Итак, он пользуется чужими чувствами и не находит это чем-то предосудительным. Пугает ли меня такая его черта? Не знаю... но определённо настораживает.

- Я нарушила ваши планы? - негромко уточняю.

- Ничто, происходящее в поместье, не может нарушить мои планы. Потому что здесь всё происходит только с моего прямого дозволения или молчаливого согласия, - произносит генерал, глядя на меня внимательным, я бы даже сказала, изучающим взглядом.

- Вчера, когда вы так открыто предлагали мне пересечь черту, вы предусматривали вариант, когда я воспользуюсь подаренным шансом? - задаю вопрос и, затаив дыхание, жду ответа.

- Предусматривал? - протягивает Итай, запрокинув подбородок и улыбнувшись, - Возможно, я даже желал этого, - отвечает он и вновь опускает на меня многозначительный взгляд. - Ты напугана?

Смотрю на него и пытаюсь разгадать смысл сказанного.

Предполагаю, если бы я пересекла черту, он бы начал пользоваться мной, как Уной, не особо заботясь о моих чувствах - поскольку полагал бы, что, воспользовавшись его состоянием, я поступила с ним точно также... Это логично. Пусть и слегка аморально... Но почему он говорит, что желал такого исхода?

Разве это выгодно для него - держать подле себя ещё одного человека, в котором он не уверен?!

В любом случае, такой вариант меня не устраивает...

Я предпочитаю знать, как и с какой целью меня используют - знать из первых уст!

Я могу быть полезна. И я хочу быть полезна... ему.

- Амай? - зовёт меня генерал, напоминая о своём вопросе.

- Нет, - отвечаю не сразу, качая головой, - я не напугана. Из ваших откровений я могу сделать один вывод - вы давали мне возможность избежать знаний о том, что грядёт.

- Ты знаешь - что грядёт? - совершенно серьёзно спрашивает у меня генерал.

- Я... могу лишь предположить, - осторожно отвечаю.

Его рассказ о матери натолкнул меня на мысли, высказывание вслух которых может стоить мне жизни - при неблагоприятных обстоятельствах... Потому пока что я не рискну углубляться в проблему.

- Но я точно знаю, - продолжаю более уверенно, - что мне в любом случае предстоит встретиться с вашей матушкой, однако, я могу сделать это в качестве вашего союзника, а могу - в качестве вашей ширмы.

- Ты в любом случае служишь моей ширмой - это ты должна понимать, - бесстрастно произносит генерал, вновь отдавая всё своё внимание чаю.

- Ширма может быть любимой. А может быть едва выносимой. От отношения к ней хозяина будет зависеть - как быстро она придёт в негодность, - произношу мелодично и медленно поднимаю на него взгляд.

Странное чувство посещает меня, когда наши глаза встречаются...

- Любимой?.. - протягивает Итай, и что-то в его лице меняется.

В любой другой ситуации я едва ли могла заметить эту перемену, но генерал будто хотел, чтобы она была мне видна...

- Мне надо подумать об этом, - словно самому себе говорит Итай и отставляет чашу на стол.

- Вы уходите, мой генерал? - заметив, что он поднимается на ноги, подрываюсь вслед за ним.

- Твоя мачеха прислала приглашение в гостевую комнату на постоялом дворе, где она остановилась с дочерью и племянницами. До этой встречи я должен успеть закончить все дела на службе, - отвечает Итай, направляясь к выходу из покоев.

- Господин, я не могу не спросить... - останавливаю его взволнованными словами, брошенными в спину.

- Мне кажется, для этого утра достаточно откровений, - не оборачиваясь, предостерегает он.

- Вы... имеете слабость, о которой я должна знать? - упрямо спрашиваю, и замираю, глядя на его высокую фигуру.

Если вчера он разыгрывал очередное представление, проверяя меня по всем фронтам, - это одно дело. А, если он отдался на волю случаю и предложил мне стать частью его ежедневного досуга... это совершенно другое.

- Я имею проблемы со сном, - отзывается Итай, повернув ко мне голову, но так и не обернувшись, - об этом ты уже давно знаешь.

Он не хочет отвечать?

Или таким ответом он предлагает мне сделать вывод самостоятельно?

- Пожалуйста, позвольте мне помочь вам этой ночью! Я смогу обеспечить вам сон без вина, - сжав кулаки под рукавами, произношу уверенно.

Генерал ничего не отвечает на мою просьбу. Но коротко кивает прежде, чем окончательно выйти из комнаты.

Воистину, он непостижим.

И теперь я даже не знаю, кто из них двоих с советником наиболее хитёр?..

Загадка.

***

Вэнь находит меня тем же утром, сидящей в беседке, когда последний проситель покидает задний двор поместья.

- Пришла весточка от капитана, - сосредоточенно произносит она.

Принимаю туго свернутую бумагу, раскрываю и погружаюсь в чтение.

- Наш товар разойдётся на ура в близлежащих округах: капитан нашёл несколько лавок, хозяева которых хоть со следующего месяца готовы вести с нами тесное сотрудничество! - сообщаю