— И какого хайка ты сюда приперлась, если мы договаривались, что ты передашь артефакт завтра в «Бургравском Круге»? И что за вид?

— И тебе доброго вечера! — Джесс проигнорировала вопрос о внешнем виде и заняла привычное кресло, не дожидаясь пока ей предложат, раз Люк забыл о вежливости, — Моя интуиция подсказала, что безопаснее это сделать сегодня, и, как оказалась, я правильно сделала.

— Нарушив мои планы и уговор с заказчиком?

— Не нарушив свои планы остаться живой, целой, невредимой и свободной. А с заказчиком разберешься сам… завтра.

Люк едва заметно скривился от такого заявления. Он вытащил кошель с монетами и небрежно перебросил его девушки. Та ловко поймала увесистый мешочек и неспешно пересчитала содержимое, вызвав этим еще одну недовольную гримасу барона. Когда кошель занял свое место в рюкзаке, Джесс заметила:

— По пути сюда я видела выходящего из ворот знакомого нам обоим герцога. Знаешь, на что это похоже? На подставу! Ведь так кстати амулет личины развалился в комнате герцога, а он совершенно случайно зашел в это время в свою спальню, в которой совершенно случайно была я! И артефакты мне передали совсем сомнительные для работы, так что закономерно назрел вопрос, что это вообще было? Ты решил подставить меня, чтобы не подставиться самому? Так я на большую рыбу совсем не тяну... Да и кстати, Теобальд Крэйн просил передать вам привет, когда увижу. Чуть не забыла после всех этих волнений.

После последних слов Люк заметно побледнел:

— Что тебя связывает с этим.. человеком?

— Дела, ничего личного. Как раз пришлось совершить крупные покупки, чтобы сегодняшнее дело прошло успешно…

— Сколько?

— 35 золотых лир. Как видишь, иметь с тобой дело, удовольствие не дешевое.

Люк молча достал из стола еще один мешочек и передал девушке. Она вздернула бровь, пересчитала содержимое, внутри оказалось еще 50 золотых лир.

— Мне передать это артефактору?

— Нет, это тебе… компенсация, — скрипнул зубами Люк.

Джесс хмыкнула, компенсацию за подставу она бы оценила совершенно в другую сумму, но спасибо и на этом. Второй мешочек отправился в рюкзак в компанию к собрату и подозрительно молчаливой Люсинде.

На этом беседа была закончена, Джесс поднялась и вежливо попрощалась:

— Удачи Люк! И прощай, надеюсь, наши пути больше не пересекутся.

До хруста выпрямив спину, она прошла к двери и даже не забыла аккуратно закрыть ее за собой. Все, эта глава жизни закончена.

— С территории особняка лучше не телепортироваться, слишком много охранных чар, вдруг занесет не туда… или не целиком, — раздалось назидательное из рюкзака.

— Да, выходим.

— К страшному артефактору пойдешь?

— Нет, не в этот раз, у меня ощущение, что время стремительно заканчивается.

Джесс ускорилась, почти бегом добралась до ворот, перебежала на другую сторону дороги и уже через мгновение выходила на тихой улочке на окраине Провиденса. И, конечно, она не могла увидеть, как спустя пару минут на том же самом месте у ворот снова открылся портал герцога Кайдена Риверна.

Портал выплюнул Джесс с багажом на окраине Провиденса, большого старинного города на юге королевства Вестморейн. Район был не самым благополучным, но и не таким опасным, как доки в районе порта на противоположной части города.

Девушка огляделась, сумерки здесь еще не были такими густыми, как в родном Нокслине, но темнело быстро, и если она не хочет проблем, которых не смутит облик сухощавого парнишки, то следовало поторопиться и отправиться в гостиницу.

Заведение с нехитрым названием «Ужин и уют» нашлось быстро, Джесс присмотрела его еще в прошлый визит, так что дорога заняла не более получаса. Все это время девушка старательно игнорировала нудный бубнеж из рюкзака:

— Мы уже пришли?

— Ой, меня опять укачивает… а, нет, показалось.

— Хрумс-хрум… кажется, я зуб сломала! Неужели нельзя ложить в рюкзак печенье, а не это вот все, — в этот момент Джесс подавила отчаянное желание вытряхнуть Люсинду из рюкзака и предложить продолжить путь самостоятельно ножками, извините, лапками. Сдержалась, и мысленно похвалила себя. Ничто не провоцирует поток красноречия Люсинды, как вовлеченный в дискуссию слушатель, даже если этот слушатель вовлекаться не хочет!

— Джессссс! Ты обещала тортик!

— Тортиииик!

— Как можно быть такой бессердечной, когда твой единственный фамильяр погибает с голоду?

— Джесссс! Ну Джесссс! А ты не забыла последнюю книгу Амории Лаф в гостинице? Что-то я ее не видела в вещах… Если забыла, с тебя две книжки… помимо забытой!

— Джесссс! У меня лапки отнялись, я их не чувствую, я умираю, да???

К тому моменту, как Джесс добралась до гостиницы, она уже трижды поборола желание потерять рюкзак по дороге, ее останавливало только осознание, что Люсинда все равно ее найдет… и тогда будет еще хуже. Вы думаете, что нет никого страшнее обиженной женщины? Нет! Обиженный фамильяр — вот страх и гроза всех ведьм! Это совсем юная Джесс выучила (и вспоминала с содроганием еще в детстве, когда имела несчастье забыть Люсинду в комнате, когда находилась в гостях у бабушки, и иметь несчастье вернуться домой телепортом домой в одиночестве. Тогда она получила и от бабушке, и от Люсинды. И если садиться на попу она смогла уже на следующий день, то ликвидировать последствия обиды фамильяра в виде покрызенных, пожеванных, порванных вещей и уничижительных комментариев пришлось полгода. И это стоило кучу нервов и опустевшей копилки, так как задабривалась Люсинда нехотя и исключительно пирожными из любимой кондитерской. А Джесс между прочим копила на алхимический набор!

Гостиница была стандартной, так что ничего особенного Джесс не ожидала. На первом этаже — большой, шумный и не очень чистый зал, где ужинали немногочисленные постояльцы и пили многочисленные завсегдатаи. Стараясь не привлекать внимания и не сталкиваться ни с кем взглядом, Джесс аккуратно прошла к стойке, заплатила за комнату, ужин и завтрак на двоих, договорившись, что еду принесут в комнату, получила ключ и отправилась на второй этаж.

Поднявшись по широкой крепкой лестнице, она быстро нашла нужную комнату, открыла дверь, и прошла внутрь. По многолетней привычке дверь за собой она закрыла на ключ, заперла засов и навесила на ручку сторожевой артефакт, извлеченный из бокового кармашка рюкзака.

Люсинда была аккуратно вынута и посажена на постель. Свинка отряхнулась, подрыгала лапками, демонстративно разминаясь и брезгливо принюхалась:

— Тут не очень… и воняет… неприятностями!

— Сейчас открою окно и проветрю.

— Сквозняк? А если я заболею?

— Фамильяры не болеют!

— Пффф! Я