как раз спускалась на обед, когда он взбегал по лестнице. Радостно бросилась ему на шею.

— Я так боялся, что тётя перевела тебя из Эль Кастильо.

— И я. Но пока я здесь.

— Пойдём в наш холл. Мне нужно закинуть рюкзак. Поедим и погуляем.

— Угу. Я столько тебе должна рассказать! О человеке в чёрном, — шепнула на ухо.

— И мне. Я нашёл у бабули старые газеты. Случайно. Увидел знакомое лицо. Леонард Ланде. Его наградили за спасение школы.

— Когда?

— Тридцатого июня тысяча девятьсот девяносто седьмого года он потушил стихийный огонь на юго-восточной башне. Если бы не он, за ночь от Эль Кастильо и Твиццатвона остался бы только пепел.

Дэн ушёл за стеклянную дверь, а когда вернулся, они обсудили здоровье прабабушки и планы на выходные. И только выйдя на улицу, Лея рассказала об увиденном в Шато. О параллельной комнате, о воспоминании Снежински и том, как тот выбежал с ножом на Ланде.

— Пожалуйста, не ходи туда больше, — обеспокоенно сказал Дэн, держа Лею за руку.

— Всё в порядке. Человек в чёрном просто нарезал ингредиенты, когда услышал подозрительный шум. Вот с ножом и выскочил. А мистер Ланде испугался не на шутку. Кстати, они со школы знакомы. А ещё я только недавно поняла, что миссис Ланде — та самая девушка, что жила в одной комнате с Лейлой и тётей Чунь.

— А я узнал, что Чёрная Тьма заразила нескольких учителей в Монреале и на Ванкувере. Представляешь, как раз во время международной магической олимпиады.

— Я даже не знала о её существовании, — призналась Лея.

— Лишь однажды это было в Канаде. Многие страны отказались от участия из-за слухов о Чёрной Тьме. Вот только это были вовсе не слухи. Алый шарф видели в Британской Колумбии.

— Алый шарф? — переспросила Лея, вспомнив свой сон.

— Да. Есть легенда о чуме. Её представляли в образе молодой девушки, которая ходила по городам Европы с красным шарфом. Кто его коснётся, тот сразу заболевает. Что в те времена означало верную смерть.

— Дэн, я так и не поняла, Чёрная Тьма — это ведьма или инфекция?

— Я склонен думать, что и то и другое, — серьёзно ответил Райс. — Только в случае заражения простолюдина — это обычная история болезни. А в случае заражения волшебника... катастрофа.

 

Уроки начались 6 января в понедельник. Первой была география. Снежински выглядел хмурым и задумчивым. Он без повода цеплялся к ребятам, называя тугодумами тех, кто сходу не мог показать на физической карте границы провинций Канады.

Лея подошла к нему после звонка.

— Сэр, я готова сегодня помочь вам с воспоминаниями, — тихо сказала она, когда класс опустел.

— Не стоит, мисс. Теперь я и сам не готов. То, что я видел... Будто не со мной. Я не помню этого. Как кино посмотрел, — взгляд его чёрных глаз был печальным. — Лучше займёмся тайцзы. Вы так и не показали мне двадцать четыре формы.

— Покажу. Без пятнадцати пять я буду у южного входа.

— Оставлю дверь открытой.

Теперь нужно было занять чем-нибудь полезным Дэна на это время, и Лея придумала ему задание — найти информацию про Карибский кризис. Вот только она заставила мистера Снежински ждать. В зарослях с южной стороны бродили Каприс и Лейк. Они что-то искали в снегу. Лея не стала к ним подходить, а дождалась, пока ребята уйдут. Дверь действительно была открыта. Ключ висел на месте. На гвоздике у входа. Заперев за собой, Лея двинулась через восточный коридор к комнатам человека в чёрном. Он был в большой. Толок в ступке какие-то ароматные семена.

— Что это, сэр?

— Тмин, — не поднимая глаз, ответил он.

— Мне подождать?

— Как хотите.

— У вас каждый вечер плечо болит.

Мужчина взглянул на неё и снова вернулся к тмину.

— Сейчас меньше. Я надеваю медальон. С ним эту боль хотя бы можно терпеть.

— Медальон снимает боль? — удивилась Лея. — Не замечала.

— Мне кажется, да. Вчера я пересмотрел фотографии, — он снова уставился на Лею. — Те, которые вы... видели в моём шкафу, — вернулся к тмину. — Выходит, Лейла всё же не поступила на магозоолога.

— Она училась у вас. Как и моя тётя.

— Но это не объясняет, почему она напала на меня, — чёрные глаза снова смотрели в упор. — И я не помню вашу тётю.

— В пятницу... Когда я вернулась в Эль Кастильо... — Лея опустила голову. — Тётя рассказала мне кое-что. Вы... Нет, я не могу. Она говорит, вы украли медальон у Лейлы.

— И как он оказался у вашей тёти? Простите, забыл её имя, — человек в чёрном отставил ступку в сторону.

— Чунь Шэн Ли, сэр. Она говорит, что случайно взяла и забыла вернуть.

— Взяла у кого? У Лейлы? Мы ведь видели тогда в подвале, что...

— Может, у вас? — Лея посмотрела в его глаза испытующе.

— Предположим, я сжёг воспоминания о Лейле. И догадываюсь почему. Читал в газетах. Меня обвиняли. Таскали по судам. Приходили за мной в больницу. Но что, чёрт возьми, я там делал?

— Я не знаю, сэр.

— И я не знаю. Но ни в одном обрывке памяти нет вашей Чунь Шэн. Кроме общей фотографии — ничего. Что я ей сделал?

Лея пожала плечами.

— Скорее всего, ничего. Может, месть за Лейлу. Они, кажется, дружили. И этот медальон.

— И медальон. И вы. Похожая, как две капли воды. Скажите, у вас есть родинка на правом бедре под коленкой?

Лея округлила глаза.

— Есть, — ответила нерешительно.

— Я помню только одно, — человек в чёрном достал бумажный пакетик и принялся пересыпать в него истолчённый тмин. — Мне лет шестнадцать. Лейле чуть меньше. Она выглядела совсем как вы в тот день, когда мы впервые столкнулись на развалинах. Мы гуляли в горах за Смизерсом. И вдруг на нас вышел медведь. Я взял её за руку,