Она качает головой и плачет, когда воющий комплект кладут ей на руки.

— У нее чудесный голос. Она такая сильная. — И она снова плачет, ее лицо озаряется неподдельной радостью. Теперь я понимаю — когда родился наш Роллан, моя пара не могла слышать. Она говорит, что в большинстве случаев не возражала, но ей хотелось услышать о рождении нашего сына. Это было одной из причин, по которой она решила восстановить слух, когда приземлился инопланетный корабль.

Я наклоняюсь ближе и запечатлеваю поцелуй на лбу моей пары.

— Ты все сделала отлично, любимая.

— Ш-ш-ш, — шепчет она, лаская личико малышки и поднося комплект к груди, предлагая ей сосок. Взгляд моей пары снова встречается с моим, и она слегка качает головой в удивлении. — Это девочка, как ты и говорил.

— Я знаю. — Я улыбаюсь ей. — Я всегда знаю.

— Точно так же, как ты знал, что будешь здесь при ее рождении, — говорит Ле-ла полным удивления голосом.

— Это потому, что мы с тобой одно целое, ты и я. Мой кхай всегда узнает, когда я тебе понадоблюсь, — говорю я своей паре и крепко прижимаю ее к себе, пока она нянчит нашу дочь.

Глава 8

БЕК

Я глажу Эл-ли по спине, пока она дремлет, полураспластавшись на мне. Она измучена, моя пара, после многих-многих раундов нашего совокупления. Мой голод по ней еще не совсем утолен, но я рад расслабиться с ней, чувствуя, как ее спящее тело прижимается к моему. Это мое любимое место, где моя пара лежит на подушке рядом со мной, разделяя мое тепло, а ее обнаженное тело я могу гладить на досуге. Я касаюсь ее руки, затем провожу пальцами по нежной линии ее позвоночника, заново изучая ее тело после стольких дней и ночей разлуки. Моя пара цепляется за меня даже во сне, ее рука запуталась в моей гриве, как будто она боится, что я исчезну, а когда она проснется, все это окажется сном. Мне знакомо это чувство, и я борюсь с ним сам. Поэтому я просто продолжаю прикасаться к ней и гладить ее нежную кожу, пока она спит. На это потребуется время. А до тех пор мы будем проводить вместе каждое мгновение бодрствования и каждый миг сна, свернувшись калачиком и…

Я поднимаю взгляд, удивленный тем, что вижу. Поверх мехов свисает пучок растений. Осматривая хижину, я замечаю, что с тех пор, как я был здесь в последний раз, здесь многое изменилось. В одном углу стоит печальное, поникшее дерево, увешанное гирляндами, а под ним — кожаные свертки. Между пучками растений висят гирлянды разноцветных семян, а возле двери стоит большая корзина, из которой, похоже, торчат стебли храку — лакомства, которое так любят люди.

Это… странно.

Моя пара крепче вцепилась в мою гриву, и она заскулила, затем резко проснулась, широко раскрыв глаза. Она на мгновение моргнула, а затем с облегчением прижалась ко мне спиной.

— Мне снилось, что тебя не было, — шепчет она, лаская мою грудь. — Я так рада, что ты здесь.

— Я никогда больше не покину тебя, моя пара. Я серьезно. — Я крепко прижимаю ее к себе. — Я счастлив рядом с тобой. Но… тебе придется рассказать мне, почему в углу нашей хижины стоит засохшее дерево.

Она хихикает, закрыв глаза и прижимаясь ко мне.

— Я украсила дом.

— К празднику?

Я чувствую, как она кивает мне на грудь.

— Я подумала, что, если ты не вернешься домой вовремя, я просто подожду, и мы отпразднуем, когда ты придешь. — Ее пальцы скользят по моему животу. — Я приготовила тебе подарки, но не все они будут готовы.

И снова я восхищен нежностью моей пары.

— Ты приготовила подарки для меня?

— Конечно. — Она садится и мягко улыбается мне. — Ты единственный человек, с которым я хочу провести праздник.

Я самый счастливый мужчина на свете.

— Я тоже принес тебе кое-что из мелочей. Правда, я не подумал принести тебе растения. — Я указываю на сводчатую крышу нашей хижины. — Мне следовало принести тебе немного, чтобы показать, что я забочусь о тебе.

Она водит кончиком пальца по моему пупку.

— Только между нами, я не совсем уверена, что понимаю, что значит «без яда».

— Это в обмен на поцелуи. Разве люди не так поступают? Я всегда думал, что это странный обычай, но люди совершают много странных поступков.

— Если ты хочешь поцеловать меня, тебе нужно только попросить, — шепчет Эл-ли. — Никаких подарков, никаких листьев, никаких деревьев не нужно.

— Я буду целовать тебя каждый день и каждую ночь, — заявляю я ей. — Но я все равно буду дарить тебе подарки без яда. Это то, что мы делаем, чтобы показать, что нам не все равно.

— Делай, что хочешь, — легко говорит моя пара, наклоняясь и касаясь губами моей обнаженной груди. — Называй это как хочешь. Без яда, Рождество… неважно, что это будет, главное, чтобы мы были вместе.

В этом мы оба согласны.

Глава 9

Лиз

— Это потому, что мы беременны, не так ли? Вот почему нас оставили. Тебе не нужно мне врать. Я знаю, что со мной тяжело быть рядом в хорошие дни. Я уверена, что у меня, страдающей гормональным дисбалансом, нет друзей, — говорю я Харлоу, когда мы сидим в моей палатке на скалах, ожидая возвращения охотников. В последнее время большая часть охот занимает гораздо больше времени, чем обычно, потому что здесь так много новичков, которых нужно вводить в курс дела. Островное племя не знакомы со снегом и холодом, а человеческие женщины привыкли охотиться только на снегу. Что касается парней-инопланетян, то… Я не уверена, что этих рыжих близнецов не уронили на голову в детстве, потому что они, похоже, ни черта не смыслят в выживании. Но я не могу судить.

О, подождите, да, я могу. Вот кто я такая.

Харлоу просто мило улыбается мне и помешивает рагу на огне.

— Тебе просто грустно, что ты не можешь пойти с ними.

— Ну, да, — отвечаю я, фыркнув. — Прокатиться на драконе? Звучит чертовски круто. И быть дома вовремя, чтобы отпраздновать с моими девочками День Без яда? Я бы точно согласилась на это. Вместо этого я остаюсь здесь и присматриваю за детьми. Круто. — Я издаю печальный звук тромбона и похлопываю себя по округлившемуся животу. — Я даже не могу пойти на охоту с Рáхошем из-за этой штуки. Осталось всего миллион месяцев. Ух ты.

Харлоу хихикает и качает головой, возвращаясь на свое место. Она крупнее меня, и ее движения гораздо более неуклюжие.