Люда.

И я говорю. Правда, рассказ получается не таким уж и долгим.

А потом Люда говорит о себе, о своей яркой карьере в мире большого спорта, о браке с Павлом, о дочке, о переезде сюда и даже о страхе высоты.

В какой-то момент её голова оказывается на моей груди. Это происходит естественно и незаметно. Даже мысли не возникает, что что-то идёт не так.

— Прости, — вскидывает она голову, но попытки отодвинуться не предпринимает. — Понимаю, тебе это не очень интересно, но, похоже, мне надо было выговориться. Сама не думала, что столько держу в себе.

Мне безумно льстит её доверие и одновременно ужасно щемит в груди от услышанного. Не думал, что меня настолько может тронуть чужая боль.

Клянусь, я в шаге от того, чтобы прямо сейчас пойти на кухню и дать в морду этому моральному уроду, который по какой-то нелепой кармической ошибке когда-то стал её мужем и отцом Полинки.

Кстати, об этом.

Не хочу нагнетать, но всё равно пересказываю Люде то, что услышал в кафе. Предупреждён, значит, вооружён, верно?

Однако она не выглядит удивлённой.

— Чего-то подобного я и ожидала, — грустно хмыкает Люда. — Но Полинку ему всё равно не отдам, — воинственно заявляет она, широко зевая.

— И не надо. Я всё улажу, — сонно обещаю я.

Пока не знаю, как именно, но обязательно улажу.

Глава 12

Людмила

Просыпаюсь от пронизывающего взгляда. Знаете, как это бывает? Буквально кожей ощущаешь пристальное внимание. Но страха или беспокойства совершенно не чувствую. В коконе одеяла так уютно!

Резко открываю глаза и поворачиваю голову, чтобы убедиться: это Тимур смотрит. Его вид заставляет меня мелко потряхивать от хихиканья.

— Когда ты мне ответила, что во сне тоже за себя не ручаешься, я не подозревал, к чему это приведёт, — наигранно сурово замечает мой сосед по кровати, хмуря брови.

— Ничего не знаю, я предупреждала!

— Мне чуть в глаз локтем не прилетело, когда я попробовал укрыться.

Улыбаюсь, но чем дольше рассматриваю мужчину, тем менее смешно мне становится. Сажусь и нервно приглаживаю волосы, стараясь не думать о своём внешнем виде.

— Извини, я давно ни с кем не делила постель. Привыкла ворочаться…

Моё одеяло ожидаемо сползло на пол, а я во сне стянула чужое. Тимур лежит на своей половине кровати, заложив руки за голову и согнув одну ногу в колене. Но его тело… Сглатываю, любуясь рельефным красивым торсом и плоским животом, с убегающей вниз тёмной полоской волос. Когда он успел раздеться? Неужели в темноте не заметила, в каком виде он лёг в кровать?

— Кхм… А ты обещал не спать голым, — тихо замечаю.

— Милая, голым я выгляжу не так, — Тимур нагло заводит большой палец за резинку белых боксеров всемирно известного бренда и немного приподнимает её. — Показать?

Меня бросает в жар от горячего голодного взгляда, от серьёзности ситуации, которая сквозит за шуткой. Кажется, открывшись друг другу ночью душами, мы проложили дорожку к более близкому знакомству. Я словно зависла, загипнотизированная маленьким кусочком ткани, под которым всё уже более чем готово к продолжению.

— Если ты и дальше будешь смотреть таким взглядом, я точно решусь продемонстрировать тебе утреннюю физиологию мужского организма, — Тимур отпускает резинку, хлопая по коже.

— Пф-ф-ф…