у него уже деревьев бонсай и сколько у него уходит на их содержание сил и времени. — Зануда! — вставил Костя комментарий. — И вот одно плохо! Не везет ему, такому правильному и идеальному, с женщинами. — Ничего удивительного! — опять прилетел комментарий от Орчанского. — А итогом этого монолога, мои редкие “угу” и “да что ты?” не считаются, стала фраза: “Это всё ты виновата!” — закончила Влада. — Что?? Почему это?? — Костя удивленно уставился на жену. — Ну вот и я это же самое спросила и ровно с таким же удивлением, — она хмыкнула. — Оказывается, он всех со мной сравнивает, и они все не я! — Какая неожиданность! Действительно, не ты! — Орчанский расхохотался. — Ну а чего ж этот твой зануда хотел? Ты у нас одна-единственная. Да и то уже — давно моя! — Твоя, — подтвердила улыбнувшись. — Так и что ты ему на это сказала? — Посоветовала внимательнее вокруг посмотреть. Вдруг найдет похожую. — И он на эти твои слова обиделся? — переспросил недоверчиво. — Нет, не на эти, — призналась со вздохом и замолчала, потупив глазки, как нашкодивший котенок. — Та-а-ак! — Костя, увидев скромно замолчавшую жену, начал хитро улыбаться. — Неужели по мордасам съездила бывшему одноклассничку? — Съездила. Прям там, в ресторане, — призналась со вздохом. — Расскажешь? — мужчина уже не сдерживал улыбку. — Артем, не стесняясь, вывалил мне предложение жить вместе. Причем сделал это в своей манере. — Что-то мне это уже не нравится! — буркнул Костя, улыбка мгновенно сползла с его лица. — Но ты продолжай, продолжай. — “Ты, говорит, теперь у нас разведенка с прицепом. Лучше партию, чем я, не найдешь! Можешь даже не искать! Знаешь, сколько таких, как ты, сидит на сайтах знакомств? А я знаю!” — Сам, что ли, там же сидит? — хмыкнул Костя. — Да. И даже бравировал этим, — подтвердила Влада и продолжила рассказывать: “Если, говорит, ты сомневаешься в том, смогу ли я тебя удовлетворить в постели, то говорю честно — смогу. Я изучал технику соблазнения и удовлетворения женщин и могу долго не кончать. Так что как любовник я лучший”. — Какое самомнение у мужика, а! — Да, с самомнением у Артёма всегда было всё в порядке, — подтвердила Влада, кивнув. — Ну и закончил он свою речь словами: “Предлагаю не тянуть больше время и сейчас сразу проехать к тебе. Уверен, что тебе, как женщине, которая много лет была замужем за одним мужчиной, будет проще расслабиться в своей постели. Ну а мне, как твоему новому любовнику, будет проще тебя удовлетворить”. — Говоришь, у тебя есть его личный телефон, да? — Костя спросил это максимально нейтрально, однако Владу его тон не обманул. — Ну, собственно, на этом наш ужин и прервался, — Влада хмыкнула. — Влепила ему пощечину, кинула на стол деньги за свой ужин, встала из-за стола и ушла. — Моя девочка! — Орчанский довольно улыбнулся. — Откуда ж я знала, что его в наш район переведут! И первое, что он сделает на новом месте — это придет к нам, в наш магазин, с проверкой! — Ну насчет проверки ты можешь не переживать. Иваныч отписался, что там самый минимум нарушений. Впрочем, зная нашего опытного в этих делах управляющего, я вот ни разу не удивлен. Минимальным штрафом отделаемся. К тому же там и правда ничего серьезного не было, — Костя отмахнулся легко. — А вот как мужчина с мужчиной я с этим твоим одноклассничком всё-таки поговорю. Техники он, понимаете ли, изучал. Ну-ну… — Кость, не марайся! Этот злобный карлик получил своё. У меня рука тяжелая. — А почему, кстати, ты его так зовешь? — сделал вид, что согласился, Орчанский. — Потому что по своей сути он и есть маленький и злобный человечишка. Ой, да ну его к чертовой бабушке! Давай лучше Натэлле позвоним и обрадуем нашу бабушку. А то ты ж её знаешь, они со Славиком нам ещё что-нибудь придумают, не ровен час. — А ты думаешь, это с её благословения наш сын рванул в побег на автобусе? — переспросил недоверчиво. — Уверена! О чем-то они там с ней шептались утром перед школой. Вот наверняка же эту поездку на автобусе и планировали. Конспираторы. — Что старый, что малый, — вздохнул с улыбкой Костя. — Да, давай позвоним.

Эпилог

Канун Нового года. Спустя год. — Влада, детка, если ты сей же час не присядешь отдохнуть, то, клянусь моим золотым портсигаром, я сейчас же звоню Косте и говорю ему, что тебе плохо, и надо в больницу! Я могу, ты меня знаешь! И поверит он мне, а не тебе! — Натэлла достала из кармана легких брюк свой телефон, продемонстрировала его и замерла, сурово глядя на жену внука. — Ты знаешь, как твой муж… Как все мы боимся за тебя, так что извини, детка, но я это сделаю. — Натэлла Романовна… Ба, я только дорежу еще зелени к мясу, и всё! Честное слово! — Влада попробовала применить запрещенный прием, обратившись к бабке своего мужа не по имени отчеству, а вот так, по-родственному. — Детка, я жду! — прием не сработал. Не так просто было разжалобить строгого профессора. Влада это знала, но попробовать стоило. — Ты садишься на диван, подкладываешь под спину вон ту специальную подушечку и закидываешь ноги на пуфик. Ты думаешь, я совсем старая и не вижу, как они у тебя опухли из-за этой беготни? Или, думаешь, я не вижу, как ты украдкой потираешь поясницу?? Тебе ещё два месяца ходить! Влада вздохнула и покорно пошла к дивану. Натэлла проследила за ней, удовлетворенно кивнула и убрала гаджет в карман, буркнув ворчливо: — Как будто кроме тебя некому больше в этом доме зелень дорезать! Да, ноги опухли, Натэлла права. И да, поясницу от беготни потягивало. До родов еще два месяца, но ей уже тяжело ходить. Всё тяжело. Всё-таки совсем уж поздние роды будут. Да и вес лишний Влада с этой беременностью набрала. Много. Целых двадцать кило. Как только она поняла, что беременна, не раздумывала… они с Костей не раздумывали ни минуты. — Рожаем! — выдохнули одновременно. Опасаясь за ребенка и его здоровье, она сдала анализы — всё-таки возраст, да и Костино заболевание заставляли их волноваться. Как оказалось, зря — доченька, а у них получилось зачать принцессу, была здорова. Влада проковыляла к дивану, аккуратно села, повозилась, устраивая ту самую подушечку под поясницу, и, скинув балетки с опухших ног, с наслаждением закинула их на пуфик. И ровно в этот момент в дом вошел муж. Да, вот уже полгода, как их семья переехала жить за город, на свежий воздух, поближе к природе. — Влада, что? Плохо себя