Я конечно не азиат, но и адепт бельгийского балета Ван Дамм таковым не являлся, а знание каратэ ему очень помогло в его карьере. Это может помочь и мне. Да и в целом для Нью-Йорка это, похоже, очень полезное умение. В крайнем случае можно пойти в банду.

Хотя нет. Этот вариант я для себя точно не рассматриваю. Не хочу выходить за рамки закона. Преступники в кино не попадали. Потерять новую жизнь в обнимку с электрическим стулом — самое идиотское, что я могу сделать.

В свете фонаря я наконец-то рассмотрел женщину. Да, ей чуть за тридцать, и я мог бы даже назвать ее симпатичной. Даже не женщина — еще девушка. Тяжелая жизнь добавляла ей возраста. По морщинам видно, что она устала. Очень устала. Ей нужно несколько лет любви и покоя, чтобы лицо разгладилось. Впрочем, такое же выражение я видел и у всех остальных здесь — они буквально живут тут, как в аду.

— Ты не из этого района, да? — спросила она.

— Я живу недалеко, — ответил я. — На Сорок третьей. Но я недавно сюда переехал, так что плохо ориентируюсь.

— А… — проговорила она. — Меня Нэнси зовут.

— Очень приятно, Джошуа, — ответил я. Зачем-то представившись полным именем, а не просто как Джош.

— Взаимно… А ты военный, да? Ветеран?

— Да, был в армии, — ответил я. — Но не воевал.

— А я медсестра, — промямлила она как-то грустно.

— Поздно уже.

— Я с работы обычно немного раньше возвращаюсь, — сказала она. — Работаю в больнице неподалеку, шла сегодня от станции метро — поезд остановился почему-то, и я решила, что лучше пройтись пешком. Как видишь, ошиблась.

— Да ладно тебе, — ответил я. — Все хорошо, что хорошо кончается.

— Да, спасибо еще раз, — сказала она. — Я даже не представляю, что бы случилось, если бы не ты.

Мы остановились около шестиэтажного дома из серого кирпича — в этом квартале все дома выглядели точно так же. Она посмотрела на меня, замерев в нерешительности, после чего сказала:

— Пойдем со мной. Переночуешь у меня.

— Зачем? — не понял я. Искренне не понял — она предлагала мне остаться на ночь, но в ее голосе не было ни нотки заигрываний или флирта. Скорее, ее слова прозвучали заботливо.

— Потому что эти парни будут тебя искать, — ответила она. — Ты хорошо дерешься, но если на тебя налетит десяток-другой таких, то отбиться уже не сможешь. Просто переночуешь, а утром уйдешь.

Я кивнул — это было логично. Наверняка у этих панков есть здесь дружки.

— Хорошо, спасибо, — кивнул я.

Она открыла дверь подъезда, и мы двинулись внутрь.

Глава 6

Наследство Джонни

Я успел привыкнуть к тому, что все здания Нью-Йорка изнутри напоминали декорации фильмов про конец света, поэтому от этого подъезда ждал того же. Но нет, он оказался самым обычным. Неприметный, слегка вонючий, но в целом нормальный и не слишком грязный.

Мы вышли на лестничную клетку и принялись подниматься. Меня охватило легкое волнение. Вдруг она все-таки начнет флиртовать, стоит ли мне ответить взаимностью? Нужен ли мне роман с американкой? Я же по сути мигрант — вдуматься только, а ведь это именно так. Умом и душой — я не здесь, а где-то далеко отсюда. Человек с другой стороны Земли. Как же я буду общаться с ней и о чем нам говорить?

И все-таки я не знал, уверен ли в том, что не хочу себе подружку. После напряга последних дней, я был бы рад женской компании.

Мы поднялись на третий этаж и встали у одной из дверей. Тонкие пальцы Нэнси нырнули в сумочку.

— Я забыла спросить, — полушепотом говорила она, — как ты к детям относишься?

Ну вот, приплыли, она уже спрашивает, не против ли я завести детей.

— Я, ну, я против детей ничего не имею, если ты об этом.

— Дома меня ждут близняшки. Ага, вот, — она достала ключ и медленно, деликатно вставила его в скважину, чтобы бесшумно отпереть замок. — Они уже спят, наверное. Не шуми, пожалуйста.

Входная дверь с легким скрипом приоткрылась, и Нэнси распахнула створку, махнув мне рукой, чтобы я вошел первым. Я тихим шагом ступил в ее квартиру, почти ничего не видя перед собой в темноте. Она зашла следом и врезалась мне в спину.

— Ой, пройди правее, — прошептала она.

Я шагнул в стену. Нэнси заперла за нами дверь, нащупала выключатель в темноте и щелкнула им. Загорелся теплым светом торшер, смутно очертив границы гостиной. Я заметил диван и телевизор на тонких высоких ножках. Перед ним лежали на полу в куче подушек два совсем маленьких ребенка. Белое свечение исходило из экрана перед ними.

Нэнси подошла к ним, а я остался у входа. Откровенно говоря, я испугался детей. Сейчас они проснутся, увидят меня, поднимут плачь или истерику, спросят у мамы, кто я такой. Я присел за спинкой кресла напротив дивана и трусливо прикрыл голову руками. Я знал, каково это, прятаться от родителей своей девушки, но от детей я прятался впервые. Ведь впервые?

— Фред, Марта, как вам не стыдно? — нежно ругала она малышей. — Вы опять смотрели ночное шоу?

— Мамочка, ты вернулась! — судя по голосу, Фред был еще совсем маленьким. Лет пять или шесть, не больше.

— Это все он, а я не хотела включать! Я ему сказала, что ты будешь ругаться… — возбужденно проговорила Марта.

— Мои хорошие, а ну живо спать. Вы зубы чистили? Ну вот и хорошо. Пойдемте со мной.

Я выглянул из-за угла. Нэнси взяла ребятишек за руки и увела за дверь, ведущую в соседнюю комнату. Детскую, полагаю.

Угроза миновала. Я выполз из-под кресла и огляделся. Квартирка была пускай и не слишком большой, но уютной. На линолеуме лежал большой ковер, на диване — смятый клетчатый плед. У стен стояли недорогие стеллажи без стенок, заставленные всякой ерундой — игрушками, фотографиями, книгами и какими-то коробочками.

В комнате приятно пахло тканью, веяло семейным теплом. Я пошел в сторону кухни и по пути наткнулся на еще одну дверь в просторном коридоре. Открыл ее, заглянул внутрь — темно. Но по аромату недавно нанесенной зубной пасты понял, что