очень подозрительно, если, едва заселившись в номер, я снова уйду среди ночи, да еще и с огромным чемоданом.

Нет, это нужно сделать в другую смену. И продумать план. Рядом океан; наверняка найдется немало укромных местечек, где можно выбросить тело в воду. Конечно, понадобится груз, чтобы чемодан пошел ко дну… Я задумалась, кусая ногти. Надо было там же, в «Уолмарте», купить гантели. Черт! Вот и первая оплошность.

Впрочем, тут же молнией сверкнула новая мысль. Я же в отеле! Здесь наверняка есть спортзал, а в спортзале полно гантелей и гирь любых размеров. Я бросила взгляд на дорожную сумку Стефани. Зайти с этой сумкой в спортзал, когда там никого не будет, набить гантелями, прикатить сюда и сунуть гантели в чемодан к ее телу. Вывезти отсюда чемодан можно будет в течение дня, или вечером, или даже завтра, когда закончится конференция, – только не сейчас. Главное, чтобы тело за это время не начало пахнуть. Можно обложить его льдом. Но для начала – запихнуть в чемодан.

Я вернулась к кровати и потянула Стефани на себя. Она оказалась чертовски тяжелой. Вроде не такая уж крупная, но до чего тяжелая! Пыхтя и кряхтя, я ворочала ее так и этак. Наконец, поставив раскрытый чемодан прямо у кровати, сумела перевалить Стефани туда: она упала с грохотом – оставалось лишь надеяться, что этот шум никого не разбудил. Дальше надо было упихать ее в чемодан, согнув руки и ноги. Она едва поместилась. Но я попробовала закрыть – и, к моему восторгу, чемодан закрылся! Отлично! Можно пройти с ним прямо через холл – никто не догадается, что там! Только вот что делать с запахом? Я снова взялась за телефон и погуглила: запах появляется «в течение двадцати четырех часов». В коридоре должен быть автомат со льдом. Обложу ее льдом на всякий случай. Хотя нет, нельзя класть лед просто так: он растает, чемодан сделается мокрым и начнет оставлять грязные следы. Нужны полиэтиленовые пакеты.

Оглядевшись вокруг, я не увидела ведерка для льда; зато в стенном шкафу, на пустой вешалке, нашелся большой пакет с надписью «СТИРКА». А в ванной была пара резинок для волос – резинкой можно перехватить горловину.

Выскользнув из номера в коридор с пакетом в руках, я огляделась в поисках автомата со льдом. Однако его не было – ни в одном конце коридора, ни в другом, ни у лифта. Как же так? В любом мотеле, где я работала, в коридорах обязательно стояли автоматы со льдом и с газированной водой. Я уже возвращалась в номер, когда меня осенило. Верно, в любом мотеле есть – а вот в шикарных и дорогих отелях, где мне тоже случалось подрабатывать, не было! Там лед нужно просить у горничной. Вот черт! Не сообразила. Что же теперь делать? Ладно, до того, как Стефани запахнет, у меня примерно сутки. Что-нибудь придумаю.

Когда я вернулась в номер, была уже почти половина третьего. Конференция, видимо, начнется часов через шесть или около того. Чтобы выдать себя за Стефани, надо одеться как она и держаться как она. Переводить деньги или совершать еще какие-то поспешные телодвижения среди ночи точно не стоит – это будет подозрительно. Нет, пусть все выглядит так, словно сама Стефани после конференции решила начать новую жизнь и исчезла в неизвестном направлении. Это должно случиться днем.

Я подошла к стенному шкафу, перебрала ее одежду, все рассматривая и трогая. У меня шмотки по большей части из «Гудвилла», но Стефани – другое дело: она носила качественные вещи. Зеленая блузка, на ощупь сказочно мягкая и гладкая; плотный розовый блейзер, явно сшитый на совесть; синий свитер, очень уютный и на вид, и по ощущениям. По размеру мы с ней не сильно отличались, и я не сомневалась, что ее вещи мне подойдут, но на всякий случай решила все перемерить. Не хватало еще, чтобы на конференции заметили, что на мне одежда с чужого плеча!

Я разделась до лифчика и трусов и стала примерять вещи Стефани, поворачиваясь так и этак и глядя на себя в зеркало. Зеленая блузка, на мой вкус, слишком мешковатая. Брюки свободны в талии. Придется все время их поддергивать – или носить с поясом, но пояса я не нашла. А вот симпатичное маленькое черное платье село на меня как родное. Мягкий материал ласково касался кожи, а легкая струящаяся юбка просто привела меня в восторг. Радостно покружившись перед зеркалом, я схватила розовый блейзер, накинула его поверх платья. Классно выгляжу! И блейзер мне тоже как раз.

Теперь туфли. Я взяла пару, посмотрела размер на подошве. Черт, нога у нее на размер больше моей. Значит, кремовые туфли на плоской подошве, которые я видела в шкафу, отпадают – они просто с меня свалятся. Подумав, я выбрала что-то вроде теннисных туфель на каблуках. Если будут болтаться на ноге, надену под них две пары носков. Я открыла ящик комода, чтобы поискать носки, но вместо них наткнулась на чудные лифчики и трусики. Даже повседневное белье у нее такое миленькое, какого мне никогда носить не доводилось! Были здесь и две пары утягивающих чулок, и множество разных носок и гольфов. Не удержавшись, я примерила черный кружевной лифчик и трусики-бикини. Какое же счастье – наконец надеть что-то приличное! Решено: завтра пойду в ее белье, а не в своем, застиранном и изношенном.

Дальше я отправилась в ванную, проинспектировала ее косметику, понюхала духи. Что за прелесть! И какое все качественное! Названия на упаковках – известные бренды, каких не найдешь в аптеке[59]. У духов название итальянское. Я капнула себе на запястье и с наслаждением принюхалась. Пахнет как букет цветов! Совсем не похоже на пачули, которыми я обычно душусь, – но ведь это новая я. Решено: духи оставляю себе!

Все дела были закончены, а до утра оставалось еще несколько часов. Я переоделась в спортивный костюм Стефани (ее пижама осталась на ней), легла на огромную кровать, где совсем недавно спала она. Впрочем, передвинулась на другой край: спать на том самом месте, где она умерла, было бы жутковато. Завтра у меня трудный день, так что стоит поспать. Взглянув на ее айфон, я увидела, что Стефани поставила на утро будильник. Ничего менять не стала, положила телефон на тумбочку рядом с кроватью. Выключила наконец телевизор – «Золотые девочки» мигнули и погасли – и закрыла глаза.

Глава 38. Жасмин

День после полета

Я не знала, смогу ли уснуть; но