изображать умирающую от горя обиженную «няню» зло на меня посмотрела и ответила:

— Нет, в последний раз проверяли два года назад, да и девчонке уже четырнадцать скоро.

Бороновская вдруг строго взглянула на Горгону и выговорила ей:

— Дарья Пожарская дворянского происхождения, Зиннат Ибрагимовна, извольте к девочке обращаться уважительно, по статусу.

И у меня сразу возникли сомнения в том, что помещение Даши в тёмную соответствовало обращению по дворянскому статусу. Но я промолчала.

А Ледовей вдруг переспросил:

— Пожарская? Из огнедержцев?

Бороновская с сожалением улыбнулась:

— Зиннат Ибрагимовна правду говорит я сама присутствовала на тестировании, у девочки не было магии.

Но ледовея было не остановить.

— Я хочу проверить, — жёстко сказал он, и я заметила, как Бороновская поёжилась.

— Зиннат Ибрагимовна принесите прибор, — сказала она, и обратилась к ледовею, — господин пристав, вы же поможете его настроить?

Ледовей поджал тонкие губы, но кивнул.

А я, почему-то утратив страх, стала его рассматривать. Внешность у мужчины была необычная. Волосы белые, но не седые, а будто платиновый блондин без желтизны, такой цвет я бы назвала жемчужным.

Глаза у мужчины были голубые, но не противный рыбий прозрачный оттенок, а довольно насыщенные, хотя что-то неприятное в них было, может, потому что голубой цвет в сочетании с белыми волосами придавал неземную холодность, красиво, но не слишком комфортно. Белая кожа, бледные губы, и ещё создавалось впечатление, что ему самому холодно. В отличие от остальных он был одет тепло, почти что по-зимнему.

Через некоторое время принесли прибор, потом ещё прошло какое-то время пока маг что-то с ним делал, и я, если, честно пригревшись, начала зевать, ночью-то я почти не спала.

— Дарья Николаевна, — вдруг ворвался в мой мозг голос, а я даже не сообразила, что это ко мне обращаются, ведь своё новое отчество не запомнила, вернее я ночью прочитала в личном деле, но не обратила внимание.

— Да, я готова, — сказала я и зевнула, прикрывая рот ладонью.

Прибор представлял собой нечто, напоминающее … проигрыватель для виниловых дисков. Предполагалось, что я возьму в обе руки что-то похожее на электроды, что я и сделала, а маг, запустил крутящийся диск, на который положил лист бумаги, а сверху держатель с иглой или грифелем.

И все уставились на негромко шипевший и потрескивающий прибор.

Глава 9

Я тоже смотрела на прибор, и пыталась понять, а что означают все эти закорючки, было очень похоже на кардиограмму, только это было что-то другое.

Примерно минуту, стрелочка рисовала точки и линии, а потом я почувствовала, что «электроды» в моих ладонях начали нагреваться, и в это же самое время стрелочка начала вырисовывать какие-то круги, и это смотрелось совершенно немыслимо.

Представьте себе, как если бы несущая иглу на проигрывателе жёсткая конструкция вдруг начала бы вырисовывать восьмёрки и крендельки. А именно это сейчас и происходило.

— Пожарская, значит, — произнёс господин пристав, а у меня вдруг стала кружиться голова, и «электроды» в руках показались мне раскалёнными, и я попыталась разжать ладони и не смогла.

— Мне больно, — почти что крикнула я, — сделайте что-нибудь!

Ледовей сделал шаг по направлению ко мне и в этот момент аппарат полыхнул. И мои ладони разжались. «Электроды» выпали, а я посмотрела на руки, мне казалось, что у меня там должен быть ожог, но ладони были совершенно чистые, никаких ран или повреждений.

— Что ты чувствовала? — спросил этот ледышка.

— Мне было больно, как будто что-то жгло, — сказала я, и обратила внимание на то, какими глазами на меня смотрит Горгона.

Ледовей, игнорируя Горгону повернулся в госпоже Бороновской:

— И как вы объясните то, что у вас в приюте потенциальный огнедержец, а вы об этом не знаете.

— Да как же я не знаю, мы же проверяли девочку, — госпожа Бороновская побледнела, а вот мне не было ничего ясно из их разговора.

— Госпожа Бороновская, в таких случаях вам необходимо найти семью, кто согласится взять ребёнка.

— Господин пристав, — голос директрисы вдруг стал холодным, не менее холодным, чем у ледовея, — вы сюда приехали преступление расследовать?

Ледовей промолчал.

А директриса продолжила:

—Вот и расследуйте, а мне предоставьте заниматься своими делами.

А я из всего вышесказанного поняла, что у меня всё же есть магия, и меня теперь кому-то отдадут. И это меня совершенно не устраивало.

Директриса перевела на меня взгляд, и более мягким голосом сказала:

— Идите, Дарья, в комнату, мы с господином приставом всё обсудим.

Но я не собиралась просто так оставлять всё на самотёк, поэтому спросила:

— А кому меня собираются передавать? У меня есть кто-то из родственников?

Горгона встала, явно собираясь прекратить мои расспросы, но под взглядом господина пристава снова опустилась на стул.

Ответила мне госпожа Бороновская:

— Не волнуйтесь, Дарья, государство подберёт вам хорошую семью, со схожей магией.

Мне показалось, что ледовей хотел что-то возразить, но директриса взглянула на Горгону и приказала ей увести меня.

Пришлось подчиниться.

А мне так хотелось побольше узнать, что за магия, кто такие огнедержцы, и вообще, что мне делать. Информации не хватало.

К ужину из приюта уехали директриса и господин пристав, я подумала, глядя на то, как они вместе садятся в карету, что вероятно они поехали ужинать, и договариваться. Всё же ситуация, случившаяся в императорском приюте, была непозволительная.

А моя неожиданно выявленная магия, только ухудшила это.

Нам было разрешено выйти на прогулку, и судя по реакции девочек, это было необычно. — Маша, — спросила я, — а чего это нас на прогулку?

— Всегда, когда приезжает директриса, у нас и две прогулки в день, и питание, всё как положено, — ответила мне Маша.

На улице было прохладно, всё же осень наступала, но воздух был чистый, и даже то, что уже смеркалось не мешало наслаждаться ароматами осеннего леса, доносившимися из-за забора.

Я присела на лавочку возле здания, и смотрела в сторону того дерева, которое росло прямо возле забора. Ветви у него были раскидистые и мне подумалось, что залезть на это дерево труда не составит.

И, если я всё-таки буду бежать, то вот он отличный вариант.

И вдруг я услышала голоса, они доносились из приоткрытого окна. И я вдруг поняла, что это кабинет директрисы. Говорили женщина и мужчина. Мне показалось, женский голос похож на Горгону, а вот мужчину было не разобрать, голос звучал глухо, словно из коробки.

Когда прозвучало моё имя, я приподнялась,