наших погиб. Время на восстановление было, но вот чтобы восстановить, придётся кому-то из нас, мне или Алкиду, нести этого несчастного на себе к Нике.

— Бери, — сказал я ему. — Рисковать больше не буду. Враг перестраивается…

— Вернусь, как смогу, — ответил он, после чего рванул к нашим, забрал тело, и убежал назад.

Сейчас возникла небольшая заминка, передышка. Мечники перестроились, я же встал рядом с ними и вылечил всех, кто был на ногах. Ну и тех, кто не был на ногах — тоже. Были живы, а для моего самоисцеления это самое главное.

— Ждём? — уточнил командир первой десятки.

— Отходим выше в лес, пропускаем, даём съесть наживку в виде копейщиков, которые скучали по большей части, а сами атакуем во фланг, — тут же пояснил я план. — В общем… как в прошлые разы.

Ответом мне была холодная решимость моих бойцов. Сколько мы успели положить — неизвестно… но точно достаточно, чтобы выходка уже не обрела успеха, даже если выйдут в тыл.

Поэтому… не зря мы сюда пришли!

— Славная битва, — с усмешкой проговорил какой-то боец.

И я с ним был согласен.

Интерлюдия

— Вторая сотня! Выходим! — забежал в здание посыльный тысячника.

— Мы только на восстановление отошли! — возмутился сотник, еле сдерживая свой крик. — Моим бойцам требуется залечить раны! Два оборота песочных часов!

— У нас нет возможности ждать, Легенды отступили, чтобы прикрыть наши тылы! — ударил себя кулаком в грудь посыльный, после чего умчался дальше, придерживая рукой сумку со свитками приказов.

По «рядам» сидящих Легионеров на полу полуразрушенного дома пробежала волна негодования. Кто-то удивлялся тому, что у них есть угроза с тыла, хотя там должны были действовать другие Легионы. Кто-то возмущался, что ему вновь предстоит в бой, хотя их только вывели с передних позиций для отдыха и восстановления, чтобы потом вновь вернуться в бой. Общее настроение было не к чёрту, но командир сотни понимал, что Легенды отступили не просто так. Угроза не только реальна, но и ощутима, её тут, на месте текущей битвы, не устранить.

— Строимся, — снял на миг шлем командир, протёр пот на лысеющей голове. — Раненые остаются. Дилос, Никос, Гомер… остаётесь тут. Ваша задача — восстановить всех раненых.

— Хоу! — уже стоящие три бойца ударили себя кулаками в грудь, но продолжил говорить только Никос. — Можете тогда отдать приказ, чтобы всех раненых в одно место стащили? Быстрее восстановим и вернёмся в строй.

— Да, — кивнул сотник. — Линус, бери свою десятку, сделай, что попросил брат. Потом сразу строиться, замкнёте колонну.

— Да, командир, — ударил он себя кулаком в грудь и отошёл к своим бойцам.

— Строимся, я сказал! — видя, что бойцы выходят не особо охотно, рявкнул командир. — Не подставляйте своих братьев! Мы знали, что враг коварен! И другим сотням требуется наша поддержка! Возможно, именно наш удар поможет завершить скорее эту битву!

Тут же Легионеры зашевелились и направились на выход чуть быстрее, но не создавая толкучки. После начала битвы пустых домов оказалось множество, чем и пользовались сотни, отведённые на кратковременный отдых и восстановление. Также они формировали небольшой резерв, позволяя большему числу бойцов быть в тылу. Сотник понимал, что это для лучшего контроля ситуации, манёвра, возможности заткнуть дыру, но вместе с тем бойцам это преподносилось в первую очередь как забота о них. И они это ценили. В городских боях от большой толпы смысла нет. А вот от своевременно заменяемой небольшой группы, при введении в бой свежих сил, толку куда больше.

Семьдесят четыре воина вышли на улицу, затем ещё пятеро, остатки десятки Линуса. Сотник даже улыбнулся. Потери смертельные — всего двое, раненых не так много, хотя точно было больше. Командование озаботилось о том, чтобы бойцы могли выстоять, вернуться в будущем домой. Хоть далеко не всем, но артефакты богов позволили повысить боеспособность подразделений. По крайней мере именно так называли такое снаряжение обычные бойцы. Сотник знал их истинную природу.

— Готовы? — посмотрел на своих воинов командир, выйдя на улицу.

— Хоу! — почти дружно ответили они ему.

— Тогда вперёд!

Встав в середине строя, как это ему предписывалось новыми наставлениями, он направился вместе с отрядом вперёд. Он не видел всей картины, но первая десятка быстро передавала информацию, кратко, но достаточно информативно. Куда двигаться, все слышали, бой шёл не так далеко, не более двух стадий. Единственное — стоило опасаться засад: тех, кого не добили, тех, кто скрылся среди обычных горожан.

Несколько минут ускоренного марша, на быстрый бег не переходили, экономя и так изрядно растраченные силы, после чего с ходу поступил новый приказ — переместиться на соседнюю улицу. Начало колонны быстро развернулось, повело за собой всех бойцов, и, стоило им начать выходить из переулка, как началась драка.

— Прорыв! — донёсся крик бойцов в начале строя.

Тут же колонна начала перестраиваться в боевой порядок: моментально бойцы с мечами устремились вперёд, а только за ними бежали копейщики. Уже отработанная тактика, эффективная и смертоносная. Кто-то из ветеранов шёл рядом с легендарным Астером, впервые используя её.

— Хоу! — крикнул первый десятник.

Толчки щитами, сейчас сотник притворялся обычным бойцом, даже снаряжение ничем не отличалось. Его выявить могли разве только по возрасту. И он, как и все вооружённые копьями, был за спинами товарищей. Мечники, чувствуя поддержку сзади, сделали толчок, немного оттеснив прорвавшихся воинов, а копейщики, стоило врагу раскрыться, нанесли из-за спин союзников удар по афинянам. Сотник не был исключением, приподняв дори, он сделал резкий выпад, а из-за его спины, буквально в десятке сантиметров от головы, чья-то сарисса вонзилась в тело врага.

— Шаг! — очередной толчок, кольцо окружения после прорыва оказалось разомкнутым, два строя спартанцев начали сливаться в один.

И даже в этот миг копейщики нанесли удар, а немногие с пиками завершили начатое.

Всего двух рывков хватило, чтобы перерезать немногочисленных афинян. Часть мечников сотни тоже оказалась ранена, пришлось выводить их из боя. Но из практически восьми десятков семь продолжали сражаться, сливаясь в единый строй со своими братьями из другой тысячи.

Сотник быстро осмотрелся, он знал, как определить такого же командира, едва заметные условные знаки присутствовали. Вот только среди бойцов, которых только что спасли от участи быть перебитыми, он не видел подобных себе. Только десятники, к одному из них он и