Кастер выглядел искренне брезгливым в её кабинете. Но я уже ошиблась один раз — с Сашей.

Или он просто использовал её, как использовал Лину?

Я медленно выдохнула, разжимая пальцы.

Кастер явно скрывает свои истинные мотивы.

Но одно я знала точно: он явно чего-то испугался, раз резко изменил мнение. Или чего-то сильно хочет.

И это… странным образом, успокаивало. Потому что это значит, что у меня есть рычаг.

А значит, игра в «мужа» и «жену» ещё не окончена?

И что делать мне делать?

Я обернулась. Кастера уже не было, а на задних рядах зала маялась от нетерпения Ника.

Ладно, с проблемами будем разбираться по мере их поступления.

А сначала — таверна. Мне нужна крепость, дом, опора. И, возможно, немного горячего чая, чтобы, наконец, перестать дрожать.

— Лина! Ура! Поздравляю, — заискивающе ловя мой отрешённый взгляд, очень неуверенно начала Ника, когда я подошла к ней. — Идём домой?

Я молча кивнула. Сестра передала мне Лилу, и мы двинулись к выходу из здания суда. Надеюсь, в этот раз я в таверну не прыгну сразу⁈

— После этого заседания я даже не знаю, стоит ли меня поздравлять, — мрачным голосом проговорила я, когда мы вышли из здания суда. — Вы что-нибудь знаете про белый цвет кристалла и «кару богов», о которой тут речь шла?

— Если честно, нет, — сестра покачала головой.

— А ты, Лилу? — спросила я фамильяра за пазухой.

— Про белый цвет кристалла мне неизвестно, а вот про кару богов немного, — ответила Лилу.

— Расскажи, пожалуйста, — попросила я фрофлита.

По улочкам города нас вела Ника, я даже не следила за дорогой, настолько погрузилась в рассказ Лилу.

— В семье Ричера есть предание об их предке Аэлионе Ричере и его возлюбленной — Нерессе, — начала говорить Лилу. — Они были истинной парой, но из-за козней одной ведьмы, одержимой любовью к Аэлиону, он предал Нерессу, женившись на этой ведьме, потому что поверил, что их связь с Нерессой поддельная. Семья Нерессы вступилась за честь дочери и напала на семью мужчины: в итоге это превратилось в кровную вражду. И боги наказали их, расколов их души.

— Что это значит? — нахмурилась я.

— Вот же ты нетерпеливая, хозяйка! — возмутилась Лилу. — Истинная пара получает особую метку богов. И так как они оба предали её, и никто не захотел выслушать и понять другого, каждая семья получила своё проклятье. Семья Ричера получила способность к созданию порталов, но это вовсе не дар. Потому что каждый раз проходя через портал, человек (или дракон, как Ричер) теряет часть души. Однако не пользоваться способностью нельзя, иначе это будет происходить хаотически и душа очень быстро истощится.

— То есть, — испуганно прошептала я, — то, что я переместилась вчера из здания в суда в таверну — и есть это проклятие⁈ А что будет, если душа истощится⁈

Глава 25

— Процесс разрушения души приводит к смерти, — серьёзным тоном продолжила рассказ Лилу. — Он непростой и для каждого человека уникальный, но все проходят определённые этапы. Согласно известной мне легенде, это происходит так: обман ради выгоды, обман из-за гордыни, обман из-за эгоизма, предательство близких и смерть от их руки.

— Звучит, как будто человек становится сволочью, — вставила Ника.

— Так и есть, — мрачно припечатала Лилу. — В конце пути человек становится одиноким, никому не нужным и обиженным на весь мир, хотя виноват во всём сам. Но потеря души — это потеря важных человеческих качеств, которая в итоге и губит этого про́клятого.

— Грустно. И они никак не пытались снять это проклятье? — спросила я.

— Семья Ричер ещё тогда, сто лет назад, в течение нескольких поколений пыталась обмануть судьбу и найти способ обойти проклятье, но всё было тщетно, — назидательно произнесла фамильяр. — В итоге одной из таких заварушек я и была запечатана в камень.

— Ты говорила, обе семьи получили проклятье. А род Нерессы как был наказан? — решила уточнить я.

— У обеих семей, кроме прочего, старшие дети погибали в возрасте Аэлиона и Нерессы — двадцать девять и двадцать один год, — после небольшой паузы ответила Лилу. — По легенде семьи Ричер, девы из семьи Хейз получали жутко склочный характер и были склонны к предательству, но на самом деле, это уже домыслы семьи Ричер, руководствуясь которыми они воспитывали своих детей. Ведь на самом деле члены обеих семей становились в итоге такими из-за кары богов.

— Откуда ты знаешь? — удивилась я.

— Потому что я фамильяр семьи Хейз изначально, — мрачно проговорила Лилу.

— ЧТО⁈ — мы с Никой обе подпрыгнули от неожиданности и остановились.

Благо мы были на людной улице и на нас особо не обратили внимания.

Я вытащила жабку из-за пазухи, и мы присели на ближайшую лавку.

— Как это ты фамильяр из той, второй, семьи? Лина же тебя у Ричера взяла⁈ — удивлённо прошептала я.

— Да, — с достоинством ответила Лилу. — Около ста лет назад моей хозяйкой была Аурелия Хейз, которая, вопреки запретам своего отца, влюбилась в Даттона Ричера, семья которого, конечно же, тоже была против такой невестки. Влюблённые врали семьям, чтобы скрыть отношения, но так заврались, что их поймали. Даттон из трусости, Аурелия по наивности выдали в итоге, что они хотят сбежать вместе друг с другом.

— Все мужики — трусливые сволочи и надменные козлы, — припечатала Ника.

Я не стала комментировать, хоть моё мнение схоже с сестрицей.

— Обе семьи устроили ловушку, отправив вместо возлюбленных отряды наёмников, — продолжила свой мрачный рассказ фамильяр. — По злой иронии или воле богов, кто знает, наёмники оказались членами дружественных банд, которые не стали убивать друг друга, а весьма недовольные вернулись к своим нанимателям, в очередной раз практически уничтожив каждую из семей. Так погибла моя хозяйка Аурелия, но когда недовольные бандиты пришли громить их дом, она успела отправить меня к своему возлюбленному Даттону с предупреждением. Так я оказалась в семье Ричер, но так как моя хозяйка умерла, я окаменела, и чем дело кончилось, я не знаю. Судя по тому, что Кастер носит фамилию Ричер, он вполне может быть потомком Даттона.

— Ничего себе… А почему ты снова пробудилась? —