решила девочке не говорить, что забрала их в кабинете у директрисы, только сказала:

— Не переживай, это точно принадлежало мне.

Я переколола паучка, с которым теперь не расставалась, и мы вышли из гостиной.

Ольга Васильевна и, так и не назвавшаяся, пожилая женщина сидели на кухне.

Пожилая женщина как раз говорила:

— Утром, в шесть утра, будет поезд в сторону Владимира, а оттуда на Московскую ветку пересядете.

«Ого, — подумала я, — тут тоже Москва имеется».

Вот только нам не в Москву надо, а в Углич, где тётка живёт. Ну да ладно, может, и правильно, что Ольга Васильевна не договаривает.

Билеты на поезд купили во второй класс, всё же было бы странно, если бы прилично одетая дама, похожая на гувернантку, ехала с двумя девочками, пусть и одетыми как дети простого происхождения, в третьем классе.

Каким-то образом у Ольги Васильевны были бумаги, свидетельствующие о том, что она сопровождает дворянку с крестьянской горничной, такая роль досталась Маше. Но она нисколько не обиделась и заявила, что будет заплетать мне косы.

Оказалось, что на зависимых людей не требуются отдельные документы. Крепостных здесь не было, но были так называемые зависимые, относящиеся к роду, я перевела это для себя как «слуги рода».

А в «моих» документах было вписано имя одной из приютских девочек из группы Ольги Васильевны, она, видимо, прихватила её документы. Соответственно, возраст у меня убавился, но я и выглядела младше своих лет, поэтому ни у кого вопросов это не вызвало.

До Владимира добрались без трудностей, наслаждаясь чистотой в купе, где были только мы одни. Хотя место ещё было, но никто к нам не подсел. Как сказал проводник, мужчину в женское купе не пустят, а женщины поодиночке редко путешествуют.

А я думала, как хорошо, что Ольга Васильевна оказалась рядом, не представляла себе, как бы я добиралась одна.

Я её спросила:

— Ольга Васильевна, а кто вас попросил за мной присматривать?

— Твой отец. Я из зависимых рода Пожарских. Когда произошёл тот пожар, я жила в другом городе. Твой отец отправил меня учиться, а когда я узнала, что произошло, то сразу вернулась. Каланча уже была закрыта, никто не смог туда зайти. Но мне передали медальон, и когда я его взяла, тут-то мне и открылось, что я должна о тебе позаботиться, но я не слишком хорошо справлялась, простите.

Я хотела ей сказать, что она не справилась, но пока не стала, не так много вокруг меня людей, способных помочь. Разберёмся.

Вопросов у меня было много, например, что за «каланча»?

Но некоторые вопросы пока не следовало задавать, и я спросила:

— Ольга Васильевна, а что вы знаете о том пожаре?

— Знаю только то, что все рассказывали, — ответила она, что полыхнуло знатно, леса горели рядом с летней резиденцией императора. И никто оттуда выехать не мог. А твой отец и его брат поехали туда, чтоб огонь удержать. Императорскую семью спасли, но не всю, сестра императора не выжила, и старший сын сильно обгорел. Император гневался, отослал отца твоего с семьёй из столицы.

Ольга Васильевна вздохнула и досказала:

— А потом ваших родителей нашли в доме, сказали, что сердце остановилось.

— У обоих сразу? — спросила я.

Ольга Васильевна опустила глаза:

— Того не знаю, а только род Пожарских сейчас — это только вы.

— А кто же сейчас пожары тушит? — спросила я.

— Так ледовеи, — ответила Ольга Васильевна. — Многочисленный род, и семей много. Правда, после них земля и леса выжженные остаются. Так говорят, что ничего потом снова вырастает, правда без геосов долго, годы нужны. Ваша-то магия другая, вы останавливаете огонь, заставляя его уйти и оставить всё как есть, а они морозят.

Так мой словарный запас пополнился ещё одним словом: геосы, подумала, что потом у Маши спрошу. Маша, пока мы с Ольгой Васильевной разговаривали спала.

Так за разговорами мы и подъехали к Владимиру. Сошли с поезда и пошли в здание вокзала, надо было посмотреть расписание и купить билеты на следующий поезд. Ольга Васильевна посадила нас в укромный уголок, а сама пошла выяснять.

Какое-то время ждали, а потом вдруг я услышала шум. Вылезла из уголка и увидела, что Ольгу Васильевну задержали жандармы, а один из них, одетый в штатское, стоял и крутил головой, будто пытался кого-то высмотреть.

«Так это он нас ищет», — подумала я и хотела снова спрятаться за угол, как в этот момент наши взгляды встретились. Он что-то крикнул и рукой указал в нашу сторону.

— Бегите! Бегите! — закричала Ольга Васильевна.

Ну, мы и побежали. Выскочили из здания вокзала в город и встали — куда бежать?

И тут трое мальчишек-беспризорников, в поношенной одёжке, крикнули:

— Айда за нами!

И мы с Машей рванули в неизвестность.

Глава 12

И мы с Машей рванули в неизвестность. Мальчишки явно знали, куда бежать, потому что уже через три дома один из них самый мелкий крикнул:

— Давай за мной! — и нырнул в совершенно незаметный переулок между двумя домами, а остальные двое мальчишек побежали прямо.

Я подумала: «Уводят погоню». Но в голове возникла мысль: как же нас так быстро обнаружили? Ведь не должны были вернуться раньше утра.

Но я решила, что додумаю её потом.

Мальчишка, за которым мы бежали, завернул ещё два раза, и если сначала я считала эти повороты, чтобы потом выбраться обратно, то после очередного поворота бросила это неблагодарное дело, всё равно не запомню.

За очередным поворотом Маша крикнула:

— Всё, я больше не могу бежать! — и остановилась.

Я подумала, что, конечно, у нас была такая диета в приюте, что силам взяться просто было неоткуда? Я и сама уже задыхалась и держалась только на чистом упрямстве.

Мальчишка, увидев, что мы остановились, тоже остановился, подошёл ближе, оглядел нас, видимо, обратил внимание на то, что одежда на нас хоть и простая, но добротная, и спросил:

— А чего от вас жандармы-то хотели?

Маша возьми да ляпни:

— Мы из приюта сбежали.

— Ого! — воскликнул мальчишка. — А вы крутые! У нас есть Ваня, он тоже из приюта сбежал, и дерётся он лучше всех, и тут же спросил:

—А вы тоже драться умеете?

— Нет, драться мы не умеем, — сказала я, — и бегаем, видишь, тоже не очень.

— Это да, — сказал мальчишка, который почти что не запыхался. — Ну, я думаю, всё, здесь они нас не найдут, мы оторвались. Да и не суются они сюда.

Я огляделась вокруг и обратила внимание, что действительно мы забежали в какой-то довольно